Дело № 33-4260/2025

Суть дела

<title></title> УИД 29RS0023-01-2024-010264-83 Строка 2.212, г/п 3 000 руб. Судья Шарпалова Л. А. Докладчик Сафонов Р. С.           Дело № 33-4260/2025          26 июня 2025 года АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе председательствующего Бланару Е. М., судей Вальковой И. А., Сафонова Р. С., при секретаре Бурковой Н. В., с участием прокурора Фоменко К. И. рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело № 2-1104/2025 по исковому заявлению Венгер Л.Е. к Северодвинскому муниципальному унитарному предприятию «Жилищный трест» о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка с апелляционной жалобой Венгер Л.Е. на решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 26 февраля 2025 года. Заслушав доклад судьи Сафонова Р. С., судебная коллегия установила: Венгер Л. Е. обратилась в суд с иском к Северодвинскому муниципальному унитарному предприятию «Жилищный трест» (далее – СМУП «Жилищный трест») о компенсации морального вреда, утраченного заработка. В обоснование заявленных требований указала, что 14 апреля 2024 года в результате падения на крыльце дома <адрес> она получила травму в виде перелома правой плечевой кости. Причиной падения послужило неудовлетворительное состояние покрытия ступеней крыльца, которые были покрыты наледью, не обработаны противогололёдными реагентами. В связи с этим просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, утраченный заработок за период с 14 апреля 2024 года по 17 октября 2024 года в размере 34 809 рублей 99 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 рублей. Истец Венгер Л. Е., надлежащим образом извещённая о времени и месте рассмотрения дела, в судебном заседании суда первой инстанции участия не принимала. Её представитель Михайлов Р. Н. в судебном заседании исковые требования поддержал. Представитель ответчика Коденцева И. Н. в судебном заседании просила в удовлетворении исковых требований отказать.     В соответствии со статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившегося истца. Решением Северодвинского городского суда Архангельской области от 26 февраля 2025 года иск Венгер Л. Е. к СМУП «Жилищный трест» о взыскании компенсации морального вреда, утраченного заработка удовлетворён. Со СМУП «Жилищный трест» в пользу Венгер Л. Е. взысканы компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф в размере 50 000 рублей, утраченный заработок в размере 34 809 рублей 99 копеек, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 500 рублей. Со СМУП «Жилищный трест» в доход местного бюджета городского округа Архангельской области «Северодвинск» взыскана государственная пошлина в размере 7 000 рублей. С решением суда в части размера взысканной компенсации морального вреда не согласилась истец Венгер Л. Е., ею подана апелляционная жалоба, в которой она просит решение суда изменить, принять по делу в обжалуемой части новое решение, которым взыскать в её пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. В обоснование жалобы ссылается на неправильное применение судом норм материального и процессуального права. Указывает, что в решении суда отсутствует ссылка на статью 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, положения которой фактически применяет суд. Считает, что вывод суда о нахождении её во время получения травмы в состоянии алкогольного опьянения не соответствует действительности и противоречит материалам дела. Указывает, что анализ крови на содержание в ней алкоголя не проводился, нахождение её в состоянии алкогольного опьянения свидетели не подтвердили. Употребление алкоголя в день травмы она не отрицает, но не считает, что была в состоянии опьянения в последующем во время получения травмы. Факт употребления алкоголя не может рассматриваться как грубая неосторожность и являться основанием для снижения размера компенсации морального вреда. Полагает, что суд неправильно определил степень тяжести вреда, причинённого её здоровью, не применив положения медицинских критериев определения степени тяжести вреда здоровью человека, тем самым допустил необоснованные выводы относительно указанного обстоятельства. Полагает, что причинённый действиями ответчика вред её здоровью с учётом установленной третьей группы инвалидности расценивается как тяжкий, что стороной ответчика не оспаривалось, в противном случае сторона истца настаивала бы на проведении экспертизы. В письменных возражениях на апелляционную жалобу с доводами жалобы не согласился участвующий в деле прокурор Воробьев К. О., он просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец Венгер Л. Е., надлежащим образом извещённая о времени и месте его проведения, не явилась. При таких обстоятельствах в соответствии с частью третьей статьи 167, частью первой статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося в судебное заседание истца. Проверив законность и обоснованность постановленного судом решения в обжалуемой части, изучив материалы дела, заслушав представителя истца Михайлова Р. Н., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика Коденцеву И. Н., возражавшую относительно доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Фоменко К. И. о законности и обоснованности постановленного судом решения, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на неё, судебная коллегия приходит к следующему. Из материалов дела видно и никем не оспаривается, что истец Венгер Л. Е. проживает в <адрес> в <адрес>. Ответчик СМУП «Жилищный трест» как управляющая организация оказывает собственникам помещений в названном многоквартирном доме услуги по управлению многоквартирным домом, оказывает услуги и выполняет работы по содержанию и ремонту общего имущества в таком доме. 14 апреля 2024 года в ночное время истец Венгер Л. Е., поднимаясь по ступенькам крыльца перед входом в подъезд указанного многоквартирного дома, поскользнулась и упала, ударившись о бетонные ступеньки. На место происшествия вызвана бригада скорой медицинской помощи, которая доставила пострадавшую в государственное бюджетное учреждение здравоохранения Архангельской области «Северодвинская городская клиническая больница № 2 скорой медицинской помощи», где ей установлен диагноз <данные изъяты>. На стационарном лечении Венгер Л. Е. находилась в период с    14 апреля 2024 года по 22 апреля 2024 года. 16 апреля 2024 года проведена операция – остеосинтез титановой пластиной. При выписке рекомендовано продолжение лечения у врача-травматолога, иммобилизация правой верхней конечности косыночной повязкой до 1,5 месяцев после проведённой операции, лечебная физическая культура. Далее Венгер Л. Е. проходила стационарное лечение в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Архангельской области «Архангельская областная клиническая больница» в период с 4 сентября 2024 года по 10 сентября 2024 года по поводу заболевания <данные изъяты>, 5 сентября 2024 года проведена операция – удаление металлоконструкции из правого плеча, резекция ложного сустава, открытая репозиция, остеосинтез правой плечевой кости с костной аутопластикой. При выписке рекомендовано продолжение лечения у врача-травматолога (хирурга) в поликлинике, ношение косыночной повязки до трёх недель с момента операции, исключение тяжёлой физической нагрузки на правую руку до 2,5 месяцев после операции, лечебная физическая культура, массаж, физиолечение. Вновь на стационарном лечении в государственном бюджетном учреждении здравоохранения Архангельской области «Архангельская областная клиническая больница» Венгер Л. Е. находилась в период с            2 октября 2024 года по 15 октября 2024 года по поводу заболевания <данные изъяты>, проведена санация послеоперационной раны, выписана в удовлетворительном состоянии для дальнейшего амбулаторного лечения у врача-травматолога в поликлинике по месту жительства. На время стационарного и последующего амбулаторного лечения истцу Венгер Л. Е. был выдан лист нетрудоспособности с 14 апреля 2024 года по 11 декабря 2024 года. 12 декабря 2024 года ей впервые учреждением медико-социальной экспертизы установлена третья группа инвалидности, причина инвалидности – общее заболевание. Удовлетворяя заявленные истцом требования о взыскании денежной компенсации морального вреда, утраченного заработка, суд первой инстанции, дав оценку представленным в материалы дела письменным доказательствам, пояснениям сторон, показаниям свидетелей, пришёл к выводу о том, что истец получила травмы по вине ответчика СМУП «Жилищный трест», который не обеспечил надлежащее содержание общедомового имущества. Учитывая, что в результате полученной травмы истец испытала физическую боль, длительное время проходила лечение, в период которого не могла вести привычной образ жизни и проявлять обычную степень социальной и бытовой активности, с учётом тяжести травмы, грубой неосторожности истца, которая находилась в момент падения в состоянии алкогольного опьянения, требований разумности и справедливости, суд первой инстанции пришёл к выводу о взыскании с ответчика СМУП «Жилищный трест» в пользу Венгер Л. Е. компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, не усмотрев оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, отклонив доводы истца о присвоении ей инвалидности вследствие травмы из-за отсутствия доказательств причинно-следственной связи между бездействием ответчика и установлением инвалидности истцу. Кроме того, с ответчика СМУП «Жилищный трест» в пользу Венгер Л. Е. взыскан утраченный заработок (за вычетом пособия по временной нетрудоспособности) в размере 34 809 рублей 99 копеек. В соответствии с требованиями частей первой и второй статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них. В апелляционной жалобе истец ссылается на незаконность решения суда лишь в части определения судом размера компенсации морального вреда. С учётом указанного судебная коллегия считает возможным проверить законность и обоснованность обжалуемого судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части в пределах тех доводов, которые изложены в апелляционной жалобе истца. Судебная коллегия, соглашаясь с