Дело № 33-2022/2025

Суть дела

<title></title> Судья Зыкова А.Ю.                         УИД 38RS0033-01-2024-000953-04 Судья-докладчик Шабалина В.О. № 33-2022/2025 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ 11 марта 2025 года                                                                    г. Иркутск Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе: судьи-председательствующего Шабалиной В.О., судей Герасимовой Я.В., Шишпор Н.Н., при секретаре Макаровой Н.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело                             № 2-1268/2024 по иску Гука Максима Николаевича к Гук Анне Михайловне, Чернуха Алексею Михайловичу о признании сделки купли-продажи недействительной, применении последствия недействительности сделки по апелляционной жалобе Гук Анны Михайловны на решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 20 августа 2024 года установила: в обоснование заявленных требований указано, что истец состоял в браке с Гук А.М. с 14.09.1998 по июль 2018 года. Брак расторгнут 23.07.2018 на основании решения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 14.07.2018. По решению Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30.10.2018 имущество, нажитое в браке, было разделено. В числе прочего по решению суда в единоличную собственность истца были переданы: 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес изъят>, площадью 36,5 кв.м, кадастровый номер Номер изъят; 1/2 в праве общей долевой собственности на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес изъят> площадью 127 кв.м, кадастровый номер Номер изъят. 08.02.2024 истец обратился в МФЦ с заявлением о регистрации своего права на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на указанное имущество, однако истцу было сообщено, что указанное имущество было продано и право на 1/2 доли в нем не может быть зарегистрировано. После произошедшего истец узнал, что спорное имущество было продано Гук А.М. своему родному брату Чернухе А.М. Истец считает, что отчуждением указанного имущества ответчик нарушает право собственности истца на жилой дом и земельный участок, так как истец не имел намерений отчуждать свою долю в указанном имуществе и не получал за проданное ответчиком имущество никаких денежных средств. У Гук А.М. отсутствовало право на 1/2 доли на спорный жилой дом и спорный земельный участок, так как право собственности на них принадлежало истцу на основании решения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30.10.2018. Следовательно, договор купли-продажи от 16.11.2022 является недействительной сделкой.     На основании изложенного, истец просил суд признать недействительным договор купли-продажи жилого дома с кадастровым номером Номер изъят и земельного участка с кадастровым номером Номер изъят, заключенный между Гук А.М. и Чернуха А.М.; истребовать из незаконного владения Чернухи А.М. 1/2 долю в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером Номер изъят и 1/2 долю в праве собственности на жилой дом с кадастровым номером Номер изъят, расположенные по адресу: <адрес изъят>. Решением Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 20 августа 2024 года исковые требования удовлетворены. Суд признал недействительным договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, исключил из ЕГРН запись о государственной регистрации право Чернухи А.М. на спорное имущество, истребовав у последнего в пользу Гук М.Н. ? долю в праве на земельный участок и жилой дом. В апелляционной жалобе Гук А.М. выражает несогласие с решением суда, просит его отменить. В обоснование жалобы указывает, что Чернуха А.М. является добросовестным приобретателем имущества, тогда, как в действиях Гука М.Н. усматриваются признаки не добросовестного поведения, поскольку последнему с достоверностью было известно, что спорное имущество еще по решению суда от 30.10.2018 года было разделено между супругами при разделе имущества нажитого в период брака. Ссылаясь на разъяснения, данные Конституционным Судом РФ в постановлении от 13.07.2021 №35-П, обращает внимание, что истец длительное время не предпринимал действий по регистрации права собственности, напротив, им было дано согласие, удостоверенное нотариусом, на продажу спорного имущества за цену и на условиях, по усмотрению Гук А.М. Следовательно, истец не вправе оспаривать данную сделку, поскольку им было дано необходимое согласие на ее совершение. Настаивает на том, что срок исковой давности истцом пропущен. Признавая сделку недействительной в целом и истребуя только ? долю из незаконного владения ответчика Чернухи А.М., суд не учел, что ответчик приобретал жилой дом и земельный участок как единый объект недвижимости и не имел намерения на приобретение только ? доли в праве. Письменных возражений не поступило. Представитель ответчика Гук А.М. – Шкляров А.Н. в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда отменить. Представитель истца Гук М.Н. – Евтухова Т.М. с решением суда согласилась, просила отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. Иные лица, участвующие в деле, извещены о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств об отложении не представили. На основании ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания. Заслушав доклад судьи, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему. Судом установлено, что Гук М.Н. и Гук А.М. состояли в зарегистрированном браке с 14.09.1998 по 23.07.2018 года. Решением Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30.10.2018 года №2-1807/2018 года произведен раздел совместно нажитого имущества супругов, и недвижимое имущество, в частности земельный участок с кадастровым номером Номер изъят, и жилой дом с кадастровым номером Номер изъят, расположенные по адресу: <адрес изъят> признаны совместно нажитым имуществом, осуществлен раздел по ? доли за каждым. Право собственности Гуком М.