Дело № 33-1486/2025

<meta content="text/html; charset=Windows-1251" http-equiv="Content-Type"> <span style="TEXT-ALIGN: justify"> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судья Старцева Е.А. Дело № 11RS0006-01-2023-001482-22</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">(№ 2-23/2024 г.)</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">(№ 33-1486/2025 г.)</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО ГРАЖДАНСКИМ ДЕЛАМ</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ КОМИ</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">в составе председательствующего Тепляковой Е.Л.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">судей Никитенковой Е.В. и Пунегова П.Ф.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">при секретаре Микушевой А.И.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">рассмотрела в судебном заседании 17 марта 2025 года в г.Сыктывкаре Республики Коми гражданское дело по искам <span class="FIO1">Мостовой Е.С.</span>, <span class="FIO2">Мостовой А.С.</span>, <span class="FIO3">Сакс Л.К.</span> к ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», Министерству здравоохранения Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">по апелляционной жалобе Министерства здравоохранения Республики Коми на решение Усинского городского суда Республики Коми от 2 ноября 2024 года.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Заслушав доклад судьи Тепляковой Е.Л., объяснения Костиной И.В. - представителя Министерства здравоохранения Республики Коми, заключение прокурора Шевелевой М.Г., полагавшей решение суда подлежащим изменению в части размера компенсации морального вреда, судебная коллегия</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">У С Т А Н О В И Л А:</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мостовая Е.С., Мостовая А.С. и Сакс Л.К. обратились в суд с исками к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Коми «Усинская центральная районная больница» (далее – ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ») о взыскании компенсации морального вреда в размере по 1 000 000 рублей в пользу каждой, указав в обоснование требований, что <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> в результате оказания некачественной медицинской помощи умерла <span class="FIO11">ФИО11</span>, приходящаяся Мостовой Е.С. и Мостовой А.С. матерью, а Сакс Л.К. - дочерью, что причинило глубокие нравственные страдания.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Дела по указанным искам объединены в одно производство (т.3 л.д.195,197).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Определением Усинского городского суда от 14 октября 2024 года к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство здравоохранения Республики Коми.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В судебном заседании ответчик ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» иск не признал.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Истцы и представитель соответчика Министерства здравоохранения Республики Коми в суд не явились, и дело рассмотрено в их отсутствие.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Решением Усинского городского суда Республики Коми от 2 ноября 2024 года исковые требования Мостовой Е.С., Мостовой А.С., Сакс Л.К. к ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», Министерству здравоохранения Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично; с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в пользу Сакс Л.К. взыскана компенсация морального вреда в сумме 1 000 000 рублей; с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в пользу Мостовой А.С. взыскана компенсация морального вреда в сумме 900 000 рублей; с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в пользу Мостовой Е.С. взыскана компенсация морального вреда в сумме 900 000 рублей; при недостаточности имущества ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарная ответственность по обязательствам ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», возникшим на основании настоящего судебного акта, возлагается на Министерство здравоохранения Республики Коми за счёт средств казны Республики Коми.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В апелляционной жалобе Министерство здравоохранения Республики Коми не согласно с решением суда в связи с нарушением норм материального права, несоответствием выводов суда обстоятельствам дела и просит решение суда отменить, отказав в удовлетворении исковых требований, или изменить, снизив размер компенсации морального вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В письменных возражениях на апелляционную жалобу Мостовая А.С. и Мостовой С.Ф., действуя в интересах Мостовой Е.С., Мостовой А.С. и Сакс Л.К. на основании доверенностей, просят оставить решение суда без изменения, отклонив доводы жалобы.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Дело в суде апелляционной инстанции рассматривается в соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса РФ в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства и не сообщивших об уважительных причинах неявки.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с требованиями частей 1 и 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов апелляционной жалобы и в обжалуемой части, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для изменения решения суда в части с учетом следующего.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Сакс Л.К., <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> года рождения, является матерью <span class="FIO11">ФИО11</span>, <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> года рождения (т.1 л.