Дело № 33-404/2025

Суть дела

<title></title> УИД 19RS0002-01-2024-004110-23 Председательствующий: Дмитриенко Д.М. Дело № 33-404/2025 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Хакасия в составе: председательствующего Топоева А.С., судей Морозовой В.Н., Прониной А.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Кляйн И.А., рассмотрела в открытом судебном заседании 20 февраля 2025 года гражданское дело по апелляционным жалобам представителя истца Романов А.Н. Байкаловой Т.И., представителя ответчика акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» Кулакова О.В. на решение Черногорского городского суда Республики Хакасия от 19 ноября 2024 года по иску Романов А.Н. к акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной» о компенсации морального вреда. Заслушав доклад судьи Морозовой В.Н., судебная коллегия У С Т А Н О В И Л А: Романов А.Н. обратился в суд с иском к акционерному обществу «Угольная компания «Разрез Степной» (далее – АО «УК «Разрез Степной») о компенсации морального вреда. Требования мотивировал тем, что в период работы в организациях угольной промышленности он приобрел профессиональные заболевания: <данные изъяты>. Указанные профессиональные заболевания повлекли утрату им профессиональной трудоспособности в размере 30%. Полагая, что профессиональные заболевания возникли по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, при этом данные заболевания и утрата профессиональной трудоспособности причиняют ему физические и нравственные страдания, просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 1125631 руб. 50 коп., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб. в связи с отказом ответчика в выплате указанной компенсации в добровольном порядке, возместить судебные расходы на оплату услуг представителя в размере                       30000 руб., на оплату услуг по расчету среднего заработка в размере                    3500 руб. В судебном заседании представитель истца Байкалова Т.И. исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям с учетом их уточнения. Представитель ответчика Кулаков А.В. требования не признал, полагал, что оснований для компенсации морального вреда сверх произведенной истцу единовременной страховой выплаты не имеется. Дело рассмотрено судом в отсутствие истца Романова А.Н. Судом постановлено решение, которым исковые требования удовлетворены частично, с АО «УК «Разрез Степной» в пользу Романова А.Н. взыскана компенсация морального вреда в размере 639206 руб. 80 коп., в возмещение судебных расходов взыскано 33500 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано. В доход местного бюджета с АО «УК «Разрез Степной» взыскана государственная пошлина в размере 3000 руб. С решением суда не согласны представитель истца Байкалова Т.И. и представитель ответчика Кулаков А.В. В апелляционной жалобе представитель истца Байкалова Т.И. просит решение суда изменить. Выражает несогласие с произведенным судом расчетом компенсации морального вреда. Полагает, что суд при расчете необоснованно принял во внимание выплаченные Фондом социального страхования Российской Федерации Романову А.Н. единовременные выплаты в размере 45273 руб. 65 коп. и 22636 руб. 83 коп., а также произвел расчет из 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности. Полагает, что с учетом длительного стажа работы истца на предприятии ответчика в условиях воздействия вредных производственных факторов расчет должен быть произведен исходя из 40% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности. По мнению апеллянта, определенный судом размер компенсации морального вреда не может в полной мере компенсировать причиненные истцу нравственные и физические страдания, которые он испытывает вследствие приобретенного им профессионального заболевания. Просит учесть, что ответчик является юридическим лицом и имеет возможность выплатить истцу компенсацию причиненных физических и нравственных страданий в заявленном размере, которой отвечает целям и задачам компенсации морального вреда. В апелляционной жалобе представитель ответчика Кулаков А.В. просит решение суда отменить, принять новое, в удовлетворении требований отказать в полном объеме. Считает ошибочным произведенный судом расчет среднемесячного заработка истца, полагает, что суд неправильно определил фактически отработанные истцом часы. По мнению апеллянта, оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда сверх размера, определенного по правилам Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, не имелось, кроме того, считает, что суд, увеличивая размер компенсации морального вреда, вышел за рамки заявленных истцом исковых требований. Полагает необоснованным взыскание с ответчика судебных расходов на оплату услуг по расчету среднего заработка в размере 3500 руб., т.к., данный расчет признан судом ошибочным, и не принят во внимание. Выражает несогласие с размером судебных расходов на оплату услуг представителя, полагает его не соответствующим объему выполненной представителем истца работы, затраченному представителем времени, а также не соответствующим требованиям разумности и справедливости. В письменных возражениях относительно доводов апелляционной жалобы прокурор Колмогорова Т.В., представитель истца Байкалова Т.И. в не обжалуемой части выражают согласие с решением суда. Выслушав представителя истца Байкалову Т.И., представителя ответчика Артеменко М.Д., заключение прокурора Тулиной О.Е., проверив материалы дела с учетом требований ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах, судебная коллегия не находит оснований для отмены решения суда. Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Судом установлено, что Романов А.Н. был трудоустроен в ЗАО «Разрез Степной» 26 мая 1999 года, до 21 сентября 2002 года работал помощником машиниста экскаватора, с 22 сентября 2002 года до 17 июля 2008 года помощником машиниста экскаватора в ООО «Разрез Степной», ООО «УК «Разрез Степной», с 17 июля 2008 года по 13 августа 2024 года машинистом экскаватора в «ООО «УК «Разрез Степной» (л.д. 16-17). В период с 9 по 19 октября 2023 года истец проходил обследование в ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» (л.д. 23). Медицинским заключением № 2296 Романову А.Н. установлен диагноз: <данные изъяты>. 11 декабря 2023 года составлены акты о случае у Романова А.Н. профессионального заболевания, подтверждающие, что профессиональные заболевания (<данные изъяты>) у истца возникли в результате длительного воздействия производственной общей вибрации и производственного шума, превышающих предельно допустимые уровни (л.д. 24-27). Согласно п. 4 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отправления) от 19 августа 2021 года № 55 работа машиниста экскаватора ЭКГ-15 связана с воздействием таких неблагоприятных факторов, как шум, общая и локальная вибрация, тяжесть труда (неудобная рабочая поза при проведении ремонтных работ и техническом обслуживании экскаватора)                 (л.д. 19). Пунктами 10.1, 10.3 указанной санитарно-гигиенической характеристики, пунктами 17, 18 актов о случае профессионального заболевания от 11 декабря 2023 года при производстве работ на рабочем месте машиниста экскаватора воздействуют следующие производственные факторы: эквивалентный уровень звука до 95 дБа, ПДУ – 80 дБА, превышения до          15 дБа, время воздействия до 8,5 часов в смену; корректированный эквивалентный уровень общей вибрации (виброускорение) по оси Х – до 111,7 дБ, по оси Y – до 112,3 (ПДУ – 106 дБ), по оси Z – 118 дБ (ПДУ – 109 дБ), превышение до 5,7 дБ, 6,3 дБ и 9 дБ соответственно, время воздействия до 8,5 часов в смену. Эквивалентный уровень звука на рабочем месте горнорабочего очистного забоя составляет до 90 дБА, ПДУ – 80 дБА, превышение до 10 ДБА, время воздействия – до 5 часов в смену. Согласно справкам ФКУ «ГБ МСЭ по Республике Хакасия» серии           МСЭ-2022 №№ 0056485, 0056486 от 6 марта 2024 года Романову А.Н. на срок с 16 февраля 2024 года по 14 февраля 2025 года установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 20% и 10% (л.д. 28-29). Решениями Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Хакасия от 5 апреля 2024 года                            № 1134-В и № 1140-В Романову А.Н. в связи с повреждением                          здоровья вследствие профессиональных заболеваний, установленных                18 октября 2023 года, в период работы в АО «УК «Разрез Степной» (20% и 10% утраты профессиональной трудоспособности) назначены единовременные страховые выплаты в размере 45273 руб. 65 коп. и 22636 руб. 83 коп.                         (л.д. 39-40). 19 апреля 2024 года истец обратился в АО «УК «Разрез Степной» с заявлением о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием (л.д. 58). Письмом от 20 мая 2024 года № 575 АО «УК «Разрез Степной» сообщило истцу об отсутствии оснований для выплаты компенсации (л.д. 59). Претензия истца от 5 июня 2024 года о выплате денежной компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием (л.д. 41) также оставлена ответчиком без удовлетворения. Установив, что профессиональные заболевания у истца возникли в результате воздействия на организм вредных производственных факторов в период работы в АО «УК «Разрез Степной», суд пришел к выводу о том, что причиненный истцу моральный вред подлежит возмещению ответчиком. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходил из следующего. В силу части 2 статьи 5 Трудового кодекса Российской Федерации в коллективных договорах, соглашениях, а также в локальных нормативных правовых актах и трудовых договорах возможно закрепление дополнительных по сравнению с действующим законодательством гарантий работникам и случаев их предоставления. Пунктом 1 ст. 21 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» предусмотрено, что социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций. Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности 18 января 2019 года утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности на 2019 – 2021 годы (далее – ФОС). Факт присоединения АО «УК «Разрез Степной» к данному соглашению ответчиком не оспаривается. Согласно пункту 5.4 Федерального отраслевого соглашения предприятий по угольной промышленности в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза. В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей. В пункте 6.4 Коллективного договора АО «УК «Разрез Степной» на период с 1 апреля 2023 года по 31 марта 2026 года предусмотрено, что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (за вычетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) (л.д. 70). С учетом положений Федерального отраслевого соглашения и Коллективного договора суд определил, что размер компенсации морального вреда составит 429206 руб. 80 коп., из расчета: 82852 руб. 88 коп. (средний заработок) х 20% х 30% (процент утраты трудоспособности) –                             45273 руб. 65 коп. – 22636 руб. 83 коп. единовременные страховые выплаты. Довод апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что судом неверно произведен расчет среднемесячного заработка истца, судебной коллегией отклоняется. В соответствии с ч.ч. 1-3, 7 ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений. Согласно подп. «н» п. 2 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922 (далее – Положение), для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. К таким выплатам, в том числе относятся премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда. Для расчета среднего заработка не учитываются выплаты социального характера и иные выплаты, не относящиеся к оплате труда (материальная помощь, оплата стоимости питания, проезда, обучения, коммунальных услуг, отдыха и другие) (п. 3 Положения). В соответствии с п. 5 Положения при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если: а) за работником сохранялся средний заработок в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением перерывов для кормления ребенка, предусмотренных трудовым законодательством Российской Федерации; б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам; в) работник не работал в связи с простоем по вине работодателя или по причинам, не зависящим от работодателя и работника; г) работник не участвовал в забастовке, но в связи с этой забастовкой не имел возможности выполнять свою работу; д) работнику предоставлялись дополнительные оплачиваемые выходные дни для ухода за детьми-инвалидами и инвалидами с детства; е) работник в других случаях освобождался от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации. В силу п. 6 Положения в случае, если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному. Пунктом 13 Положения установлено, что при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска, используется средний часовой заработок. Средний часовой заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные часы в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с                 п. 15 настоящего Положения, на количество часов, фактически отработанных в этот период. Средний заработок определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по графику работника в периоде, подлежащем оплате. Для расчета среднего заработка истец обратился в ООО Налоги.Бизнес.Право». Согласно справке средимесячный заработок              Романова А.Н. за 2023-2024 годы составил 93802 руб. 62 коп. (л.д.42). Возражая относительно представленного истцом расчета среднего заработка, сторона ответчика представила справку, согласно которой средний заработок истца составил 2164 руб. 63 коп. Признавая ошибочным расчет среднего заработка, выполненный ответчиком, суд исходил из того, что в нарушение п. 5 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы ответчиком при расчете не исключены периоды, когда истец фактически не работал, однако за ним сохранялся средний заработок (периоды временной нетрудоспособности, отпусков). Ошибочным суд признал и расчет, выполненный ООО Налоги.Бизнес.Право», придя к выводу о том, в нем необоснованно не учтены 6 отработанных часов (переработка при суммированном учете рабочего времени, оплаченная в июне – расчетный листок за июнь 2023 года). Производя расчет среднего заработка истца, суд с учетом расчетных листиков, представленных в материалы дела, исходил из следующих обстоятельств: количество отработанных истцом часов в учетном периоде составляет 52 (46 + 6), сумма заработка с учетом индексации – 26203 руб. 30 коп. -средний часовой заработок истца составляет 503 руб. 91коп.                        (26203 руб. 30 коп. / 52 час.), -среднемесячное количество рабочих часов на основании производственного календаря (по причине отсутствия сведений о количестве рабочих часов истца по графику за учетный период) с 1 апреля 2023 года по    31 марта 2024 года составляет 164,42 час. исходя из расчета: (488 (2 кв. 2023 г.) + 520 (3 кв. 2023 г.) + 511 (4 кв. 2023 г.) + 454 (4 кв. 2024 года)) / 12 мес. Согласно произведенному судом расчету средний заработок истца составляет 82852 руб. 88 коп. (164,42 час. х 503,91 руб.). Учитывая отсутствие установленного порядка перевода среднего часового заработка в среднемесячный для работников с суммированным учетом рабочего времени, при отсутствии графика сменности в отношении истца, судебная коллегия соглашается с примененным судом порядком определения среднемесячного заработка. Доводы апелляционной жалобы ответчика о несогласии с решением суда в указанной части судебная коллегия находит не заслуживающими внимания, поскольку приведенные апеллянтом доводы не основаны на правовых нормах, регулирующих спорные правоотношения, не свидетельствуют о допущенных судом нарушениях норм материального права, несоответствии выводов суда установленным по делу обстоятельствам. Определенный судом среднемесячный заработок истца максимально отражает уровень его дохода, в то время как расчет ответчика содержит некорректное применение Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922. Определив среднемесячную заработной плату истца, суд произвел расчет компенсации морального вреда с применением положений п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения предприятий по угольной промышленности, предусматривающего выплату работодателем единовременной выплаты из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности. Выражая несогласие с произведенным судом расчетом размера компенсации морального вреда, представитель истца полагает, что суд необоснованно принял во внимание выплаченные Фондом социального страхования единовременные выплаты в размере 45273 руб. 65 коп. и                    22636 руб. 83 коп., а также произвел расчет из 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, полагая, что расчет должен быть произведен исходя из 40% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности и без учета выплаченной Фондом социального страхования Российской Федерации единовременной страховой выплаты. Судебная коллегия находит данные доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению. Согласно абз. 2 и 3 ч. 3, ч. 5 ст. 48 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение действует в отношении: всех работодателей, являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, а также являющихся членами объединений работодателей, иных некоммерческих организаций, входящих в объединение работодателей, заключившее соглашение. Прекращение членства в объединении работодателей не освобождает работодателя от выполнения соглашения, заключенного в период его членства. Работодатель, вступивший в объединение работодателей в период действия соглашения, обязан выполнять обязательства, предусмотренные этим соглашением; работодателей, не являющихся членами объединения работодателей, заключившего соглашение, которые уполномочили указанное объединение от их имени участвовать в коллективных переговорах и заключить соглашение либо присоединились к соглашению после его заключения; всех работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателями, указанными в частях третьей и четвертой настоящей статьи. В силу ч. 3 ст. 43 Трудового кодекса Российской Федерации действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения. Таким образом, предусмотренный Федеральным отраслевым соглашением предприятий по угольной промышленности (пункт 5.4) и Коллективным договором АО «УК «Разрез Степной» (пункт 6.4) порядок расчета компенсации морального вреда, предусматривающий расчет выплаты работнику в счет компенсации морального вреда из расчета 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования, обязателен для истца как работника предприятия угольной промышленности. Довод апеллянта о том, что согласно Федеральному отраслевому соглашению единовременная выплата составляет не менее 20% среднего заработка за каждый процент утраты трудоспособности, не ставит под сомнение правильность выводов суда, и не свидетельствует о наличии правовых оснований для расчета выплаты в счет компенсации морального вреда исходя из 40% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности. Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции указал, что условиями Федерального отраслевого соглашения гарантируется единовременная выплата в счет компенсации морального вреда и определен ее минимальный размер, который по настоящему делу определен в сумме              429206 руб. 80 коп. В то же время, суд указал, что размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, не ограничивается условиями указанного соглашения, и с учетом характера и степени причиненных истцу физических и нравственных страданий, с учетом индивидуальных особенностей истца, обстоятельств причинения вреда здоровью вследствие длительной работы истца во вредных производственных условиях, суд пришел к выводу о том, что размер компенсации морального вреда, определенный в соответствии с п. 5.4. Федерального отраслевого соглашения, не соответствует степени причиненных истцу физических и нравственных страданий. С учетом изложенных обстоятельств, суд пришел к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца сверх минимальной суммы, определенной Федеральным отраслевым соглашением, компенсации морального вреда в размере 200000 руб. Принимая во внимание допущенное ответчиком нарушение трудовых прав истца, выразившееся в отказе в добровольном порядке выплатить компенсацию морального вреда в размере, определенном Федеральным отраслевым соглашением, суд взыскал с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. В апелляционной жалобе представитель истца выражает несогласие с определенным судом размером компенсации морального вреда, полагая его не соответствующим требованиям разумности и справедливости. Судебная коллегия находит данные доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению по следующим основаниям. В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. В пункте 14 постановления Пленума № 33 разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда. В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации)                (п. 24 постановления Пленума № 33). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В пункте 25 постановления Пленума № 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований. Согласно п. 46 постановления Пленума № 33 работник в силу                    ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем. В пункте 47 постановления Пленума № 33 разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 24 постановления Пленума № 33, факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений ст. 151 и 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания. Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя истца, судом первой инстанции учтены все заслуживающие внимание фактические обстоятельства, в том числе характер страданий истца, выразившихся в испытываемой им физической боли в связи с приобретенным в период работы у ответчика профессиональным заболеванием, возраст истца (на момент рассмотрения дела 53 года), период работы во вредных условиях труда (31 год 10 месяцев), необходимость прохождения лечения, принятия лекарственных препаратов, прохождения медицинских процедур, вину работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда, длительность воздействия на здоровье истца вредных производственных факторов. С учетом указанных обстоятельств суд установил компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию в пользу истца в связи с профессиональным заболеванием, сверх установленного Федеральным отраслевым соглашением размера - 200000 руб. и 10000 руб. за неисполнение в добровольном порядке требований работника, что в совокупности составило 639206 руб. 80 коп. Взысканный размер компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, является соразмерным причиненным физическим и нравственным страданиям истца, отвечает требованиям разумности и справедливости. Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика о том, что порядок выплаты работникам компенсации морального вреда в связи с выявлением у них профессионального заболевания и ее конкретный размер определены Федеральным отраслевым соглашением и коллективным договором, в связи с чем общие правила гражданского законодательства, позволяющие суду самостоятельно устанавливать размер компенсации морального вреда, не должны применятся в настоящем споре, судебная коллегия отклоняет по следующим основаниям. В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3                 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46). Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1). В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2). Согласно разъяснению, содержащемуся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере. Таким образом, право суда взыскивать компенсацию морального вреда в размере, большем, чем это установлено отраслевым соглашением или коллективным договором, соответствует приведенным нормам материального права и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Удовлетворив требования истца, суд возместил ему судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб., а также на оплату услуг по расчету среднемесячного заработка в размере 3500 руб. В апелляционной жалобе представитель ответчика выражает несогласие с размером возмещенных истцу судебных расходов на оплату услуг представителя. Судебная коллегия не может согласиться с данными доводами апелляционной жалобы представителя ответчика по следующим основаниям. Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В соответствии с ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. В подтверждение понесенных судебных расходов стороной истца представлен заключенный между Романовым А.Н. и Байкаловой Т.И. договор поручения от 3 октября 2024 года, согласно которому поверенный обязуется подготовить процессуальные документы и представлять интересы доверителя в суде по иску о компенсации морального вреда, доверитель обязуется выплатить вознаграждение. Стоимость услуг по договору определена сторонами в п. 3 договора и составляет 30000 руб. (л.д. 47). В договоре поручения содержится расписка, согласно которой         Романов А.Н. передал Байкаловой Т.И. 30000 руб. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на установление баланса между правами лиц, участвующих в деле. Поскольку принцип разумности является оценочным понятием, то при определении разумности размера подлежащих отнесению на ответчика судебных расходов во внимание следует принимать объект судебной защиты и объем защищаемого права, категорию спора и уровень его сложности, затраченное время на его рассмотрение, совокупность представленных сторонами в подтверждение своей правовой позиции документов и фактические результаты рассмотрения заявленных требований. Судом первой инстанции, при определении размера подлежащих возмещению судебных расходов, связанных с рассмотрением настоящего дела, учтены все заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе выполненный представителем истца Байкаловой Т.И. объем процессуальных действий, сложность дела, длительность его рассмотрения, а также требования разумности. Оснований не согласиться с определенным к возмещению размером судебных расходов на оплату услуг представителя, судебная коллегия не находит, поскольку он соответствует принципам разумности и справедливости, чрезмерным не является, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц, учитывает объем и характер предоставленных услуг (составление искового заявления на 9 листах, участие в судебном заседании продолжительностью         50 минут), затраченное представителем время на ведение дела. Кроме того, критерий разумности и соразмерности является оценочным и подлежит оценке судом при решении вопроса о возмещении судебных расходов. Кроме того, истец просил возместить ему расходы, связанные с оплатой услуг ООО «Налоги.Бизнес.Право.» по расчету среднемесячного заработка истца. Стоимость услуг по составлению расчета составила 3500 руб., что подтверждается актом приема-передачи оказанных услуг и кассовым чеком от 30 сентября 2024 года (л.д. 42-45). Поскольку вышеуказанный расчет был необходим истцу для обоснования заявленной позиции по делу, принят судом в качестве доказательства, суд обоснованно признал данные расходы необходимыми и подлежащими возмещению в заявленном объеме. При указанных обстоятельствах судебная коллегия полагает решение суда законным и обоснованным, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционных жалоб не имеется. Нарушения норм материального права, а также требований процессуального закона, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом не допущено. На основании изложенного, руководствуясь ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия О П Р Е Д Е Л И ЛА: Решение Черногорского городского суда Республики Хакасия от                       19 ноября 2024 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционные жалобы представителя истца Романов А.Н. Байкаловой Т.И., представителя ответчика акционерного общества «Угольная компания «Разрез Степной» Кулакова О.В. – без удовлетворения. Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы (представления) через суд первой инстанции. Председательствующий                                                    А.С. Топоев Судьи                                                                                        В.Н. Морозова                                                         А.В. Пронина Мотивированное апелляционное определение изготовлено 06.03.2025

Основная информация

УИД дела: 19RS0002-01-2024-004110-23

Результат рассмотрения: РЕШЕНИЕ оставлено БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ

Дата рассмотрения: 20.02.2025

Судья: Морозова Вера Николаевна

Категория дела: Иски, связанные с возмещением ущерба → О компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью

Участники дела

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: АО "Угольная компания "Разрез Степной"

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Байкалова Татьяна Ивановна

ПРОКУРОР

ФИО/Наименование: Прокурор г. Черногорска

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Романов Андрей Николаевич

Движение дела

29.01.2025 14:59

Передача дела судье

20.02.2025 09:00

Судебное заседание

Место: Зал №417

Результат: Вынесено решение

12.03.2025 13:38

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

19.03.2025 16:28