Дело № 8Г-7484/2025 [88-8454/2025]

Суть дела

<title></title> ВОСЬМОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ                                                                                                           № 88-8454/2025 О П Р Е Д Е Л Е Н И Е г. Кемерово                                                                                         27 мая 2025 г. Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции в составе председательствующего Фроловой Т.В., судей Гусева Д.А., Андугановой О.С., с участием прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Афонина А.В. рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело                    № 2-671/2024 (УИД 22RS0068-01-2023-007281-16) по иску Алтайской региональной общественной организации «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» в интересах Загузовой Марии Александровны к обществу с ограниченной ответственностью «Дента» о защите прав потребителей, по кассационной жалобе Загузовой Марии Александровны, Алтайской региональной общественной организации «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» на решение Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 21 января 2025 г. (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 27 января 2025 г.). Заслушав доклад судьи Восьмого кассационного суда общей юрисдикции Гусева Д.А., объяснения участвующей в судебном заседании Восьмого кассационного суда общей юрисдикции посредством видеоконференц-связи представителя Алтайской региональной общественной организации «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» ФИО10, поддержавшей доводы и требования касационной жалобы, заключение прокурора пятого отдела (апелляционно-кассационного) (с дислокацией в г. Кемерово) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Афонина А.В., полагавшего кассационную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции установила: Алтайская региональная общественная организация «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» (далее по тексту - АРОО «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ», истец) обратилась в суд в интересах Загузовой Марии Александровны (далее по тексту – Загузова М.А., истец) с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Дента» (далее по тексту – ООО «Дента», ответчик) о защите прав потребителей. Требования мотивированы тем, что 25 марта 2023 г. между ООО «Дента» и Загузовой М.А. заключен договор на предоставление платных медицинских услуг №. В рамках действия договора от 25 марта 2023 г. № в ООО «Дента» Загузовой М.А. в период с апреля 2023 г. по май 2023 г. оказаны услуги по <данные изъяты> на общую сумму 88900 рублей. После проведения медицинских процедур по <данные изъяты> у Загузовой М.А. ухудшилось состояние здоровья, появилась <данные изъяты>. Загузова М.А. полагает, что ООО «Дента» некачественно оказаны услуги по <данные изъяты>, что выразилось в некачественном <данные изъяты>, что причинило вред здоровью истца. С учетом изложенного, истец просил суд взыскать с ООО «Дента» в пользу Загузовой М.А. стоимость некачественно оказанных медицинских услуг в размере 88900 рублей, неустойку в размере 72009 рублей с перерасчетом на день вынесения решения суда, расходы на медицинские услуги, необходимые для устранения вреда здоровью в размере 45150 рублей, компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей, штраф. Решением Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября       2024 г. исковые требования удовлетворены частично, с ООО «Дента» в пользу Загузовой М.А. взыскана компенсация морального вреда в размере 10000 рублей, штраф 2500 рублей, с ООО «Дента» в пользу АРОО «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» взыскан штраф в размере 2500 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказано, также с ООО «Дента» взыскана государственная пошлина в бюджет муниципального образования городского округа г. Барнаула в размере 300 рублей. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 21 января 2025 г. (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 27 января 2025 г.) решение Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября 2024 г. отменено в части отказа во взыскании расходов по устранению недостатков выполненной работы, штрафа, принято в данной части новое решение о частичном удовлетворении требований, с ООО «Дента» в пользу Загузовой М.А. взысканы расходы по устранению недостатков выполненной работы в размере 33350 рублей, штраф в размере 10837,50 рублей, с ООО «Дента» в пользу АРОО «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» взыскан штраф в размере 10837,50 рублей, в остальной части решение Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября 2024 г. оставлено без изменения. В кассационной жалобе, поданной в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, Загузова М.А. и АРОО «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» просят отменить решение Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября 2024 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 21 января 2025 г. (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 27 января 2025 г.) в части неудовлетворенных требований и принять новое решение об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме. Относительно доводов кассационной жалобы письменных возражений не представлено. Представитель АРОО «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» ФИО6, действующая на основании доверенности от 9 апреля 2025 г., участвующая в судебном заседании Восьмого кассационного суда общей юрисдикции посредством видеоконференц-связи, доводы и требования кассационной жалобы поддержала, просила кассационную жалобу удовлетворить. Иные лица, участвующие в деле, своевременно и надлежащим образом извещенные о дне, времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, в судебное заседание не явились, сведений об уважительных причинах неявки суду не сообщили. На основании части 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции полагает кассационную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения по следующим основаниям. Согласно части 1 статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом. В соответствии с частью 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции таких нарушений по настоящему делу не усматривает и в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, не находит оснований для признания выводов судов первой и апелляционной инстанций незаконными. Как установлено судами первой и апелляционной инстацний, а также следует из материалов дела, 25 марта 2023 г. между Загузовой М.