д.11-16).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мостовая Е.С., <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> года рождения, и Мостовая А.С., <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> года рождения – дочери <span class="FIO11">ФИО11</span> (т.2 л.д.43, т.3 л.д.43).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"><span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> год <span class="FIO11">ФИО11</span> умерла в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», куда поступила <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> в связи с ухудшением состояния здоровья (т.1 л.д.15).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">По факту смерти <span class="FIO11">ФИО11</span> постановлением старшего следователя следственного отдела <span class="others1">...</span> от 31 августа 2020 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса РФ, в рамках которого назначена и проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза (т.3 л.д.52-57).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно заключению ГБУЗ <span class="others2">...</span> <span class="Nomer2">&lt;Номер обезличен&gt;</span> от 23 сентября 2020 года, причиной смерти <span class="FIO11">ФИО11</span> явилась <span class="others3">...</span>, которая развилась как осложнение <span class="others4">...</span>; при оказании медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> допущены дефекты на амбулаторном этапе в поликлинике ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», на этапе «скорой помощи» в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» и на этапе стационара ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» (на последнем этапе - в виде недооценки тяжести заболевания, дефектов обследования, лечения и заполнения медицинской документации); прямая причинно-следственна связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи и наступлением смерти <span class="FIO11">ФИО11</span> отсутствует; дефекты оказания медицинской помощи на амбулаторном этапе не состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти <span class="FIO11">ФИО11</span>, а дефекты медицинской помощи на этапах «скорой помощи» и стационара ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» состоят в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением смерти <span class="FIO11">ФИО11</span>, как факторы, препятствовавшие реализации всех доступных на современном этапе медицинских мероприятий, направленных на пресечение патологических процессов и возможное достижение более благоприятного исхода заболевания. Выявленные дефекты оказания медицинской помощи не повлекли за собой развития у пациентки принципиально новых заболеваний и состояний, которые не могли бы возникнуть самостоятельно в результате естественного течения основного заболевания. Таким образом, наступление неблагоприятного исхода в данном случае обусловлено характером и тяжестью течения основного (<span class="others5">...</span>) и фонового (<span class="others6">...</span>) заболеваний, а не дефектами оказания медицинской помощи. Степень тяжести вреда здоровью оценке не подлежит (т.3 л.д.58-94).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Для разрешения спора по существу по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ <span class="others7">...</span> (т.3 л.д.212).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно заключению судебной медицинской экспертизы <span class="Nomer2">&lt;Номер обезличен&gt;</span> от 20 сентября 2024 года (т.4 л.д.60-137), причиной смерти <span class="FIO11">ФИО11</span> послужила <span class="others8">...</span>, вызванная <span class="others9">...</span>, в виде <span class="others10">...</span>, осложнившаяся развитием <span class="others11">...</span>.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">По заключению экспертов, при оказании медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» допущены следующие недостатки: недостатки диагностики – недооценена тяжесть течения <span class="others12">...</span>, не диагностированы <span class="others13">...</span>, о наличии которых свидетельствовали клинические данные; лабораторная диагностика выполнена не в полном объёме как при поступлении, так и при нахождении в <span class="others14">...</span> отделении, индекс массы тела рассчитан неверно; недостатки лечения – несвоевременный осмотр врача-<span class="others15">...</span> при поступлении <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span>, не осуществлен своевременный перевод в отделение <span class="others16">...</span>, неадекватная <span class="others17">...</span> поддержка, отсутствие <span class="others18">...</span> терапии, назначение лекарственного средства <span class="others19">...</span> в качестве <span class="others20">...</span> терапии при тяжелом течении заболевания и лечении в условиях стационара было нецелесообразно, не соответствовало рекомендованным схемам лечения тяжелой формы <span class="others22">...</span>; выявлены недостатки в оформлении медицинской документации.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Допущенные недостатки оказания медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» (недостатки диагностики и лечения) с <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> по <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> не явились причиной развития у <span class="FIO11">ФИО11</span> <span class="others23">...</span>, вызванной <span class="others24">...</span> в виде <span class="others25">...