выводом суда первой инстанции о праве истца требовать от ответчика возмещения причинённого ей вреда здоровью, не может согласиться с определённым судом размером компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела, неправильным применением норм материального права. Доводы апелляционной жалобы стороны истца об этом заслуживают внимания. Согласно части 1 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации управление многоквартирным домом должно обеспечивать благоприятные и безопасные условия проживания граждан, надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме, решение вопросов пользования указанным имуществом, а также предоставление коммунальных услуг гражданам, проживающим в таком доме, или в случаях, предусмотренных статьёй 157.2 настоящего Кодекса, постоянную готовность инженерных коммуникаций и другого оборудования, входящих в состав общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме, к предоставлению коммунальных услуг. Правительство Российской Федерации устанавливает стандарты и правила деятельности по управлению многоквартирными домами. Частью 1.2 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что состав минимального перечня необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме услуг и работ, порядок их оказания и выполнения устанавливаются Правительством Российской Федерации. Как указано в части 2.3 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации, при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несёт ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме и качество которых должно соответствовать требованиям технических регламентов и установленных Правительством Российской Федерации правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, за предоставление коммунальных услуг в зависимости от уровня благоустройства данного дома, качество которых должно соответствовать требованиям установленных Правительством Российской Федерации правил предоставления, приостановки и ограничения предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, правил пользования газом в части обеспечения безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования при предоставлении коммунальной услуги газоснабжения, или в случаях, предусмотренных статьёй 157.2 настоящего Кодекса, за обеспечение готовности инженерных систем. Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2013 года № 290 утверждены минимальный перечень услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, и Правила оказания услуг и выполнения работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме. В пункте 24 минимального перечня услуг и работ, необходимых для обеспечения надлежащего содержания общего имущества в многоквартирном доме, указано, что к работам по содержанию земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иными объектами, предназначенными для обслуживания и эксплуатации этого дома, в холодный период года относятся: очистка крышек люков колодцев и пожарных гидрантов от снега и льда толщиной слоя свыше 5 см; сдвигание свежевыпавшего снега и очистка придомовой территории от снега и льда при наличии колейности свыше 5 см; очистка придомовой территории от снега наносного происхождения (или подметание такой территории, свободной от снежного покрова); очистка придомовой территории от наледи и льда; очистка от мусора урн, установленных возле подъездов, и их промывка; уборка крыльца и площадки перед входом в подъезд. Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме, утверждённые постановлением Правительства Российской Федерации от     13 августа 2006 года № 491, предусматривают, что общее имущество должно содержаться в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации (в том числе о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, техническом регулировании, защите прав потребителей) в состоянии, обеспечивающем соблюдение характеристик надёжности и безопасности многоквартирного дома, безопасность для жизни и здоровья граждан (пункт 10). Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. В силу приведённых норм права условием возложения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения вреда является наличие в совокупности вины причинителя вреда, вреда, прямой причинной связи между его действиями (бездействием) и наступлением последствий. Наличие такой совокупности условий судом установлено и ответчиком допустимыми доказательствами не опровергнуто. С учётом вышеуказанных положений действующего жилищного и гражданского законодательства, именно управляющая организация, взявшая на себя обязательства по управлению конкретным многоквартирным домом, содержанию и ремонту общего имущества собственников помещений в доме, содержанию придомовой территории дома, обязана осуществлять очистку придомовой территории от наледи и льда в зимний период. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от             15 ноября 2022 года), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями – страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда. Тяжесть причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинён вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учётом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункты 25-28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от            15 ноября 2022 года). Судом установлено, что в связи с полученной травмой истец испытала физическую боль как непосредственно при падении с высоты собственного роста, так и в период последующего стационарного и амбулаторного лечения, продолжавшегося более шести месяцев. Длительное время истец была лишена возможности самообслуживания, она не могла трудиться и вести привычный активный образ жизни. Как следует из медицинской документации, при обращениях за медицинской помощью она предъявляла жалобы на боли в области правого плечевого сустава, на ограничения движений в плечевом и локтевом суставах справа, трудности в одевании и приготовлении пищи, плохой сон из-за болей ночью. Таким образом, учитывая вышеприведённые положения гражданского законодательства и установленные обстоятельства, суд правомерно удовлетворил исковые требования Венгер Л. Е. о компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда судом обоснованно учтена грубая неосторожность в действиях истца при получении ею травмы 14 апреля 2024 года. Как указано в пункте 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. В пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учётом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). По смыслу приведённого правового регулирования понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрёг, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчёта, что они не наступят. При этом обязанность доказать наличие грубой неосторожности потерпевшего должна быть возложена на причинителя вреда. Как следует из материалов дела, 14 апреля 2024 года около 3 часов     20 минут на место падения истца вызвана бригада скорой медицинской помощи, которая согласно карте вызова скорой медицинской помощи обнаружила у пациента признаки опьянения: запах алкоголя изо рта, шаткая походка, смазанность речи. В карту вызова скорой медицинской помощи внесена информация со слов пациента о том, что она возвращалась из бара домой. Сторона истца факт употребления алкоголя за несколько часов до момента падения на крыльце многоквартирного дома в апелляционной жалобе не отрицает, хотя в суде первой инстанции этот факт истцом оспаривался и Венгер Л. Е. категорически заявляла, что алкоголь она не употребляла. Таким образом, нахождение истца в состоянии алкогольного опьянения, о чём указано в карте вызова скорой медицинской помощи и не опровергнуто стороной истца, само по себе свидетельствует о пребывании истца в том состоянии, когда нарушена координация движения, вследствие чего она могла потерять равновесие при подъёме по ступеням крыльца. Указанное свидетельствует о наличии в действиях Венгер Л. Е. грубой неосторожности, которая содействовала возникновению вреда здоровью, а потому суд первой инстанции пришёл к верному выводу о наличии оснований для уменьшения размера возмещения причинённого вреда в соответствии со статьёй 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции в отсутствие специальных познаний пришёл к выводу о том, что истцу причинён вред здоровью средней тяжести. Кроме того, суд первой инстанции пришёл к выводу о не предоставлении стороной истца доказательств того, что установленная истцу инвалидность является следствием рассматриваемого несчастного случая.     Частью первой статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей положения части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, определено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.     Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создаёт условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть вторая статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).     В развитие указанных принципов часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.     В силу части второй статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.     Доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Суд вправе предложить им представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть первая статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).     В соответствии с частью первой статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.     