Н. на основании решения суда в ЕГРН не зарегистрировано. При этом, судом установлено, что Гук М.А. (продавец) на основании договора купли-продажи от 16.11.2022 года продала Чернухе А.М. следующие объекты недвижимости: жилой дом, назначение: жилой дом, количество этажей 1, площадью 36,6 кв.м., расположенный по адресу: <адрес изъят>, кадастровый номер Номер изъят и земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: индивидуальный жилой дом со служебно-хозяйственными строениями, площадью 127 +/- 4 кв.м., расположенный по адресу: <адрес изъят>, кадастровый номер Номер изъят. Согласно сведениям ЕГРН, 17.11.2022 на основании спорного договора был зарегистрирован переход права собственности от Гук А.М. к Чернуха А.М. на данные объекты недвижимости. Разрешая исковые требования о признании сделки купли-продажи недействительной, применении последствия недействительности сделки, суд, обсудив ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям и не найдя оснований для его удовлетворения, руководствуясь требованиями ст. 10, п. 2 ст. 168, 302, 549, 550, 554 Гражданского кодекса РФ, оценив в совокупности представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, установив, что оспариваемая сделка совершена без учета права собственности Гука М.Н. на долю в имуществе, и без согласия последнего, пришел к выводу о признании договора купли-продажи дома и земельного участка от 16.11.2022, заключенного между Гук М.А. и Чернуха М.А. недействительным, применении последствий недействительности сделки. Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы в оспариваемом судебном акте и не опровергнуты доводами апелляционной жалобы. Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). По смыслу названных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны. В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц. В том числе собственник вправе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Согласно п. 1 ст. 246 ГК РФ распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). Согласно пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Как разъяснено в абз. 2 п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки. В п. п. 7, 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 25 разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия. Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права. Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц. Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия. Исходя из презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в гражданском процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. Бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что ответчик употребил свое право исключительно во зло другому лицу. Так, согласно Постановлению N 6-П положения п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ подлежат применению в их нормативном единстве со ст. 302 ГК РФ. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу. Таким образом, в предмет доказывания по данному делу несмотря на избранный истцом способ защиты своих прав путем признания недействительной сделки, стороной которой он не является, входит наличие или отсутствие воли истца на выбытие из его владения спорного имущества. Суд первой инстанции эти требования закона и акта его официального толкования выполнил. Судом установлено и сторонами не оспаривается, что с моменты вступления в законную силу решения Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30.10.2018 года спорное имущество утратило статус совместной собственности и приобрело статус долевой собственности, в котором Гук А.М. и Гук М.Н. принадлежит по 1/2 доли в праве общей долевой собственности на спорное имущество. Вместе с тем, заключая оспариваемый договор, Гук А.М., выступая в качестве продавца, указала на единоличное право собственности передаваемого по договору купли-продажи недвижимого имущества, не учитывая долевую собственность Гук М.Н. Установив, что ответчик Гук А.М., зная о возникновении на спорные объекты долевой собственности на основании решения суда (по 1/2 доли), намеренно заключила спорный договор купли-продажи в нарушение требования закона, указав себя как единственного собственника жилого дома и земельного участка на основании договора купли-продажи от 09.09.2016, скрыв от регистрирующего органа вступившее в законную силу решение Октябрьского районного суда г. Иркутска от 30.10.2018, суд пришел к правильному выводу о наличии оснований для признания недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка. При этом, вопреки доводам жалобы, наличие нотариального согласия Гука М.Н. на продажу спорного недвижимого имущества не свидетельствует о законности оспариваемой сделки. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 35 Семейного кодекса РФ для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Из диспозиции приведенной нормы права следует, что получение нотариально удостоверенного согласия на совершение сделки требуется только в том в том случае, если сделка касается общего имущества супругов. В данном деле суд установил, что имущество, в отношении которого был заключен оспариваемый договор купли-продажи, является долевой собственностью сторон, в связи с чем, согласие Гука М.Н. на распоряжение его долей не требовалось. Кроме того, Гук А.М, в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств передачи истцу денежных средств в размере 1/2 доли от 6 000 000 руб., полученных от продажи спорных объектов. Таким образом, с учетом установленных обстоятельств по делу, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что спорное имущество, отчужденное Гук А.