</span>, однако не оказали положительного эффекта на снижение прогрессирования патологического процесса с развитием <span class="others26">...</span>.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Учитывая наличие у <span class="FIO11">ФИО11</span> тяжелого <span class="others27">...</span> заболевания (<span class="others28">...</span>), поступление в стационар в тяжелом состоянии с осложнениями <span class="others29">...</span>, кратковременность пребывания в стационаре, а также отсутствие в период рассматриваемого случая утвержденного <span class="others30">...</span> протокола лечения с доказанной эффективностью, оценить степень влияния вышеуказанных недостатков диагностики и лечения на течение основного заболевания, развитие и прогрессирование осложнений не представляется возможным.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В связи с этим высказаться о наличии причинно-следственной связи между допущенными недостатками оказания медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» с <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> по <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> и наступлением её смерти, учитывая тяжесть имевшегося у неё <span class="others31">...</span> заболевания и его осложнений, не представляется возможным.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Установив указанные обстоятельства и руководствуясь статьями 123.22, 150,151,1064,1068, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ, статьями 2,4, 21, 37, 64, 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан» с учетом разъяснений в пунктах 14 и 15 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований к ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» о компенсации морального вреда, причиненного истцам смертью матери и дочери, исходя из установленного по делу факта оказания медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» с дефектами и причинения истцам смертью родного, близкого человека тяжелых нравственных страданий и переживаний.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Учитывая, что ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» является бюджетным учреждением, суд в соответствии с пунктом 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ возложил на Министерство здравоохранения Республики Коми субсидиарную ответственность по возмещению морального вреда истцам при недостаточности имущества у ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Вывод суда о праве истцов на компенсацию морального вреда в связи с допущенными ответчиком ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» дефектами при оказании медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> (дефектами диагностики и лечения) соответствуют установленным по делу обстоятельствам и нормам права, регулирующим спорные правоотношения, поэтому оснований не согласиться с ними по доводам апелляционной жалобы Министерства здравоохранения Республики Коми не имеется.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Так, частью 2 статьи 18 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что каждый имеет право на охрану собственного здоровья, здоровья детей и качественную медицинскую помощь.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В статье 4 указанного закона закреплены основные принципы охраны здоровья граждан, к которым отнесены соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5–7).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пунктам 3 и 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 указанного Закона).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В силу пункта 2 части 1 статьи 79 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и с учетом стандартов медицинской помощи.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии со статьей 19 и частями 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» с учетом содержащихся в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснений медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 указанного закона).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 – 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пункту 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пункту 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">По общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине; законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» в случае, если ответчиком является медицинская организация на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения его от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пункту 49 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">С учетом приведенных норм права и разъяснений по их применению право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в себя, в частности, определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, клинических рекомендаций по вопросам оказания медицинской помощи и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья и причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Ответственность медицинских организаций и медицинских работников наступает как за вред, причиненный здоровью пациента, в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работника учреждения здравоохранения и наступившими последствиями у пациента, так и за выявленный факт нарушения установленного порядка и стандарта оказания медицинской помощи, невыполнения, несвоевременного или некачественного выполнения необходимых пациенту диагностических, лечебных, профилактических, реабилитационных мероприятий (исследований, консультаций, операций, процедур, манипуляций, трансфузий, медикаментозных назначений и т.