Доказательством по делу является заключение эксперта, сформулированное на основе проведённой экспертизы (часть первая статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Исходя из системного толкования приведённых выше норм материального права и с учётом норм процессуального закона, а также оснований заявленного иска, возражений ответчика для правильного разрешения спора о компенсации морального вреда, в том числе обусловленного последствиями травмы, суд первой инстанции в соответствии с требованиями статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации должен был поставить на обсуждение вопрос о необходимости проведения по делу судебно-медицинской экспертизы, предложив участникам процесса проведение соответствующей экспертизы в целях определения причинной связи между причинённым здоровью Венгер Л. Е. вредом и наступившей инвалидностью. В суде апелляционной инстанции сторона истца настаивала, что установление истцу третьей группы инвалидности 12 декабря 2024 года является следствием той травмы, которая получена ею по причине бездействия ответчика, не обеспечившего надлежащее содержание общедомового имущества. В свою очередь представитель ответчика Коденцева И. Н., действующая на основании доверенности, в суде апелляционной инстанции данное обстоятельство признала. В силу положений части второй статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Признание заносится в протокол судебного заседания. Признание, изложенное в письменном заявлении, приобщается к материалам дела. Признание обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, может быть осуществлено в форме одностороннего заявления о согласии с позицией другой стороны (часть третья статьи 153.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). На основании изложенного, учитывая признание стороной ответчика обстоятельств, на которых истец основывает своё требование о компенсации морального вреда, а именно факта установления ей инвалидности вследствие полученной 14 апреля 2024 года травмы, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности прямой причинно-следственной связи между незаконным бездействием ответчика и установлением истцу инвалидности, что влияет на размер компенсации морального вреда. Доводы жалобы о том, что размер компенсации морального вреда должен быть увеличен в связи с тем, что полученная истцом травма в соответствии с пунктом 6.11.1 медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н, соотносится с причинением тяжкого вреда здоровью, не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с пунктом 6 Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 17 августа 2007 года № 522, степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, определяется врачом - судебно-медицинским экспертом медицинского учреждения либо индивидуальным предпринимателем, обладающим специальными знаниями и имеющим лицензию на осуществление медицинской деятельности, включая работы (услуги) по судебно-медицинской экспертизе. Суд первой инстанции, не обладая специальными познаниями, пришёл к выводу о причинении истцу вреда здоровью средней тяжести, в связи с этим судебная коллегия для установления действительной степени тяжести вреда, причинённого здоровью истца, представителю истца, исходя из доводов апелляционной жалобы, разъяснила право на проведение судебно-медицинской экспертизы, однако стороной истца такого ходатайства в суде апелляционной инстанции не заявлено. Вместе с тем судебная коллегия исходит из того, что отсутствие медицинского освидетельствования, подтверждающего степень тяжести причинённого истцу вреда здоровью, не является препятствием для определения размера компенсации морального вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Обстоятельства причинения вреда здоровью и физических страданий истца подтверждаются медицинскими документами, установление истцу инвалидности в результате травмы ответчиком не оспаривается Таким образом, решение суда первой инстанции в части определения размера подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда, учитывая, что при обосновании взыскиваемой денежной суммы суд первой инстанции не учёл факт установления истцу инвалидности в результате травмы и сослался на причинение вреда здоровью средней тяжести при отсутствии в материалах дела соответствующего заключения врача - судебно-медицинского эксперта, нельзя признать законным и обоснованным. Поскольку судом первой инстанции при вынесении решения допущено нарушение норм материального права, а выводы суда первой инстанции, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела, обжалуемое решение подлежит изменению в части размера взысканной в пользу Венгер Л. Е. компенсации морального вреда с вынесением по делу нового решения. При принятии по делу нового решения судебная коллегия на основании вышеуказанных положений материального закона, учитывая фактические обстоятельства дела, характер допущенного нарушения со стороны управляющей организации, степень её вины, а также грубую неосторожность потерпевшей, содействующей возникновению вреда, длительность её стационарного и амбулаторного лечения, виды медицинских манипуляций, которые применялись для лечения полученной травмы, ограничение в физической активности в связи с состоянием здоровья и рекомендациями врачей, последствия травмы в виде установления третьей группы инвалидности, индивидуальные особенности потерпевшей, а именно её возраст (53 года), отсутствие у неё несовершеннолетних детей, требующих заботы и ухода, а также нравственные страдания истца, заключающиеся в том, что в связи с полученными телесными повреждениями истец длительное время испытывала чувство страха и тревоги за своё здоровье, требования разумности и справедливости, полагает возможным определить ко взысканию с ответчика СМУП «Жилищный трест» в пользу Венгер Л. Е. компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей. Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) регулируются отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортёрами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. Потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности. Исполнителем является организация независимо от её организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору. Как указано в абзаце третьем пункта 2 статьи 7 Закона о защите прав потребителей, вред, причинённый жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие необеспечения безопасности товара (работы), подлежит возмещению в соответствии со статьёй 14 настоящего Закона. Право требовать возмещения вреда, причинённого вследствие недостатков товара (работы, услуги), признаётся за любым потерпевшим независимо от того, состоял он в договорных отношениях с продавцом (исполнителем) или нет (пункт 2 статьи 14 Закона о защите прав потребителей). В силу пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортёра) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. В пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортёром), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей). Таким образом, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца штрафа за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя. Вместе с тем, поскольку судебная коллегия изменяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу потребителя, а размер штрафа, предусмотренного пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, определяется в размере пятидесяти процентов от присужденной судом в пользу потребителя денежной суммы, сумма взысканного судом штрафа подлежит изменению. При этом размер штрафа определяется не только размером присужденной компенсации морального вреда, как указал суд первой инстанции в обжалуемом решении, но и зависит от размера иных взысканных денежных сумм в счёт возмещения вреда здоровью (судом взыскан утраченный заработок). На основании изложенного решение суда первой инстанции подлежит изменению в части размера взысканного штрафа с принятием по делу в указанной части нового решения о взыскании с ответчика СМУП «Жилищный трест» в пользу истца Венгер Л. Е. штрафа в размере 77 405 рублей.     Уплаченная истцом при подаче апелляционной жалобы государственная пошлина в размере 3 000 рублей является излишне уплаченной, поскольку истцом заявлены требования о возмещении вреда, причинённого повреждением здоровья (подпункт 3 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации). В данном случае истец Венгер Л. Е. не лишена возможности решить вопрос о возврате уплаченной государственной пошлины в порядке статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации. Руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила: решение Северодвинского городского суда Архангельской области от          26 февраля 2025 года изменить в части размера взысканных с Северодвинского муниципального унитарного предприятия «Жилищный трест» <данные изъяты> в пользу Венгер Л.Е. компенсации морального вреда и штрафа. Принять в указанной части новое решение, которым взыскать с Северодвинского муниципального унитарного предприятия «Жилищный трест» <данные изъяты> в пользу Венгер Л.Е. компенсацию морального вреда в размере 120 000 рублей и штраф в размере 77 405 рублей. В остальной части решение Северодвинского городского суда Архангельской области от 26 февраля 2025 года оставить без изменения.     Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 июля 2025 года. <table cellspacing="0" cellpadding="2" align="center" xmlns:msxsl="urn:schemas-microsoft-com:xslt"> <tbody> <tr> <td>Председательствующий</td> <td>Е. М. Бланару</td> </tr> <tr> <td></td> <td></td> </tr> <tr> <td>Судьи</td> <td>И. А. Валькова</td> </tr> <tr> <td></td> <td></td> </tr> <tr> <td></td> <td>Р. С. Сафонов</td> </tr> </tbody> </table>

Основная информация

УИД дела: 29RS0023-01-2024-010264-83

Результат рассмотрения: решение (осн. требов.) изменено (без направления дела на новое рассмотрение)

Дата рассмотрения: 26.06.2025

Судья: Сафонов Роман Сергеевич

Категория дела: Иски, связанные с возмещением ущерба → О компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью

Участники дела

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Венгер Людмила Евгеньевна

ПРОКУРОР

ФИО/Наименование: Прокуратура г. Северодвинска

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: СМУП Жилищный трест

ИНН: 2902016517

ОГРН: 1022900838399

Движение дела

19.05.2025 16:25

Передача дела судье

26.06.2025 09:45

Судебное заседание

Место: Зал №17 (этаж 2)

Результат: Вынесено решение

10.07.2025 18:05

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

15.07.2025 11:57

Отправка копии определения суда апелляционной инстанции лицу, участвующему в деле

16.07.2025 10:01

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства