Дело № 8Г-4067/2025 [88-5603/2025]

Суть дела

<title></title> ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ                                                                                                           № 88-5603/2025 О П Р Е Д Е Л Е Н И Е г. Кемерово                                                                                    22 апреля 2025 г. Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего Лавник М.В., судей Гусева Д.А., Андугановой О.С., с участием прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Волковой А.Г. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело                    № 2-11/2023 (УИД 24RS0041-01-2021-003947-18) по иску Волкова Николая Валентиновича к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» о компенсации морального вреда, по кассационной жалобе Волкова Николая Валентиновича на решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 августа 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 23 сентября 2024 г. Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Гусева Д.А., объяснения истца Волкова Н.В., поддержавшего доводы и требования кассационной жалобы, заключение прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Волковой А.Г., полагавшей кассационную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции установила: Волков Николай Валентинович (далее по тексту – Волков Н.В., истец) обратился в суд с иском к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» (далее по тексту - КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича», ответчик) о взыскании компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что 27 декабря 2019 г. при падении он получил травму в виде <данные изъяты>. 1 января 2020 г. был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в <данные изъяты> отделение КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича», где ему был выставлен диагноз <данные изъяты> а впоследствии 14 января 2020 г. <данные изъяты> В период с 1 апреля 2020 г. по 24 апреля 2020 г. он также находился на лечении в <данные изъяты> отделении КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени       Н.С. Карповича», при этом 9 апреля 2020 г. ему выполнена <данные изъяты> 16 апреля 2020 г. - <данные изъяты> Между тем, полагает, что врачами не были проведены необходимые квалифицированные действия по надлежащему <данные изъяты>, что повлекло в дальнейшем установление ему <данные изъяты>. Из-за неправильной тактики лечения и некачественно выполненных <данные изъяты> он постоянно длительное время испытывает <данные изъяты> нравственные страдания. От <данные изъяты> неправильного <данные изъяты>, неоказанной медицинской помощи ему не хотелось жить. С учетом изложенного Волков Н.В. просил суд взыскать с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» компенсацию морального вреда 50000000 рублей. Решением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 августа 2023 г. исковые требования Волкова Н.В. удовлетворены, с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» в пользу Волкова Н.В. взыскана компенсация морального вреда в размере 20000 рублей, также с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» в пользу ООО «Бюро экспертиз Кузнецовы и Ко» взыскана стоимость проведения судебной комплексной технико-криминалистической экспертизы документов в размере 74900 рублей, с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 рублей. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 23 сентября 2024 г. решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 августа 2023 г. оставлено без изменения. В кассационной жалобе, поданной в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, Волков Н.В. просит отменить решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 августа 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 23 сентября 2024 г. Относительно доводов кассационной жалобы письменных возражений не представлено. В судебном заседании судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции истец Волков Н.В. доводы и требования кассационной жалобы поддержал, просил кассационную жалобу удовлетворить. Иные лица, участвующие в деле, своевременно и надлежащим образом извещенные о дне, времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, в судебное заседание не явились, сведений об уважительных причинах неявки суду не сообщили. На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает кассационную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения по следующим основаниям. Согласно части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом. В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции таких нарушений по настоящему делу не усматривает и в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, не находит оснований для признания выводов судов первой и апелляционной инстанций незаконными. Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации). Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь. Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. Охрана здоровья граждан – система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В силу статьи 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи. Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В соответствии со статьей 18 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ. Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. Из изложенного следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, 28 декабря 2019 г. Волков Н.В. поступил в ОГБУЗ «Нижнеудинская районная больница» с диагнозом <данные изъяты> Анамнез болезни: травма уличная 27 декабря 2019 г. около 21 часа 00 минут в Нижнеудинском районе проездом, выпивал алкоголь в кафе, на лестнице поскользнулся и ударился <данные изъяты> Из выписного эпикриза № ОГБУЗ «Нижнеудинская районная больница» следует, что 30 декабря 2019 г. Волков Н.В. отказался от дальнейшего стационарного лечения в отделении <данные изъяты> ОГБУЗ «Нижнеудинская районная больница», в связи с чем он был выписан для дальнейшего лечения в г. Красноярск с рекомендацией явиться в Краевую клиническую больницу с целью госпитализации в отделение <данные изъяты>. 1 января 2020 г. Волков Н.В. госпитализирован в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» с диагнозом <данные изъяты> В тот же день 1 января 2020 г. Волкову Н.В. проведена <данные изъяты> 14 января 2020 г. Волкову Н.В. проведена <данные изъяты> 15 января 2020 г. у Волкова Н.В. при обследовании выявлен <данные изъяты> 23 января 2020 г. Волков Н.В. выписан на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии. 7 апреля 2020 г. Волков Н.В. повторно поступил в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» с диагнозом направления <данные изъяты>, диагноз клинический <данные изъяты> 9 апреля 2020 г. Волкову Н.В. проведена <данные изъяты> 10 апреля 2020 г. Волков Н.В. выписан на амбулаторное лечение в удовлетворительном состоянии. Согласно листу первичного осмотра пациента Волкова В.Н. от 13 апреля 2020 г., Волков В.Н. был осмотрен в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» врачом-<данные изъяты> в 15 часов 6 минут 13 апреля 2020 г., от госпитализации отказался, причина отказа - нет показаний к госпитализации, вместе с тем Волков В.