д.), который свидетельствует о нарушении требований к качеству медицинской услуги и прав пациента в сфере охраны здоровья, и является основанием для компенсации морального вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">При рассмотрении настоящего дела достоверно установлено, что в период с <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> по <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span> ответчиком ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» оказана медицинская помощь <span class="FIO11">ФИО11</span> с дефектами диагностики и лечения, которые состоят в непрямой (косвенной, опосредованной) причинно-следственной связи с наступлением неблагоприятного исхода, как факторы, препятствовавшие реализации всех доступных медицинских мероприятий, направленных на профилактику развития осложнений и снижение риска наступления смерти <span class="FIO11">ФИО11</span>, так как и по заключению экспертов ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» <span class="Nomer2">&lt;Номер обезличен&gt;</span>, и по заключению судебно-медицинской экспертизы <span class="Nomer2">&lt;Номер обезличен&gt;</span> лечебным учреждением не в полном объеме проведена лабораторная диагностика, недооценена тяжесть течения <span class="others32">...</span>, не проведен своевременно осмотр врача<span class="others33">...</span> при поступлении <span class="FIO11">ФИО11</span> в больницу <span class="Data2">&lt;Дата обезличена&gt;</span>, не осуществлен тогда же перевод в отделение реанимации, что требовалось в связи с тяжелым течением заболевания и развитием осложнений, назначены неадекватные состоянию пациента <span class="others34">...</span> поддержка и лекарственное лечение.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судебная экспертиза проведена квалифицированными специалистами, обладающими необходимыми познаниями в соответствующей области и опытом экспертной деятельности, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения; заключение судебно-медицинской экспертизы составлено комиссией экспертов по результатам изучения медицинской документации на имя <span class="FIO11">ФИО11</span>, оформленной при её амбулаторном и стационарном лечении в ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», а также гистологического материала (т.4 л.д.62).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Выводы, изложенные в заключении, являются полными и ясными, сомнений в правильности или обоснованности не вызывают.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мотивированных возражений относительно выводов, изложенных в заключении судебно-медицинской экспертизы, проведенной по делу, сторонами в суде первой инстанции не заявлено (т.4 л.д.152,199).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Не приведено таких возражений и в апелляционной жалобе.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">По доводам исковых заявлений, смерть <span class="FIO11">ФИО11</span> причинила истцам сильнейшие нравственные страдания и переживания, так как они лишились самого близкого и родного человека (матери, дочери), смерть которой была неожиданной, и спустя три года они не могут с ней примириться.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">При изложенных выше обстоятельствах суд обоснованно взыскал с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в пользу истцов компенсацию морального вреда, поскольку совокупность условий, при наличии которой возможно возложение ответственности в виде возмещения морального вреда, установлена при рассмотрении дела.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Оказание ненадлежащей медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span>, в том числе лечение, не приносящее ей облегчения и улучшения состояния здоровья, влекло нравственные страдания и переживания истцов, а последовавшая смерть <span class="FIO11">ФИО11</span> усугубила их психологическое состояние, так как истцы понесли невосполнимую утрату близкого человека при осознании возможности иного исхода при своевременном и качественном оказании медицинской помощи.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">С учетом положений статей 151, 1099 и 1101 Гражданского кодекса РФ суд определил размер компенсации морального вреда в пользу Сакс Л.К. в размере 1 000 000 рублей с учетом возраста (<span class="others35">...</span> лет), разрыва семейных связей между матерью и дочерью, несмотря на раздельное проживание, ухудшения здоровья истца; в пользу Мостовой А.С. и Мостовой Е.С. суд взыскал компенсацию морального вреда по 900 000 рублей в пользу каждой с учетом испытываемых нравственных страданий и переживаний в связи со смертью матери, их возраста (<span class="others36">...</span> лет), раздельного проживания.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Однако с выводом суда о наличии оснований для определения компенсации причиненного истцам морального вреда в указанном размере согласиться нельзя, так как он сделан с нарушением норм материального права.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ при определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно статье 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1); размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда; при определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Для привлечения к ответственности в виде возмещении вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса РФ, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса РФ и приведенных выше разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пункту 27 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии с пунктом 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ), в связи с чем сумм компенсации морального вреда должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту; вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Таким образом, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера компенсации морального вреда, поэтому суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, на что ранее было также указано в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 февраля 2022 года.