Дело № 33-6577/2025

Суть дела

<title></title>     Судья: Сибирякова А.В.     № 33-6577/2025 (№ 2-30/2025)     Докладчик: Бабушкина Е.А.    УИД: 42RS0017-01-2024-001592-96 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ 19 августа 2025 г.                                    г. Кемерово Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного в составе председательствующего судьи Першиной И.В., судей Вязниковой Л.В., Бабушкиной Е.А.,     при секретаре Марченко Ю.А.,     с участием прокурора Скрипка Е.В.,     заслушав в открытом судебном заседании по докладу судьи Бабушкиной Е.А. гражданское дело по апелляционным жалобам Горбунова Александра Николаевича, представителя АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» Зориной А.Ю. на решение Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 16 мая 2025 г. по иску Горбунова Александра Николаевича к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» о взыскании компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, УСТАНОВИЛА: 07.08.2024 Горбунов А.Н. обратился в суд с иском к АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» (далее – АО «РУСАЛ Новокузнецк»), в котором с учетом уточнений (т.2 л.д.14-15, т.1 л.д.116-117, 206-208, 235-237) просил: 1.1. Взыскать невыплаченную в нарушение ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденных Постановлением Верховного Совета РФ от 24.12.1992 №4214-1, и п. 7.7 Отраслевого (тарифного) соглашения, заключенного в Москве в 1994 году между Центральным Советом профсоюза трудящихся горно-металлургической промышленности России, Комитетом Российской Федерации по металлургии и Министерством труда Российской Федерации, сумму единовременного пособия в размере 3 290 260 руб. (осовремененного на 30.03.2025 в размере 95 708,12 руб.), определенном приказом ответчика от 19 июня 1996 г. «О выплате единовременного пособия»; 1.2. Взыскать невыплаченную в нарушение п. 3.4. Коллективного договора 1994 г. сумму материальной помощи в размере 3 290 260 руб. (осовремененную на 30.03.2025 в размере 95 708,12 руб.); 2. Признать незаконным нарушение сроков расследования несчастного случая на производстве, произошедшего 28.08.1994, и взыскать с ответчика за данное правонарушение компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; 3. Признать незаконной попытку работников (мастера смены Сергеева С. Е. и старшего мастера Яковлева А. В.), за действия которых в силу закона ответчик несет ответственность, скрыть произошедший с истцом 28.08.1994 несчастный случай на производстве, и взыскать с ответчика за данное правонарушение компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.; 4. Признать незаконным: 4.1 Непредоставление ответчиком по письменному заявлению копий расчетных листков за весь период работы электролизником до несчастного случая на производстве; 4.2. Ответ работодателя в части заявления о том, что требования о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, произошедшим 28.08.1994, не подлежат удовлетворению; 4.3. Невыдачу приказа о несчастном случае на производстве; 4.4. Невыплату ответчиком в нарушение ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, утвержденных Постановлением Верховного Совета РФ от 24.12.1992 №4214-1, в нарушение п. 7.7 Отраслевого (тарифного) соглашения, заключенного в Москве в 1994 году между Центральным Советом профсоюза трудящихся горно-металлургической промышленности России, Комитетом Российской Федерации по металлургии и Министерством труда Российской Федерации, в нарушение п. 3.4. Коллективного договора 1994 г. сумм единовременного пособия и материальной помощи, рассчитываемых по формуле 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности от производственной травмы; 4.5. Задержку оплаты листков нетрудоспособности за первые 5 дней нетрудоспособности по производственной травме, в связи с попыткой скрыть несчастный случай на производстве и взыскать за данные нарушения компенсацию морального вреда в сумме 50 000 руб.; 5. Взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. в связи с полученной по вине ответчика производственной травмой, причинившей вред здоровью, частичную утрату профессиональной трудоспособности, физические и нравственные страдания. Требования мотивированы тем, что 28.08.1994 в 10:20 часов с истцом произошел несчастный случай на производстве при следующих обстоятельствах. По заданию бригадира ФИО1, истец, неопытный работник, работающий первый год электролизником, ломом пробивал корку электролита <адрес> При первом же ударе по корке произошел вылет брызг расплавленного металла, которые попали в левый глаз истцу. Причинами несчастного случая явились: слабый контроль со стороны мастера Сергеева С.