Н., давая пояснения в ходе судебного разбирательства, указывал, что от госпитализации 13 апреля 2020 г. он не отказывался. 15 апреля 2020 г. Волков Н.В. вновь поступил в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» с жалобами на <данные изъяты>, со слов: 12 апреля 2020 г. упал на улице, почувствовал <данные изъяты>. По результатам осмотра Волков Н.В. был госпитализирован, диагноз: <данные изъяты> 16 апреля 2020 г. Волкову Н.В. проведена <данные изъяты> 24 апреля 2020 г. Волков Н.В. был выписан из больницы в удовлетворительном состоянии. Определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 25 ноября 2021 г. по ходатайству истца назначена судебная комплексная комиссионная медицинская экспертиза, проведение которой поручено <данные изъяты> Согласно заключению комиссии экспертов <данные изъяты> от 28 апреля 2020 г. №, исследовав материалы дела, медицинские документы на имя Волкова Н.В., экспертная комиссия установила, что у Волкова Н.В. при поступлении 28 декабря 2019 г. в ОГБУЗ «Нижнеудинская районная больница» имелась <данные изъяты> Экспертами отмечено, что <данные изъяты> При поступлении Волкова Н.В. 1 января 2020 г. в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича», после проведения необходимого обследования, <данные изъяты> В период нахождения Волкова Н.В. на стационарном лечении в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» с 7 апреля 2020 г. по 10 апреля 2020 г., с 15 апреля 2020 г. по 24 апреля 2020 г. <данные изъяты> При этом комиссия экспертов отметила, что <данные изъяты>. <данные изъяты> Кроме того, комиссия экспертов отметила, что <данные изъяты> Поскольку в ходе судебного разбирательства истцом оспаривались его подписи в медицинских картах в информированных добровольных согласиях на виды медицинских вмешательств, в согласиях на обработку персональных данных, определением Октябрьского районного суда г. Красноярска от 22 марта 2023 г. по делу была назначена комплексная судебная технико-криминалистическая экспертиза документов, проведение которой поручено <данные изъяты> Согласно заключению <данные изъяты> от 27 июня 2023 г. № подписи в информированном добровольном согласии на виды медицинских вмешательств от 1 января 2020 г., согласии пациента на <данные изъяты> от 13 января 2020 г., <данные изъяты> эпикризе от 13 января 2020 г. в медицинской карте                     №, <данные изъяты> эпикризе от 8 апреля 2020 г., информированном добровольном согласии на виды медицинских вмешательств от 7 апреля 2020 г. (8 апреля 2020 г.), в графе «подпись пациента (законного представителя)», в таблице с указанием на название медицинского вмешательства <данные изъяты> в медицинской карте № согласии на обработку персональных данных от 15 апреля 2020 г., информированном добровольном согласии на медицинское вмешательство от 15 апреля 2020 г., в графе «подпись пациента законного представителя)» в таблице с указанием на название медицинского вмешательства в медицинской карте №, от имени Волкова Н.В. в графе «Волков Н.В.» выполнены самим Волковым Н.В. Вместе с тем в согласиях на обработку персональных данных от 1 января 2020 г., от 7 апреля 2020 г., от 15 апреля 2020 г. в медицинских картах соответственно №, № и № подписи от имени Волкова Н.В., запись от имени Волкова Н.В. «Волков Н.В.» выполнены не Волковым Н.В., а другим лицом. Решить вопрос, соответствуют ли даты нанесения подписей от имени Волкова Н.В. датам в согласии на обработку персональных данных от 1 января 2020 г., информированном добровольном согласии на виды медицинских вмешательств от 1 января 2020 г., согласии пациента на <данные изъяты> от 13 января 2020 г., <данные изъяты> эпикризе от 13 января 2020 г., эксперту не представилось возможным по причине упущенного срока давности выполнения почерковых объектов, по истечении которого происходит распад красящего вещества на составляющие, что препятствует применить метод газовой хроматографии, который определяет качественный состав штрихов, их сравнение, но чувствительность метода ограничена, а количественный анализ остаточных микроколичеств отдельных компонентов весьма затруднителен. Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу, что оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном истцом размере 50000000 рублей не имеется, поскольку дефектов оказания медицинской помощи Волкову Н.В. при всех госпитализациях в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» не выявлено, диагноз был установлен правильно и полностью подтвержден, для проведения <данные изъяты> имелись клинические показания, медицинская помощь, включая <данные изъяты>, Волкову Н.В. оказана своевременно, в необходимом полном объеме. Вместе с тем, суд первой инстанции полагал необходимым взыскать с КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» в пользу Волкова Н.В. компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей в связи с недостатками ведения медицинской документации, а также вследствие ненадлежащего оказания Волкову Н.В. санитарной помощи работниками КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича», допустившими нарушения требований пункта 13.4 СанПиН 2.1.3.2630-10, выразившегося в отсутствии немедленной замены загрязненного белья. В ходе рассмотрения апелляционной жалобы с учетом существа спора, доводов апелляционной жалобы определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 24 января 2024 г. по делу была назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено <данные изъяты> Согласно заключению комиссии экспертов <данные изъяты> от 2 августа 2024 г. № пациент Волков Н.В., <данные изъяты> находящийся в <данные изъяты> получил травму в быту 27 декабря 2019 г. в виде <данные изъяты> Была оказана экстренная помощь в стационаре, однако 30 декабря 2019 г. пациент покинул медучреждение. В дальнейшем пациент проходил лечение в стационаре в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» по устранению последствий травмы <данные изъяты> У пациента, в ближайшем и отдаленном периодах после получения травмы развились <данные изъяты> <данные изъяты> По состоянию на 23 января 2020 г., 10 апреля 2020 г., 24 апреля 2020 г. показаний для продолжения стационарного лечения Волкова Н.В. в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» не имелось, пациент Волков Н.В. явился на плановый осмотр, который был ему рекомендован при выписке из стационара 10 апреля 2020 г. По состоянию на 13 апреля 2020 г. у пациента отсутствовали показания для госпитализации в стационар, причиной его госпитализации в стационар 15 апреля 2020 г. согласно данным медицинской документации явилось <данные изъяты> требующее плановой стационарной помощи. То есть, у Волкова Н.В. 15 апреля 2020 г. отсутствовали какие-либо жизнеугрожающие состояния. Дефектов оказания Волкову Н.В. медицинской помощи в КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» экспертами не установлено. Установление Волкову Н.В. <данные изъяты> состоит в причинной связи с последствиями <данные изъяты> Оказанная медицинская помощь пациенту была показана, выполнена в срок, ее объем и методы лечения избраны верно и в связи с установлением Волкову Н.В. <данные изъяты> не состоит. Приняв во внимание в том числе заключение комиссии экспертов <данные изъяты> от 2 августа 2024 г. № суд апелляционной инстанции согласился с выводами суд первой инстанции и их правовым обоснованием. Оснований не соглашаться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемых судебных актах, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суды дали оценку в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Исходя из приведенных выше нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вопреки доводам кассационной жалобы судами первой и апелляционной инстанций правомерно учтено, что проведенными по делу экспертными исследованиями в ходе первичной и дополнительной судебно-медицинской экспертиз достоверно установлено, что дефектов (недостатков) оказания Волкову Н.В. медицинской помощи КГБУЗ «Красноярская межрайонная клиническая больница скорой медицинской помощи имени Н.С. Карповича» не имеется. Заключение эксперта в силу положений статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является одним из доказательств по делу. В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ. Вопреки доводов кассационной жалобы судебные экспертизы проводились в соответствии со статьями 79 - 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона Российской Федерации от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», экспертами, имеющими соответствующее образование, специальность и стаж работы, необходимые для производства данного вида работ, эксперты были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, заключения судебных экспертиз правомерно положены судами в основу решений, поскольку они составлены компетентными специалистами, имеющими соответствующее образование и квалификацию, специальные познания в области медицины, эксперты предупреждены об уголовной ответственности, экспертные заключения являются логичными, последовательными, содержат исчерпывающие ответы на поставленные вопросы, экспертам для проведения судебных экспертиз были представлены все имеющиеся в медицинских учреждениях медицинские документы. В указанной части также необходимо отметить, что сам истец в ходатайствах о проведении по делу экспертизы указывал одним из возможных учреждений, которому следует поручить проведение экспертизы, именно <данные изъяты> Являются несостоятельными доводы кассационной жалобы о том, что суды при назначении экспертиз не поставил на разрешение экспертов вопросы, предложенные истцом, поскольку по смыслу части 2 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации окончательный круг вопросов, по которым требуется заключение эксперта, определяется судом, принятие предложенных сторонами вопросов является правом, а не обязанностью суда. Назначение по делу повторной или дополнительной экспертизы регламентировано статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой дополнительная экспертиза по делу назначается при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, или при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела, а повторная - в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов. В силу положений части 2 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам. Назначение повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда. Само по себе несогласие участвующих в деле лиц с заключением судебного эксперта не является основанием для назначения повторной экспертизы. Обстоятельств, являющихся основанием для назначения повторной экспертизы, не установлено. Вопреки доводов кассационной жалобы правила оценки доказательств судами не нарушены, как и не допущено нарушений принципа состязательности и равноправия сторон, судами дана надлежащая оценка представленным доказательствам, процессуальных нарушений не допущено. Доводы кассационной жалобы о заинтересованности судей, процессуальных нарушениях при составлении протоколов судебных заседаний повторяют позицию истца, приводимую в ходе рассмотрения дела, этом доводам судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка и оснований для иных выводов не имеется. Приведенные в кассационной жалобе доводы повторяют позицию заявителя кассационной жалобы, изложенную в ходе рассмотрения дела, были предметом исследования и оценки судов, им дана надлежащая правовая оценка, эти доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения оспариваемых судебных актов, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы судов первой и апелляционной инстанций, является процессуальной позицией заявителя кассационной жалобы, не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела были допущены нарушения, влекущие отмену оспариваемых судебных актов в кассационном порядке. Фактически доводы, приведенные в кассационной жалобе, сводящиеся к несогласию с выводами судов первой и апелляционной инстанций, направлены на переоценку собранных по делу доказательств, что в силу части 3 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым в суде кассационной инстанции, в силу своей компетенции кассационный суд общей юрисдикции исходит из признанных установленными судом первой и апелляционной инстанций фактических обстоятельств, проверяя лишь правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судебными инстанциями. Правом переоценки доказательств и правом устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судебными инстанциями кассационный суд общей юрисдикции не наделен. Положения статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями главы 41 данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных постановлений право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, подменяя тем самым суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства. На недопустимость судом кассационной инстанции устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства указано в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции». Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», производство в суде кассационной инстанции предназначено для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений, установления правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судебными инстанциями в ходе предшествующего рассмотрения дела. Юридически значимые обстоятельства дела судами первой и апелляционной инстанций определены правильно, выводы судов должным образом мотивированы и основаны на установленных фактических обстоятельствах дела, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права. Поскольку судами первой и апелляционной инстанций материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения кассационной жалобы. Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции определила: решение Октябрьского районного суда г. Красноярска от 28 августа 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 23 сентября 2024 г. оставить без изменения, кассационную жалобу Волкова Николая Валентиновича – без удовлетворения. Председательствующий Судьи Мотивированное определение изготовлено 30 апреля 2025 г.

Основная информация

УИД дела: 24RS0041-01-2021-003947-18

Результат рассмотрения: Жалоба / представление ОСТАВЛЕНО БЕЗ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ

Дата рассмотрения: 22.04.2025

Судья: Гусев Д.А. - Судья ГР

Категория дела: Иски, связанные с возмещением ущерба → О компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью

Участники дела

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: АО "Медицинская страховая организация "Надежда"

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Бакаревич Денис Валерьянович

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Волков Николай Валентинович

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: ГБУЗ г. Москвы "Бюро судебно-медицинской экспертизы Департамента здравоохранения г. Москвы"

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: КГБУЗ Краевая клиническая больница имени Н.С. Карповича

ИНН: 2463005419

ОГРН: 1022402135260

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: ОГБУЗ Нижнеудинская РБ

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Пархоменко Денис Валерьянович

ПРОКУРОР

ФИО/Наименование: Пятый отдел (апелляционно-кассационный) (с дислокацией в г. Кемерово, г. Новосибирске, г. Челябинске) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Тутынин Константин Валерьевич

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Ушанов Всеволод Владимирович

Судебные заседания

22.04.2025 12:40

Судебное заседание

Место: №7

Результат: Жалоба / представление ОСТАВЛЕНО БЕЗ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ

Жалобы

25.02.2025

Заявитель: Волков Н. В.

Процессуальный статус: ИСТЕЦ

Результат рассмотрения: ВОЗБУЖДЕНО КАССАЦИОННОЕ ПРОИЗВОДСТВО / ПЕРЕДАНО ДЛЯ РАССМОТРЕНИЯ В СУДЕБНОМ ЗАСЕДАНИИ СУДА КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ

Гражданские дела - кассация

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Судебные заседания

Судебное заседание

Жалобы