М., выбыло из владения Гук М.Н., не участвовавшего в отчуждении имущества, помимо его воли, что свидетельствует о наличии правовых оснований для удовлетворения требований Гук М.Н. об истребовании из незаконного владения Чернухи А.М. Вопреки доводам жалобы, доказательств того, что Чернуха А.М. является добросовестным приобретателем имущества, также не нашли своего подтверждения. Приобретатель признается добросовестным, если не знал и не должен был знать о неправомерности отчуждения имущества продавцом, и принял все разумные меры для выяснения его правомочий. Чернуха А.М. приходится ответчику Гук А.М. братом, что предполагает наличие семейных, доверительных отношений, он не мог не знать о бракоразводном процессе между его сестрой и Гуком М.Н. и существовании между ними спора о разделе совместно нажитого имущества. Чернуха А.М., являясь аффилированными лицом и приобретая по оспариваемой сделке купли-продажи жилой дом и земельный участок, которые заведомо для покупателя являлись предметом спора между бывшими супругами, исключало возможность признания его добросовестным приобретателем имущества. На момент приобретения Чернуха А.М. жилого дома и земельного участка, ему не могло не быть известно о притязаниях Гука М.Н. в отношении указанного имущества, обстоятельства, предшествующие совершении сделки, позволяли ему усомниться в правомочиях продавца по распоряжению имуществом. Кроме того, обстоятельства настоящего дела не свидетельствуют о том, что Гук М.Н. не был заинтересован судьбой своего имущества и полагался на осуществление правомочий собственника в отношении общего имущества другим бывшим супругом. Гук М.Н. предпринял действия, направленные на внесение сведений о нем как о сособственнике в ЕГРН, обращался в Росреестр с требованием зарегистрировать переход права собственности на жилой дом и земельный участок, однако, данное имущество на тот момент уже было реализовано ответчиком. Таким образом, с учетом установленных обстоятельств по делу, в частности факта отклонения действий сторон сделки Гук А.М. и Чернуха А.М., как участников гражданского оборота от добросовестного поведения, а также факта выбытия имущества из владения Гук М.Н., не участвовавшего в отчуждении имущества, помимо его воли, доводы жалобы со ссылкой на разъяснения в постановлении Конституционного Суда РФ от 13.07.2021 N 35-П не могут повлечь отмену обжалуемого судебного постановления, поскольку не свидетельствуют о незаконности и необоснованности выводов суда первой инстанции. Ссылка в жалобе на то обстоятельство, что истцом срок исковой давности пропущен, также подлежит отклонению судебной коллегией ввиду следующего. Пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Применительно к статьям 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации срок давности по иску об истребовании недвижимого имущества из чужого незаконного владения начинает течь с момента, когда лицо узнало или должно было узнать о том, что недвижимое имущество выбыло из его владения и его право на названное недвижимое имущество нарушено (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 2016). Из искового заявления и доводов истца и его представителя на заявление о применении последствий пропуска срока исковой давности усматривается, что о совершении оспариваемой сделки истцу стало известно 08.02.2024 после сообщения регистратора, что спорное имущество продано. Учитывая, что исковое заявление истцом подано в суд 21.02.2024, правильными являются выводы суда о том, что истцом срок трехлетний срок исковой давности не был пропущен. В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, направлены на переоценку доказательств и установленных фактических обстоятельств, однако не содержат каких-либо фактов, которые бы не были в целом проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судом решения. Нарушений норм процессуального и материального права судом допущено не было. Оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ не установлено, а потому судебное решение, проверенное в рамках требований ст. 327.1 ГПК РФ отмене не подлежит. Руководствуясь ст. ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ОПРЕДЕЛИЛА: решение Куйбышевского районного суда г. Иркутска от 20 августа 2024 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Судья-председательствующий                                       В.О. Шабалина Судьи                                                                                    Я.В. Герасимова                                                                                           Н.Н. Шишпор     Апелляционное определение в окончательной форме составлено 25 марта 2025 года.

Основная информация

УИД дела: 38RS0033-01-2024-000953-04

Результат рассмотрения: РЕШЕНИЕ оставлено БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ

Дата рассмотрения: 11.03.2025

Судья: Шабалина Валентина Олеговна

Категория дела: Споры, связанные с имущественными правами → Об оспаривании зарегистрированных прав на недвижимое имущество

Участники дела

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Гук Анна Михайловна

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Гук Максим Николаевич

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Евтухова Татьяна Михайловна

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Чернуха Алексей Михайлович

Движение дела

17.02.2025 13:50

Передача дела судье

11.03.2025 15:20

Судебное заседание

Место: 17, ул. Байкальская, 119

Результат: Вынесено решение

20.03.2025 17:31

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

28.03.2025 14:18