А. (заказчик) и ООО «Дента» (исполнитель) заключен договор на предоставление платных медицинских услуг №, по условиям которого ответчик обязался предоставить истцу медицинские услуги, перечень которых определяется в медицинской карте заказчика, а заказчик-оплатить услуги. В силу пункта 2.4 договора от 25 марта 2023 г. № исполнитель обязан оказать услуги, указанные в пункте 1.2 договора, в соответствии с требованиями, предъявляемыми к методам диагностики, профилактики и лечения, разрешенным на территории Российской Федерации приказом Минздравсоцразвития № 1496Н от 7 декабря 2011 г. «Порядок оказания медицинской помощи взрослому населению при <данные изъяты>». В рамках заключенного договора Загузовой М.А. в ООО «Дента» в период с 25 марта 2023 г. по 11 июля 2023 г. оказаны <данные изъяты> услуги по <данные изъяты> на общую стоимость 88900 рублей, которая оплачена Загузовой М.А. в полном объеме, что подтверждается представленными кассовыми чеками и не оспаривалось ответчиком. 16 июля 2023 г. между Загузовой М.А. и ООО «Стоматология доктора Ветчинкиной» заключен договор оказания платных <данные изъяты> услуг. Как следует из актов выполненных работ от 16 июля 2023 г., 17 июля 2023 г., 27 июля 2023 г., 21 августа 2023 г. Загузовой М.А. в ООО «Стоматология доктора Ветчинкиной» также оказывались платные медицинские услуги по <данные изъяты>, общей стоимостью 45150 рублей, в том числе, были оказаны услуги по <данные изъяты> в ООО «Дента» <данные изъяты> В свою очередь Загузова М.А. указывала на факт некачественного оказания ООО «Дента» медицинских услуг, что является основанием для возврата оплаченной стоимости выполненной работы, возмещения понесенных потребителем расходов по устранению недостатков выполненной работы, взыскания денежной компенсации морального вреда и неустойки. Определением Центрального районного суда г. Барнаула от 28 декабря 2023 г. по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено автономной некоммерческой организации «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы». Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы автономной некоммерческой организации «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы» от 6 апреля 2024 г. № при оказании медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» 25 марта 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и результатов объективного осмотра у пациентки были правильно диагностированы <данные изъяты> В связи с установленной <данные изъяты> в этот период была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно и в полном объеме назначено соответствующее <данные изъяты> лечение. Исходя из представленных медицинских документов при обращении Загузовой М.А. за медицинской помощью в ООО «Дента 1 апреля 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и объективного осмотра, результатов дополнительного <данные изъяты> у пациентки было правильно диагностировано <данные изъяты> В связи с установленным диагнозом и учитывая результаты <данные изъяты>, в этот период была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе по абсолютным показаниям проведено <данные изъяты> В соответствии с данными представленных медицинских документов при оказании медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» 3 апреля 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и результатов объективного осмотра у пациентки были правильно диагностированы <данные изъяты> В связи с установленной <данные изъяты> правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно, в полном объеме и технически верно проведено соответствующее лечение. Согласно сведениям представленных медицинских документов, в том числе учитывая жалобы, данные анамнеза и результаты объективного осмотра, при последующих обращениях Загузовой М.А. за медицинской помощью в ООО «Дента», пациентке была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе по показаниям, в полном объеме и технически верно выполнено: 4 апреля 2023 г. - <данные изъяты>; 14 апреля 2023 г. - <данные изъяты> 20 апреля 2023 г. - <данные изъяты> Однако, в связи с развитием у Загузовой М.А. <данные изъяты>, 24 апреля 2023 г. Загузовой М.А. в ООО «Дента» был обоснованно <данные изъяты> При этом судебно-медицинская комиссия отмечает, что в данном случае при <данные изъяты> врач правильно ориентировался на ощущения пациентки и отсутствие у нее <данные изъяты> о чем свидетельствуют данные представленных медицинских документов. Исходя из представленных медицинских документов, при оказании медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» 4 мая 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и результатов объективного осмотра у пациентки было правильно диагностировано наличие <данные изъяты> В связи с установленной <данные изъяты> Загузовой М.А. в этот период была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно, в полном объеме и технически верно проведено соответствующее лечение. В соответствии с данными представленных медицинских документов, при обращении Загузовой М.А. за медицинской помощью в ООО «Дента» 8 мая 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и результатов объективного осмотра у пациентки были правильно диагностированы – <данные изъяты> В связи с установленной патологией в этот период правильно была определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно, в полном объеме и технически верно проведено соответствующее лечение. Согласно сведениям представленных медицинских документов, в том числе, учитывая жалобы, данные анамнеза и результаты объективного осмотра, при последующих обращениях Загузовой М.А. за медицинской помощью в ООО «Дента», пациентке была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе по показаниям, в полном объеме и технически верно выполнено: 24 мая 2023 г. <данные изъяты> 1 июня 2023 г. - <данные изъяты> 6 июня 2023 г. - <данные изъяты> Исходя из сведений представленных медицинских документов, 31 мая 2023 г. Загузова М.А. также обращалась за медицинской помощью в ООО «Дента», где у нее, на основании жалоб, данных анамнеза и результатов объективного осмотра, было правильно диагностировано наличие <данные изъяты> В связи с установленной <данные изъяты> в этот период была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно, в полном объеме и технически верно проведено соответствующее лечение. Согласно данным представленных медицинских документов, при последующих обращениях Загузовой М.А. в ООО «Дента» 10 июля 2023 г. и 11 июля 2023 г. на основании жалоб, данных анамнеза и объективных осмотров, результатов дополнительного <данные изъяты>, у пациентки было правильно диагностировано <данные изъяты> В связи с установленной патологией была правильно определена тактика оказания медицинской помощи, в том числе обоснованно и в полном объеме назначено <данные изъяты> лечение, а также технически верно проведено <данные изъяты> При этом, пациентке в этот период были правильно даны соответствующие рекомендации о необходимости проведения <данные изъяты> и повторного врачебного осмотра 12 июля 2023 г., на который она не явилась. Таким образом, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу об отсутствии каких-либо недостатков и дефектов оказания медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» 25 марта 2023 г., 3 апреля 2023 г., 4 апреля 2023 г., 14 апреля 2023 г., 20 апреля 2023 г., 24 апреля 2023 г., 4 мая 2023 г., 8 мая 2023 г., 24 мая 2023 г., 31 мая 2023 г., 1 июня        2023 г., 6 июня 2023 г., 10 июля 2023 г., 11 июля 2023 г.. В соответствии с данными представленных медицинских документов, при обращении Загузовой М.А. за медицинской помощью в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» 13 июля 2023 г., на основании жалоб, данных анамнеза и объективного осмотра, результатов совместной консультации врачей <данные изъяты> и <данные изъяты>, у пациентки были правильно диагностированы – <данные изъяты> В связи с этим, 16 июля 2023 г. Загузовой М.А. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» было технически правильно проведено <данные изъяты> Однако, судебно-медицинская экспертиза отмечает, что в <данные изъяты> Судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу, что в этот период отсутствовали абсолютные показания для проведения <данные изъяты> у Загузовой М.А. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» 16 июля 2023 г. Поэтому <данные изъяты> расценивается экспертной комиссией как недостаток оказания медицинской помощи, приведший к <данные изъяты> При этом, экспертная комиссия отмечает, что в данном случае отсутствует причинно-следственная связь между развитием <данные изъяты> и <данные изъяты> выполненной Загузовой М.А. в ООО «Дента». Основываясь на анализе данных представленных медицинских документов, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу, что в результате проведения Загузовой М.А. 16 июля 2023 г. <данные изъяты>, у нее в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» были правильно установлены объективные <данные изъяты> В связи с этим, пациентке 27 июля 2023 г. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» было по абсолютным показаниям и технически верно проведено <данные изъяты> Исходя из сведений специальной медицинской литературы, <данные изъяты> В этой части экспертами отмечено, что <данные изъяты> При этом выбор конкретного метода <данные изъяты> является прерогативой лечащего врача, а его применение может осуществляться только с согласия пациента на проведение медицинской манипуляции. На основании изложенного, экспертная комиссия пришла к выводу, что используемый в данном случае метод <данные изъяты> у Загузовой М.А. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» (27 июля 2023 г.) является обоснованным и наименее <данные изъяты> Таким образом, судебной медицинской экспертной комиссией были выявлены недостатки оказания медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» 1 апреля 2023 г., выразившиеся в непроведении мероприятий, направленных на <данные изъяты> Однако, <данные изъяты> в данном случае не оказало никакого влияния на состояние здоровья Загузовой М.А., в том числе и на развитие у нее <данные изъяты> При изучении сведений представленных материалов гражданского дела и медицинских документов, в том числе результатов <данные изъяты> Загузовой М.А., судебно- медицинской экспертной комиссией не было выявлено каких-либо объективных признаков <данные изъяты> При этом, в представленной медицинской карте <данные изъяты> пациента, составленной в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» на имя Загузовой М.А., также отсутствуют какие-либо сведения о наличии <данные изъяты> Дальнейшее оказание медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» 19 августа 2023 г., 21 августа 2023 г. было обусловлено обоснованным <данные изъяты> Допрошенный судом первой инстанции эксперт АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы» ФИО7 также отметил, что <данные изъяты> Допрошенная судом первой инстанции эксперт АНО «Алтайское бюро «зависимой судебно-медицинской экспертизы» ФИО8 пояснила, что <данные изъяты> С учетом заявления ответчика о фальсификации доказательств и принадлежности <данные изъяты> от 16 июля 2023 г. не истцу, а иному лицу, представленного ответчиком ходатайства о приведении по делу повторной судебно-медицинской экспертизы, с целью определения принадлежности контрольной <данные изъяты> от 16 июля 2023 г. Загузовой М.А. и установления <данные изъяты> определением Центрального районного суда г. Барнаула от 13 августа 2024 г. по делу назначена дополнительная комплексная (комиссионная) судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации». В соответствии с заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы ООО «Международное бюро судебных экспертиз, оценки и медиации» от 20 сентября 2024 г. №, <данные изъяты> Экспертная комиссия отметила, что <данные изъяты> Вместе с тем, согласно сведениям медицинской карты, заведенной на имя Загузовой М.А. в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной», при оказании ей медицинской помощи в этой медицинской организации <данные изъяты> Принимая во внимание указание на листе с <данные изъяты> № от 16 июля 2023 г. на пациента Загузову М.А.; <данные изъяты> Разрешая спор, суд первой инстанции принял во внимание заключения проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии доказательств некачественно выполненного <данные изъяты> и недостатков оказанных медицинских услуг Загузовой М.А. в ООО «Дента», повлекшие причинение вреда ее здоровью, а также об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ООО «Дента» и наступившими для истца последствиями в виде <данные изъяты>, также учтено то обстоятельство, что ООО «Дента» не отказывало Загузовой М.А. в лечении, сама истец не явилась на явку, запланированный осмотр 12 июля 2023 г., тем самым отказалась от лечения, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ООО «Дента» понесенных истцом расходов на <данные изъяты>, расходов по устранении причиненного вреда здоровью, неустойки. Вместе с тем суд первой инстанции принял во внимание выводы АНО «Алтайское бюро независимой «судебно-медицинской экспертизы» о выявленных недостатках оказания медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента», выразившихся в непроведении мероприятий, направленных на <данные изъяты> в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу о взыскании с ООО «Дента» в пользу истца компенсации морального вреда в размере 10000 рублей, а также штрафа за отказ в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере <данные изъяты> от присужденной суммы, размер которого составил 5000 рублей, по 2500 рублей в пользу материального и процессуального истцов. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для взыскания оплаченных по договору денежных средств и неустойки, поскольку проведенными по делу экспертизами установлено отсутствие каких-либо недостатков и дефектов оказания медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» за исключением дефекта, выразившегося в непроведении мероприятий, направленных на <данные изъяты> тогда как выявленный недостаток не является существенным, поскольку является устранимым, что подтверждается последующими действиями ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» по <данные изъяты> при этом не имеется оснований полагать, что стоимость расходов по устранению выявленного недостатка приближается к стоимости либо превышает стоимость оказанной, принимая во внимание соотношение общей стоимости оказанных услуг в размере 88900 рублей и предъявленной ко взысканию стоимости расходов по устранению недостатка в размере 45150 рублей, стоимости услуги по <данные изъяты> в ООО «Дента» в размере 5300 рублей и стоимости работ по <данные изъяты> в размере 2000 рублей, кроме того истец не обращался к ответчику с требованием об устранении выявленного недостатка, непосредственно исполнителем ООО «Дента» недостаток выполненной работы не устранялся. Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для возмещения истцу расходов, обусловленных необходимостью устранения недостатков выполненной работы, поскольку заключением судебной экспертизы установлены признаки <данные изъяты> согласно заключению судебной экспертизы <данные изъяты> проведено по абсолютным показаниям, из пояснений эксперта ФИО8, являющейся заведующей кафедрой <данные изъяты>, <данные изъяты> ФГБОУ ВО «Алтайский государственный медицинский университет» Минздрава России <данные изъяты>, имеющей стаж работы по специальности 23 года, следует, что <данные изъяты> в связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для возмещения материальному истцу фактически понесенных расходов по устранению недостатков выполненной работы в виде оплаты стоимости услуг по <данные изъяты> в размере 2000 рублей согласно акта выполненных работ от 27 июля 2023 г. №, <данные изъяты> ООО «Дента» <данные изъяты> в размере 1400 рублей согласно акта выполненных работ от 17 июля 2023 г. №, проведению <данные изъяты> в размере 1850 рублей согласно кассового чека от 10 августа 2023 г., кроме того проанализировав содержание представленного истцом акта выполненных работ от 21 августа 2023 г. №, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что стоимость протезирования <данные изъяты> составила 28100 рублей, исходя из следующего расчета: 36 600 рублей (общая стоимость услуг) - 7000 рублей (стоимость <данные изъяты> - 500 рублей (стоимость <данные изъяты>) - 300 рублей (стоимость <данные изъяты>) - 700 рублей (стоимость <данные изъяты>), в связи с чем с ООО «Дента» в пользу материального истца Загузовой М.А. подлежат взысканию расходы по устранению недостатков выполненной работы в общем размере 33350 рублей, а также с этой суммы в пользу материального и процессуального истцов подлежит взысканию штраф за отказ в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере <данные изъяты> от присужденной суммы, размер которого составил по 10837,50 рублей в пользу материального и процессуального истцов. Суд апелляционной инстанции также полагал, что оснований для возмещения истцу стоимости услуг по <данные изъяты> в размере 3300 рублей не имеется, поскольку <данные изъяты> в ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» не было обусловлено наличием установленного <данные изъяты> оказания медицинской помощи в ООО «Дента», между <данные изъяты> и оказанной ответчиком медицинской помощью отсутствует причинно-следственная связь. При этом судом апелляционной инстанции учтено, что <данные изъяты>, не состоящее в причинно-следственной связи с выявленным <данные изъяты>, привело, в том числе, к <данные изъяты> Оснований не соглашаться с выводами судов у судебной коллегии по Оснований не соглашаться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не имеется, поскольку они подробно и обстоятельно мотивированы, должным образом отражены в обжалуемых судебных актах, постановлены в соответствии с правильно установленными фактическими обстоятельствами дела, верной оценкой собранных по делу доказательств, основаны на правильном применении норм права, регулирующих возникшие отношения, и на имеющихся в деле доказательствах, которым суды дали оценку в соответствии с требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В части 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения. В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием. Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации). Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь. Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ. Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред. В соответствии с положениями пунктов 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. В соответствии с пунктом 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Правила главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются, в том числе, к договорам оказания медицинских услуг (пункт 2 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации). Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма. В соответствии со статьей 18 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на охрану здоровья. Право на охрану здоровья обеспечивается охраной окружающей среды, созданием безопасных условий труда, благоприятных условий труда, быта, отдыха, воспитания и обучения граждан, производством и реализацией продуктов питания соответствующего качества, качественных, безопасных и доступных лекарственных препаратов, а также оказанием доступной и качественной медицинской помощи. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В соответствии с частью 8 статьи 84 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300- I «О защите прав потребителей». Как следует из преамбулы Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей», этот закон регулирует отношения, возникающие между потребителем и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав. В соответствии со статьей 4 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» исполнитель обязан выполнить работу, качество которой соответствует договору. Статей 29 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» закреплены права потребителя при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги). Согласно статье 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г.             № 2300-I «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Как разъяснено в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», под существенным недостатком товара (работы, услуги), при возникновении которого наступают правовые последствия, предусмотренные статьями 18 и 29 Закона, следует принимать: а) неустранимый недостаток товара (работы, услуги) - недостаток, который не может быть устранен посредством проведения мероприятий по его устранению с целью приведения товара (работы, услуги) в соответствие с обязательными требованиями, предусмотренными законом или в установленном им порядке, или условиями договора (при их отсутствии или неполноте условий - обычно предъявляемыми требованиями), приводящий к невозможности или недопустимости использования данного товара (работы, услуги) в целях, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется, или в целях, о которых продавец (исполнитель) был поставлен в известность потребителем при заключении договора, или образцом и (или) описанием при продаже товара по образцу и (или) по описанию; б) недостаток товара (работы, услуги), который не может быть устранен без несоразмерных расходов, - недостаток, расходы на устранение которого приближены к стоимости или превышают стоимость самого товара (работы, услуги) либо выгоду, которая могла бы быть получена потребителем от его использования. В соответствии с пунктом 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации и пунктом 4 статьи 13 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом. Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в случае оказания потребителю услуг с существенными недостатками он вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг и потребовать от исполнителя возмещения причиненных убытков без предварительного заявления требований об устранении недостатков представленной услуги в разумный срок. К существенным недостаткам относятся неустранимые недостатки, а также недостатки, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов. Кроме того, в случае если в установленный срок недостатки выполненной работы не устранены исполнителем, потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы и потребовать полного возмещения убытков. В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации). Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33). Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33). Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, и, соответственно, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности. В пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда. Пунктом 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации потребителю в случае установления самого факта нарушения его прав (статья 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей»). В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Из изложенного следует, что моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе, как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. При рассмотрении дела суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованным выводам об учете выводов проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз, которые содержат подробные и обоснованные ответы на поставленные вопросы, оснований для выводов об использовании экспертом недопустимой терминологии не имеется, в обоснование выводов экспертами приведены соответствующие данные из предоставленных в распоряжение экспертов материалов, эксперты основывались на исходных объективных данных, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в связи с чем верно установлено отсутствие каких-либо недостатков и дефектов оказания медицинской помощи Загузовой М.А. в ООО «Дента» за исключением дефекта, выразившегося в непроведении мероприятий, направленных на <данные изъяты>, в этой части являются верными выводы суда апелляционной инстанции о том, что выявленный недостаток не является существенным, фактически является устранимым, что и было сделано ООО «<данные изъяты> доктора Ветчинкиной» путем <данные изъяты>, соответственно правильными являются выводы об отсутствии оснований для полного взыскания оплаченных по договору с ООО «Дента» от 25 марта 2023 г. № денежных средств и неустойки, в этой части судом апелляционной инстанции также обоснованно отмечено, что стоимость расходов по устранению выявленного недостатка не приближалась к стоимости либо превышала стоимость оказанной, а была значительно ниже, также верно учтено, что истец не Загузова М.А. не обращалась к ответчику с требованием об устранении выявленного недостатка. Доводы кассационной жалобы о несогласии с определенным судами размером компенсации морального вреда не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку судами первой и апелляционной инстанций правильно применены нормы материального права, установлены обстоятельства, подтверждающие факт причинения истцу нравственных и физических страданий, учтены критерии определения размера компенсации морального вреда, указанные в статьях 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации. Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и не поддается точному денежному подсчету. Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела. В связи с чем иная, чем у суда, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости не указывает на то, что выводов являются ошибочными, размер компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом. Установление подобного рода обстоятельств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств. Основания и мотивы, по которым суды пришли к таким выводам, а также доказательства, принятые судами во внимание, их оценка приведены в обжалуемых судебных актах, исходя из установленного нарушения прав Загузовой М.А., характера допущенного дефекта оказания медицинской помощи, не проведения ответчиком в полном объеме мероприятий, направленных на <данные изъяты> отсутствие причинно-следственной связи между допущенным ответчиком дефектом оказания медицинской помощи и наступившими у истца осложнениями в виде <данные изъяты>, отсутствия негативного влияния на состояние здоровья истца вследствие наличие <данные изъяты>, нарушение личных неимущественных прав материального истца в сфере охраны здоровья, степени физических и нравственных страданий истца, которая испытывала <данные изъяты> относительно состояния своего здоровья и нарушения прав, необходимости проведения работ по устранению выявленного дефекта, степени вины ответчика и индивидуальных особенностей Загузовой М.А. размер компенсации морального вреда правильно определен судом первой инстанции по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела суд первой инстанции верно определил компенсацию морального вреда в пределах предоставленной законом свободы усмотрения с учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств. Приведенные в кассационной жалобе доводы не содержат фактов, которые не были проверены и не учеты судами при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения оспариваемых судебных актов, влияли на их обоснованность и законность, либо опровергали выводы судов первой или апелляционной инстанций, являются процессуальной позицией заявителей кассационной жалобы, основаны на их субъективной оценке фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, и не свидетельствуют о том, что при рассмотрении дела были допущены нарушения, влекущие отмену оспариваемых судебных актов в кассационном порядке. Фактически доводы кассационной жалобы направлены на переоценку собранных по делу доказательств и установленных обстоятельств, что в силу статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является недопустимым в суде кассационной инстанции. Положения статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями главы 41 данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных постановлений право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела, подменяя тем самым суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства. На недопустимость судом кассационной инстанции устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, а также исследовать новые доказательства указано в пункте 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции». Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 17 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», производство в суде кассационной инстанции предназначено для проверки законности вступивших в законную силу судебных постановлений, установления правильности применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судебными инстанциями в ходе предшествующего рассмотрения дела. Несогласие заявителей кассационной жалобы с выводами судов, иная оценка ими фактических обстоятельств, равно как и отличное от суда толкование положений закона, не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не подтверждает допущенных судом нарушений норм права, которые могли повлиять на исход дела и являлись бы достаточным основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. Поскольку судами первой и апелляционной инстанций материальный закон применен и истолкован правильно, нарушений процессуального права не допущено, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит предусмотренных статьей 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для удовлетворения кассационной жалобы. Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции определила: решение Центрального районного суда г. Барнаула от 8 октября 2024 г. в части, оставленной без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 21 января       2025 г. (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 27 января 2025 г.), апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 21 января 2025 г. (с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 27 января 2025 г.) оставить без изменения, кассационную жалобу Загузовой Марии Александровны, Алтайской региональной общественной организации «Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ» – без удовлетворения. Председательствующий Судьи Мотивированное определение изготовлено 10 июня 2025 г.

Основная информация

УИД дела: 22RS0068-01-2023-007281-16

Результат рассмотрения: Жалоба / представление ОСТАВЛЕНО БЕЗ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ

Дата рассмотрения: 27.05.2025

Судья: Гусев Д.А. - Судья ГР

Категория дела: Отношения, связанные с защитой прав потребителей → О защите прав потребителей → - из договоров в сфере: → медицинских услуг

Участники дела

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: АРОО "Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ"

ИНН: 2222861090

ОГРН: 1172225032638

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Загузова Мария Александровна

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: ООО "Дента"

ИНН: 2225125041

ОГРН: 1112225012360

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: ООО Стоматология доктора Ветчинкиной

ПРОКУРОР

ФИО/Наименование: Пятый отдел (апелляционно-кассационный) (с дислокацией в г. Кемерово, г. Новосибирске, г. Челябинске) апелляционно-кассационного управления Главного гражданско-судебного управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Судебные заседания

27.05.2025 11:10

Судебное заседание

Место: №5

Результат: Жалоба / представление ОСТАВЛЕНО БЕЗ УДОВЛЕТВОРЕНИЯ

Жалобы

21.04.2025

Заявитель: Загузова М. А., АРОО "Центр защиты прав потребителей ЮРЭКСПЕРТ" в лице Милосердовой Л.А. (представитель)

Процессуальный статус: ИСТЕЦ