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">По данному делу выводы суда первой инстанции о размере подлежащей взысканию в пользу истцов компенсации морального вреда не отвечают приведенным нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судом не учтено, что, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при рассмотрении дела характера и степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий с учетом индивидуальных особенностей истца-потерпевшего, степени вины причинителя вреда и иных заслуживающих внимания конкретных обстоятельств дела в их совокупности. Определение размера компенсации морального вреда носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом, который должен установить, в чем конкретно выражаются причиненные истцу физические и нравственные страдания.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">При этом сама компенсация морального вреда, определяемая судом в денежной форме, должна быть соразмерной и адекватной обстоятельствам причинения морального вреда потерпевшему, а также характеру и степени причиненных ему физических и (или) нравственных страданий.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Определяя размер компенсации, суд первой инстанции учел возраст истцов, степень родства с <span class="FIO11">ФИО11</span>, разрыв семейных связей, ухудшение здоровья истца Сакс Л.К. и посчитал возможным взыскать с ГБУ РК «Усинская ЦРБ» в пользу Сакс Л.К. денежную компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, а в пользу <span class="FIO2">Мостовой А.С.</span> и <span class="FIO1">Мостовой Е.С.</span> – по 900 000 рублей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Однако указанный размер компенсации морального вреда является чрезмерным, так как определен без учета того, что допущенные ответчиком дефекты оказания медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span> не находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти <span class="FIO11">ФИО11</span>, смерть последней вызвана, по заключению экспертов, <span class="others37">...</span> в период, когда рекомендации по диагностике и лечению этой инфекции являлись временными и пересматривались по мере проведения новых исследований, что является обстоятельствами, характеризующими степень вины ответчика ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Истец Сакс Л.К. проживала с <span class="FIO11">ФИО11</span> раздельно (т.1 л.д.11-12,28), истцы Мостовая А.С. и Мостовая Е.С., будучи зарегистрированными с <span class="FIO11">ФИО11</span> по одному адресу: <span class="Address2">&lt;Адрес обезличен&gt;</span>, фактически с <span class="FIO11">ФИО11</span> не проживали, что следует из сведений об истце в их исковых заявлениях в суд и протоколах судебного заседания от 21 августа 2023 года, а также из письменных пояснений по делу от 1 ноября 2024 года представителя истцов (т.2 л.д.5, т.3 л.д.5, 169-185, 195,209).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мостовая А.С. и Мостовая Е.С. являются совершеннолетними детьми <span class="FIO15">ФИО15</span> <span class="others38">...</span> лет соответственно.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Совершеннолетний возраст дочерей и факт их раздельного проживания с <span class="FIO11">ФИО11</span> влияют на степень нравственных страданий, которые Мостовая А.С. и Мостовая Е.С. испытывают в связи со смертью близкого человека (в данном случае – матери), так как степень таких страданий с учетом этих обстоятельств не равнозначна нравственным страданиям несовершеннолетних детей, находившихся под постоянной опекой матери.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Проживая отдельно от <span class="FIO11">ФИО11</span>, истцы не были непосредственными свидетелями состояния <span class="FIO11">ФИО11</span> при заболевании, не участвовали в ее госпитализации и обслуживании, что также влияет на их эмоционально-психологическое состояние и степень нравственных страданий по сравнению с членами семьи, которые проживали совместно с <span class="FIO11">ФИО11</span> и находились рядом с ней с период болезни.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Заявляя исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере по 1 000 000 рублей в пользу каждой, истцы ни в исках, ни в суде первой инстанции, ни в письменных пояснениях по делу не указали на обстоятельства, с учетом которых заявленная к взысканию сумма компенсации морального вреда адекватна перенесенным ими нравственным переживаниям по поводу недостатков оказания медицинской помощи <span class="FIO11">ФИО11</span></p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Указание суда в решении на ухудшение состояния здоровья Сакс Л.К. не может быть признано обоснованным, так как никаких доказательств этому в материалах дела не имеется, и на ухудшение состояния здоровья в результате нравственных страданий в связи со смертью дочери вследствие некачественного оказания ей медицинской помощи Сакс Л.К. не указывала ни в иске, ни в письменных пояснениях по делу.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">С учетом приведенных выше обстоятельств (возраста истцов, их раздельного проживания с <span class="FIO11">ФИО11</span>, отсутствия последствий в виде ухудшения состояния здоровья, обстоятельств, характеризующих степень вины ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ»), а также с учетом того, что истцы лишились близкого и родного человека – дочери, матери, которой на момент смерти исполнилось всего <span class="others39">...</span> лет, смерть наступила не вследствие длительного заболевания, а была скоротечной, судебная коллегия полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов по 200 000 рублей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Решение суда в этой части подлежит изменению.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Довод апелляционной жалобы о незаконности возложения субсидиарной ответственности на Министерство здравоохранения Республики Коми подлежит отклонению.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно абзацу второму пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым данного пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Таким образом, законодателем предусмотрена возможность привлечения к субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам, связанным с причинением вреда гражданам.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно пункту 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 Гражданского процессуального кодекса РФ.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В Уставе ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», утвержденном приказом Министерства здравоохранения Республики Коми от 1 октября 2021 года №10/300, закреплено, что ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» является государственным учреждением здравоохранения бюджетного типа, финансовое обеспечение которого осуществляется за счет средств республиканского бюджета Республики Коми, а также иных, предусмотренных законодательством источников; учредителем и собственником имущества ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» является Республика Коми; функции и полномочия учредителя от имени Республики Коми осуществляет Министерство здравоохранения Республики Коми (пункты 1.2, 1.7 и 1.8 Устава).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии с подпунктом 33 пункта 9 Положения о Министерстве здравоохранения Республики Коми, утвержденного постановлением Правительства Республики Коми от 5 июля 2012 года № 283, для реализации задач, указанных в разделе II настоящего Положения, Министерство исполняет функции главного распорядителя и получателя бюджетных средств в части средств, предусмотренных в республиканском бюджете Республики Коми на финансовое обеспечение деятельности Министерства и реализацию возложенных на него функций, а также в части средств на финансовое обеспечение деятельности медицинских организаций, подведомственных Министерству.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В связи с изложенным субсидиарную ответственность за причиненный вред при недостаточности имущества ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в силу положений пункта 5 статьи 123.22 Гражданского кодекса РФ несет собственник имущества – Республика Коми в лице Министерства здравоохранения Республики Коми, поэтому суд первой инстанции правомерно привлек Министерство здравоохранения Республики Коми к участию в деле в качестве соответчика и возложил на него субсидиарную ответственность по обязательствам ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ», возникшим на основании принятого по данному делу судебного решения, при недостаточности имущества ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Ссылка в апелляционной жалобе на положения статьи 161, пункта 3 статьи 242.2, пункта 1 статьи 242.4 Бюджетного кодекса РФ несостоятельна, так как указанные нормы регулируют порядок исполнения судебных актов по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, и о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок (статья 242.2 Бюджетного кодекса РФ), что не являлось предметом рассмотрения по настоящему делу, правовое положение казенных учреждений (статья 161 Бюджетного кодекса РФ) и исполнение судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства бюджета субъекта Российской Федерации (бюджета территориального государственного внебюджетного фонда) по денежным обязательствам казенных учреждений (статья 242.4 Бюджетного кодекса РФ), к которым ответчик ГБУЗ РК «Усинская «ЦРБ» не относится.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Оснований, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, для отмены решения суда не установлено.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Руководствуясь статьями 328,330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">О П Р Е Д Е Л И Л А :</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Решение Усинского городского суда Республики Коми от 2 ноября 2024 года изменить в части размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ» в пользу <span class="FIO1">Мостовой Е.С.</span>, <span class="FIO2">Мостовой А.С.</span> и <span class="FIO3">Сакс Л.К.</span>: взыскать с ГБУЗ РК «Усинская ЦРБ в пользу <span class="FIO1">Мостовой Е.С.</span>, <span class="FIO2">Мостовой А.С.</span> и <span class="FIO3">Сакс Л.К.</span> компенсацию морального вреда в размере по 200 000 рублей каждой.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В остальной части решение Усинского городского суда Республики Коми от 2 ноября 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства здравоохранения Республики Коми - без удовлетворения.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Председательствующий</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судьи</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 марта 2025 года</p></span>