Е. за соблюдением подчиненными правил безопасного труда; истец как неопытный работник не защитил лицо шляпой. По заключению Бюро медико-социальной экспертизы – справка серии МСЭ 2009, степень утраты профессиональной трудоспособности Горбунова А.Н. составила сначала 20%, а затем 10% бессрочно. В результате полученной производственной травмы истец частично лишился профессиональной трудоспособности и здоровья. Чувствует себя неполноценным человеком. Претерпел и претерпевает как физическую боль, неприятные ощущения, так и нервные переживания, нравственные страдания. Вынужден изменить свой образ жизни. Попытки ответчика скрыть несчастный случай на производстве повлекли несвоевременную и заниженную оплату листков нетрудоспособности, что поставило семью истца в трудное финансовое положение, причинило истцу нравственные страдания. Решением Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 16 мая 2025 г. постановлено: Взыскать с АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в пользу Горбунова Александра Николаевича компенсацию морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 105 000 руб.     В удовлетворении остальной части требований отказать.     Взыскать с АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 руб.     В апелляционной жалобе Горбунов А.Н. просит решение суда в обжалованное части отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.     Указывает, что не согласен с выводами суда о включении ответчиком в п. 3.4 Коллективного договора пункта 24 Правил возмещения вреда, так как термин «пособие» и термин «материальная помощь» не тождественны, а имеют разные значения, предусмотрены разными актами. Обязанность по выплате пособия предусмотрена Правилами возмещения вреда и условиями отраслевого (тарифного) соглашения. Обязанность выплаты материальной помощи предусмотрена коллективным договором, сверх того, что предусмотрено в централизованном порядке.     Также апеллянт отмечает, что нельзя не учитывать таких обстоятельств, как не ознакомление работника с приказом о назначении названных выплат, с условиями коллективного договора и отраслевого (тарифного) соглашения, расчетный листок работнику не выдавался. Работник не знал о полагающихся ему выплатах. У ответчика имеются доказательства только того, что одна из полагавшихся выплат начислена. При этом отсутствуют доказательства того, что хотя бы одна из двух выплат произведена. Полагает необоснованным отказ признать незаконным нарушение сроков расследования несчастного случая на производстве, поскольку несчастный случай произошел в рабочее время при выполнении поручения бригадира на глазах у коллег по работе, в том числе у непосредственного руководителя, который с места травмы доставлял истца в больницу. Закон не позволяет изменять квалификацию несчастного случая на производстве. Травмированный, в большинстве случаев не в состоянии адекватно оценивать произошедшее, в связи с чем ссылаться на высказанное мнение травмированного некорректно. Руководители не имели право скрывать произошедшее и задерживать расследование несчастного случая. Факт нарушения Положения о расследовании несчастных случаев на производстве представителями ответчика документально подтвержден приказом о привлечении к дисциплинарной ответственности за нарушение Положения о расследовании несчастных случаев на производстве мастера и старшего мастера, в чьем подчинении находился истец. Данные нарушения не могли не вызвать нравственных страданий истца, в связи с чем отказ во взыскании компенсации морального вреда считает необоснованным. Также указывает, что не обоснован вывод суда о том, что истец не предоставил ответчику уточняющего заявления о выдаче запрошенных документов, а суду не предоставил доказательств нравственных страданий. Уточнять период, за который истец требовал расчетные листки, не требовалось. Расчетные листки были запрошены за период с момента трудоустройства истца до месяца, в котором с истцом произошел несчастный случай на производстве, то есть всего за несколько месяцев, поскольку истец работал всего лишь первый год. Реквизиты приказа о несчастном случае истец назвать не мог, поскольку его с приказом не ознакомили. В силу статьи 62 ТК РФ работник должен в заявлении указать название приказа, но не его реквизиты. Также указывает, что некоторые формы морального вреда, включая эмоциональное расстройство, по своей природе, не всегда могут быть предметом конкретного доказательства. Однако это не препятствует присуждению судом компенсации, если он считает разумным допустить, что заявителю причинен вред, требующий финансовой компенсации. Причинение морального вреда при этом не доказывается документами, суд исходит из разумного предположения, что истцу причинен моральный вред незаконными действиями ответчика. В апелляционной жалобе представитель АО «РУСАЛ Новокузнецк» Зорина А.Ю. просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме. Ссылаясь на пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», указывает, что возможность возмещения морального вреда и право потерпевшего на его возмещение законодатель связывает не со временем причинения физических и нравственных страданий, а со временем совершения незаконных действий, приведших к причинению морального вреда. Несчастный случай с истцом произошел 28.08.1994, то есть до момента введения в действие правового регулирования о моральном вреде, однако суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности требований истца в части компенсации морального вреда. Также указывает, что суд первой инстанции при вынесении решения в части взыскания морального вреда руководствовался положениями нормативных актов, которые утратили силу на момент вынесения решения (Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик, утв. ВС СССР 31.05.1991 № 2211-1, Гражданский кодекс РСФСР 1964 г., Кодекс законов о труде Российской Федерации, Правила возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей, утв. Постановлением ВС РФ от 24.12.1992 № 4214-1). Полагает, что со стороны работодателя были созданы безопасные условия труда. Вред здоровью истца причинен в результате нарушения инструкции по безопасности труда самим работником, что подтверждается приказом от 10.10.1994 № о несчастном случае с электролизником корпуса № II и не может служить основанием для взыскания морального вреда с работодателя.     На апелляционные жалобы помощником прокурора Кузнецкого района города Новокузнецка Сенькиной И.В. принесены возражения.     Возражения на апелляционную жалобу истца поступили также от представителя АО «РУСАЛ Новокузнецк» Зориной А.Ю., в которых, в частности, отмечается, что истец не приводит нормы права, которые бы подтверждали его позицию о том, что единовременное пособие в п. 7.7 Отраслевого (тарифного) соглашения отличается от единовременного пособия (материальной помощи) по п. 3.4 Коллективного договора. Также обращается внимание на наличие в материалах дела доказательств, подтверждающих выплату единовременного пособия: постановление Профсоюзного комитета № от 15.02.1996, приказ от 19.06.1996 №, лицевой счет за июнь 1996 г. с указанием суммы 3 290 260 руб. Иные имевшиеся документы, подтверждающие передачу денежных средств, уничтожены в соответствии с порядком хранения кассовых документов в течение пяти лет, управленческих документов – шесть лет. В возражениях также отмечается, что согласно материалам расследования несчастного случая, истец самостоятельно в больнице указал, что травма является бытовой, после того, как истец заявил о несчастном случае на производстве, в установленном порядке было проведено расследование, его результаты не были оспорены, доказательств наличия «отрицательных последствий» из-за нарушения срока расследования истцом не представлены. Также отмечается, что работодатель в установленном ст. 62 Трудового кодекса РФ порядке на заявление истца-работника предоставил документы, которые смог идентифицировать, для предоставления иных документов истцу было предложено уточнить реквизиты запрашиваемых документов, а именно: указать период, за которые необходимо предоставить расчетные листки, реквизиты приказа о несчастном случае на производстве.     В судебном заседании в суде апелляционной инстанции представитель ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» Зорина А.Ю. доводы апелляционной жалобы поддержала в полном объеме. Истец, третьи лица, извещенные надлежащим образом о дне и времени рассмотрения дела судом апелляционной инстанции 19.08.2025, в том числе путем размещения информации о дате и времени судебного заседания на официальном сайте Кемеровского областного суда в сети Интернет, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, ходатайств, препятствующих рассмотрению дела, не заявили. В соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц. Заслушав представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав заключение прокурора гражданско-судебного отдела прокуратуры Кемеровской области – Кузбасса Скрипка Е.В., полагавшей, что решение суда подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобах, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему. Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, приказом № от 11.02.1988 истец Горбунов А.Н. с 01.03.1988 принят на работу в электролизный цех № Новокузнецкого алюминиевого завода электролизником расплавленных солей 3 разряда, что следует из записи в трудовой книжке истца (т.1 л.д.7 оборот). 11.08.1990 Горбунов А.Н. уволен в связи с переводом в ССУ Новокузнецкого домостроительного комбината, откуда также был уволен 13.08.1993 по переводу в А.О. «Новокузнецкий алюминиевый завод» (т.1 л.д.8). Приказом № от 08.09.1993 истец принят на работу в электролизный цех № Новокузнецкого алюминиевого завода электролизником расплавленных солей по 4 разряду (т.1 л.д.8 оборот). 31.05.2005 Горбунов А.Н. переведен в 8-ую серию корпусов электролиза дирекции по электролизу электролизником расплавленных солей по 5 разряду (т.1 л.д.8 оборот). 15.05.2009 Горбунов А.Н. переведен в 11-ый корпус электролиза дирекции по электролизному производству электролизником расплавленных солей по 5 разряду (т.1 л.д.9). 10.10.2016 истец был уволен из АО «РУСАЛ Новокузнецк» в связи с выходом на пенсию по старости (т.1 л.д.9). В период работы – ДД.ММ.ГГГГ с истцом Горубновым А.Н. произошел несчастный случай на производстве, о чем работодателем - АО «РУСАЛ Новокузнецк» составлен акт № от 04.10.1994 (т.1 л.д.5-6, 131-132). Согласно Акту о несчастном случае, 28 августа 1994 г. в 10 час. 20 мин по заданию бригадира ФИО1 электролизник Горбунов А.Н., не защитив лицо шляпой, начал ломом пробивать корку электролита <адрес> При первом ударе по корке произошел вылет брызг расплавленного метала, которые попали в левый глаз Горбунова А.Н. О случившемся пострадавший поставил в известность руководство цеха 30.09.94 г. В пункте 11.1 акта в качестве вида происшествия указано – попадание в глаз расплавленного металла. Причины происшествия (п. 11.2 Акта): 1. Электролизник Горбунов А.Н. производил работы по пробивке корки электролита, не защитив лицо шляпой; 2. Слабый контроль за соблюдением подчиненными правил безопасности труда со стороны мастера Сергеева С.Е. Также в акте указано, что электролизник расплавленных солей ЭЛЦ-2 Горбунов А.Н. нарушил п. 3.3 Инструкции по охране труда для электролизников ЭЛЦ-2, мастер ОПУ ЭЛЦ-2 Сергеев С.Е. нарушил п. 29.30 Приложения I к «Положению о системе управления охраной труда на НКАЗе». Диагноз по листку нетрудоуспособности: <данные изъяты> Истец освобожден от работы с 28.08.1994 года по 09.11.1994, продолжительность нетрудоспособности 44 рабочих дня. Выплачено по листку нетрудоспособности 1 660 592 руб. (п. 15.2 Акта). Исход несчастного случая: пострадавший переведен на легкую работу (п. 15.3 Акта). Из объяснений мастера ОПУ Сергеева С.Е. от 30.09.1994 следует, что в ходе работы ему от Горбунова А.Н. стало известно о произошедшем с ним несчастном случае на производстве – <данные изъяты> Горбунов А.Н, сказал, что в полученной травме виноват сам, поэтому будет оформлять травму как бытовую. После выписки из больницы Горбунов А.Н, сообщил, что хочет оформить травму как связанную с производством. Несчастный случай им был скрыт по просьбе пострадавшего Горбунова А.Н. (т. 1 л.д.144). Из объяснений ст. мастера Яковлева А.В. от 30.09.1994 следует, что 29.08.1994 года от мастера смены Сергеева С.Е. ему стало известно о произошедшем 28.08.1994 несчастном случае на производстве с Горбуновым А.Н. После разговора с Горбуновым А.Н. понял, что травма оформлена как не связанная с производством. Горбунов А.Н. заверил, что данная травма не вызовет серьезных последствий. Поэтому мер по расследованию и учету несчастного случая в установленном порядке и в установленный срок принято не было (т.1 л.д.145). Согласно объяснениям анодчика корпуса № ФИО2 от 29.08.1994, он был свидетелем того, что Горбунов А.Н. решил сам оформить травму бытовой, после чего был сопровожден мастером смены в больницу (т. 1 л.д.148). В материалах по расследованию несчастного случая также имеются объяснения Горбунова А.Н. от 30.09.1994, согласно которым после полученной травмы ему оказали первую медицинскую помощь и положили на стационарное лечение. Сначала больничный решил оформить как бытовую травму, но после лечения и совета врачей, боязни потерять зрение решил переделать на производственную (т.1 л.д.143). 10.10.1994 работодателем - АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» издан приказ № «О несчастном случае с электролизником корпуса № Горбуновым А.Н.», согласно которому установлены обстоятельства, аналогичные обстоятельствам, указанным в акте о несчастном случае № от 04.10.1994. Дополнительно указано, что при расследовании обстоятельств несчастного случая выявлено следующее: мастер Сергеев С.Е. после произошедшего несчастного случая и отправки пострадавшего в больницу не сообщил руководству о травме, расследование произведено не было, что является нарушением «Положения о расследовании и учете несчастных случаев на производстве» п. 2.1. Ст. мастер Яковлев А.В., узнав о травме 29.08.1994, тоже не принял мер к расследованию несчастного случая, уступив просьбе Сергеева С.Е, оформить травму как бытовую. Сергееву С.Е. - мастеру ОПУ корпуса № ЭЛЦ-2, за отсутствие контроля за подчиненными в вопросах безопасности труда, нарушение положения о расследовании несчастных случаев, объявлен строгий выговор, с 01.10.1994 понижен должностной оклад до 300 000 руб., сроком на 6 месяцев. Яковлеву А.В. – старшему мастеру ОПУ 11 корпуса ЭЛЦ-2, за нарушение положения о порядке расследования несчастных случаев объявлен выговор (т.1 л.д.108-109). 25.01.1995 Горбунову А.Н. в связи с травмой <данные изъяты> установлена степень утраты трудоспособности 20% (т.1 л.д.181 оборот, 195 оборот-196). В январе 1995 г. на основании приказа № Горбунов А.Н. переведен на легкий труд по состоянию здоровья с 13.01.1995 по 28.02.1995, с сохранением среднего заработка (т.1 л.д.111). 15.02.1996 Профсоюзным комитетом АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» принято постановление «О несчастном случае», согласно которому вина предприятия установлена в 70%, вина пострадавшего 30% (т.1 л.д.133). Распоряжением от 15.02.1996 № Горбунов А.Н. с 16.02.1996 по 05.05.1996 переведен на легкий труд плотником с оплатой по 4 разряду с доплатой до среднего заработка в течение 2-х недель (т.1 л.д.112). Распоряжением от 02.08.1996 № Горбунов А.Н. переведен на легкий труд плотником с 01.08.1996 сроком на 2 месяца с сохранением среднего заработка (последствия производственной травмы) (т.1 л.д.113). Сообщение о последствиях несчастного случая в Профсоюзный комитет предприятия направлено 06.12.1994 (т.1 л.д.146). В 1994 году на предприятии действовал Коллективный договор, пункт 3.4 которого устанавливает, что работник, получивший производственную травму по вине работодателя, получает выплату за каждый процент утраты трудоспособности 20% среднемесячной заработной платы (т.1 л.д.86-87). 21.02.1996 работодателем АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» издан приказ № «О назначении выплат в возмещение ущерба», согласно которому Горбунову А.Н. с 01.03.1996 по 31.08.1996 назначены выплаты за ущерб, причиненный здоровью, в размере 344 971 руб. ежемесячно, а также единовременная выплата за период с января 1995 года по 29.02.1996 в размере 3 491 982 руб. (т.1 л.д.110, 181, 197). Приказом от 19.07.1996 № в связи с произошедшим с Горбуновым А.Н. несчастным случаем на производстве, ему, в соответствии со ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда, п. 3.4 Коллективного договора, выплачено единовременное пособие в размере 20% среднемесячной заработной платы за каждый процент утраты трудоспособности (20%), размер которого составил 3 290 260 руб. (т.1 л.д.196). В подтверждение факта выплаты ответчиком представлена копия лицевого счета за июнь 1996 г. (т.2 л.д.26). Приказом от 10.10.1996 года № ежемесячные выплаты Горбунову А.Н. в возмещение ущерба, причиненного здоровью, проиндексированы и продлены до 31.08.1998, то есть до нового переосвидетельствования во ВТЭК (т.1 л.д.194 оборот). 25.12.2017 истцу Горбунову А.Н. впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности 10% в связи с несчастным случаем на производстве от 28.08.1994 на срок с 25.12.2017, а затем с 01.12.2020 бессрочно (т.1 л.д.10, 159, 164 оборот-167, 170, 189 оборот-191). Приказом от 11.05.2018 № ФСС России Горбунову А.Н. назначена ежемесячная страховая выплата (т.1 л.д.42,49,118). В последующем приказами ФСС России установленная выплата индексировалась и продлевалась по сроку. С 01.02.2024 бессрочно установлен размер выплаты – 2509,16 руб. (т.1 л.д.33-46,50-70). В материалы дела также представлены медицинские документы по обследованию Горбунова А.Н. после полученной травмы - 17.01.1996, 31.01.1996, 01.12.2020 (т.1 л.д.105-107). Из справки ГАУЗ «Кузбасская клиническая больница имени С.В. Беляева» от 01.12.2020 следует, что Горбунову А.Н. установлен диагноз – <данные изъяты> Врачом рекомендовано последующее наблюдение у врача по месту жительства, длительное применение лекарственных препаратов для лечения. (т.1 л.д.105). Согласно программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания № к акту освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ истцу Горбунову А.Н. установлен диагноз – <данные изъяты>. Может выполнять работы по профессии со снижением объема профессиональной деятельности на 1/10 прежней нагрузки. В пункте 11 программы реабилитации указано, что Горбунов А.Н. нуждается в проведении реабилитационных мероприятий (т.1 л.д.76). Допрошенная судом первой инстанции свидетель ФИО3 пояснила, что истец приходится ей бывшим супругом, проживали совместно до 2000 года. В 1994 году ей сообщили, что истец получил травму <данные изъяты>, его увезли в больницу <данные изъяты>, там он пролежал месяц. <данные изъяты> Он подписал заявление, что это была бытовая травма. Но когда он выписывался из больницы, <данные изъяты> и она настояла, чтобы супруг оформил травму как производственную. Зарплата была маленькая, и у них на иждивении было двое детей, побоялись, что Горбунов А.Н. может ослепнуть. После чего работники ответчика стали возмущаться и просить оставить травму как бытовую, приезжали к ним домой и уговаривали Горбунова А.Н. оформить травму как бытовую. <данные изъяты>. Ближе к весне 1995 года истец ездил на пересадку роговицы в Кемерово. <данные изъяты> До травмы истец был подвижный, после травмы изменился обзор зрения, <данные изъяты> когда ветер или пыль, истец не мог гулять с детьми долго, ходил в темных очках постоянно. Зимой глаз замерзает. Нельзя было тяжести поднимать, передвигать и носить сумки тяжелые. В то время в 1994 году было мало денег в семье, она почти не получала заработную плату, у истца была маленькая заработная плата, так как он был на больничном, после его перевели на легкий труд. С 2000 года живут раздельно, но знает, что улучшений по травме никаких нет, насчет зрения врачи гарантий не дают (т.1 л.д.98-99). В 2024 г. истец Горбунов А.Н. обратился в АО «РУСАЛ Новокузнецк» с заявлением о выплате ему компенсации морального вреда в связи с утратой трудоспособности в результате несчастного случая 28.08.1994 в размере 500 000 руб., просил рассчитать и выплатить утраченный заработок за период временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве, рассчитать и выплатить единовременное пособие по формуле 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности, учитывая, что в то время заявителю было установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности по несчастному случаю на производстве (т.1 л.д.138). Также заявитель просил направить в его адрес документы, связанные с работой: 1) акт о несчастном случае на производстве №, утвержденный 05.10.1994 по форме Н-1 с заполненным п.15; 2) инструкцию по охране труда для электролизников ЭЛЦ №, действующую в момент несчастного случая, и подтверждение, что заявитель был с ней ознакомлен; 3) расчетные листки за все предшествующие травме месяцы работы заявителя электролизником; 4) карточку выдачи заявителю спецодежды и средств индивидуальной защиты; 5) приказ о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н. (т.1 л.д.139 оборот). 12.08.2024 АО «РУСАЛ Новокузнецк» был подготовлен ответ, согласно которому отсутствует возможность предоставить карточки выдачи спецодежды и средств специальной защиты, поскольку истек срок хранения. Также в ответе указано, что поскольку заявителем не указаны реквизиты приказа о несчастном случае на производстве, произошедшего 18.08.1994, а также период, за который необходимо предоставить расчетные листки, то направить эти запрашиваемые документы не представляется возможным. Указано, что требование о компенсации морального вреда не может быть удовлетворено, в связи с тем, что статья 151 Гражданского кодекса РФ введена в действие с 01.01.1995, на ранее возникшие правоотношения она не распространяется. К ответу приложена копия акта о несчастном случае на производстве № от 05.10.1994 (т.1 л.д.139). Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что на момент несчастного случая на производстве, произошедшего 28.08.1994, в действовавшем законодательстве имелись нормы, предусматривающие компенсацию морального вреда вследствие причинения вреда здоровью. Ссылаясь на положения ст. 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик (применялись с 03.08.1992 и действовали на дату несчастного случая), установив, что Горбуновым А.Н. перенесены физические страдания, выразившиеся в физической боли, перенесенной в результате полученной травмы от несчастного случая на производстве - <данные изъяты>, а также нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях по поводу потери трудоспособности, чувством неполноценности и возникшими ограничениями в обычной жизнедеятельности, обусловленные травмой, невозможностью вести привычный образ жизни, ограничения по физической нагрузке, суд пришел к выводу, что в связи с получением производственной травмы истец имеет право на получение компенсации морального вреда, поскольку утрата здоровья является невосполнимой, истец в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Выводы суда первой инстанций в указанной части являются правильными, соответствуют требованиям закона, сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают. Впервые на территории Российской Федерации закон, предусматривающий возможность возмещения морального вреда, причиненного неправомерными виновными действиями причинителя вреда, присуждением в его возмещение денежной компенсации, принят 31 мая 1991 г. Так, статьей 131 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик от 31 мая 1991 г. установлено, что моральный вред (физические или нравственные страдания), причиненный гражданину неправомерными действиями, возмещается причинителем вреда при наличии его вины. Согласно статье 5 Федерального закона от 30 ноября 1994 г. № 52-ФЗ «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» часть первая Кодекса, регулирующая и устанавливающая возможность компенсации морального вреда, применяется к гражданским правоотношениям, возникшим после введения ее в действие. По гражданским правоотношениям, возникшим до введения ее в действие, часть первая Кодекса применяется к тем правам и обязанностям, которые возникнут после введения ее в действие. В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определения от 18 января 2005 г. № 7-О и от 22 апреля 2014 г. № 858-О), общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после введения его в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу. Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, судом первой инстанции обоснованно применены нормы, хотя и утратившие силу на дату рассмотрения спора, но действовавшие на дату возникновения спорных правоотношений (то есть на дату причинения вреда), - положения ст. 131 Основ законодательства Союза ССР и союзных республик, сделан обоснованный вывод о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с произошедшим несчастным случаем. При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции были учтены перенесенные истцом неудобства, ограничения и переживания в связи с полученной травмой, степень утраты профессиональной трудоспособности истца 10% бессрочно, его индивидуальные особенности, степень нравственных и физических страданий, степень вины ответчика, а также степень вины истца в произошедшем несчастном случае на производстве, установленные Профсоюзным комитетом в постановлении от 15.02.1996, и с учетом требований разумности и справедливости был определен размер компенсации морального вреда, подлежащего с ответчика, в сумме 105 000 руб. Относительно размера взысканной суммы апеллянты в своих жалобах доводы не приводили, оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части судебная коллегия не усматривает. Разрешая требования в оставшейся части, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. Ссылаясь на то, что ответчиком указываемый истцом пункт 7.7 Отраслевого соглашения 1994 года был включен в условия Коллективного договора (п.3.4), суд не согласился с доводами истца о том, что в п. 7.7 Отраслевого соглашения и в п. 3.4. Коллективного договора 1994 г. предусмотрены разные единовременные выплаты, которые должны были быть произведены работодателем, признав указанные доводы истца не основанными на законе. Оценив представленный в материалы дела приказ ответчика от 19.07.1996 № о выплате Горбунову А.Н. в связи с несчастным случаем на производстве, изданный в соответствии со ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда и п. 3.4 Коллективного договора, согласно которому Горбунову А.Н. выплачено единовременное пособие в размере 20% среднемесячной заработной платы за каждый процент утраты трудоспособности (20%), размер которого составил 3 290 260 руб. (т.1 л.д.196), а также копию расчетного листка Горбунова А.Н. № с указанием в нем на выплату 3 290 260 руб. (т.2 л.д.26), суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требования о взыскании единовременной выплаты, поскольку она была выплачена работодателем в установленном порядке. Судебная коллегия оснований не согласиться с приведенными выводами не усматривает, поскольку они соответствуют материалам дела, нормам права, подлежащим применению к спорным отношениям, и доводами апелляционной жалобы истца не опровергаются. Как следует из материалов дела, 15.02.1994 между Центральным Советом профсоюза трудящихся горно-металлургической промышленности России, Комитетом Российской Федерации по металлургии и Министерством труда Российской Федерации на 1994 год подписано Отраслевое (тарифное) соглашение (т.2 л.д.2-7). В п. 1.1 Отраслевого соглашения, установлено, что Стороны в пределах своей компетенции обеспечивают контроль за выполнением работодателями положений, установленных Соглашением, в том числе при заключении коллективных договоров. Стороны, уполномоченные органы при заключении коллективных договоров соблюдают, установленные Соглашением, минимально допустимые социальные гарантии трудящихся и их семьям. Соглашение не ограничивает права трудовых коллективов в расширении и усилении этих гарантий при наличии ресурсного обеспечения из собственных источников (п. 1.2). Пунктом 7.7 Отраслевого соглашения предусмотрено, что за каждый процент стойкой утраты трудоспособности работникам вследствие повреждения здоровья выплачивается единовременное пособие из расчета 20% среднемесячной заработной платы сверх установленных сумм возмещения ущерба, но не менее размера, установленного п. 24 Правил возмещения работодателями вреда. В п. 24 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанными с исполнением ими трудовых обязанностей (утверждены Постановлением ВС РФ от 24.12.1992 № 4214-1) установлено, что сверх возмещения утраченного заработка, дополнительных видов возмещения вреда работодатель выплачивает потерпевшему единовременное пособие. Его размер определяется в соответствии со степенью утраты профессиональной трудоспособности исходя из установленного (на день выплаты) минимального размера оплаты труда за пять лет. В указанных Правилах предусмотрены следующие виды возмещения вреда (ст. 8): выплата потерпевшему денежных сумм в размере заработка (или соответствующей его части) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности вследствие данного трудового увечья; компенсация дополнительных расходов; выплата в установленных случаях единовременного пособия; возмещение морального ущерба. Из положений ст. 8 Правил следует, что единовременное пособие не является выплатой в счет возмещения морального вреда, в связи с чем выплата не подлежит учету при определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию на основании п. 25 Правил. В материалы дела представлен приказ от 19.07.1996 №285, согласно которому в связи с произошедшим с Горбуновым А.Н. несчастным случаем на производстве, ему, в соответствии со ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда, п. 3.4 Коллективного договора, выплачено единовременное пособие в размере 20% среднемесячной заработной платы за каждый процент утраты трудоспособности (20%), размер которого составил 3 290 260 руб. (т.1 л.д.196). Из содержания представленного документа следует, что фактически работнику выплачено единовременное пособие в связи с утратой трудоспособности (20%), основание выплаты - ст. 24 Правил возмещения работодателями вреда (единовременное пособие потерпевшему), п. 3.4 Коллективного договора (выплата материальной помощи потерпевшему). Тот же размер выплаты и по тем же основаниям предусмотрен в п. 7.7 Отраслевого соглашения на 1994 г., в связи с чем истцом заявлено о наличии оснований для двух выплат в размере 3 290 260 руб. По доводам представителя ответчика выплата, предусмотрена в п. 7.7 Отраслевого соглашения, не отличается от единовременного пособия (материальной помощи) по п. 3.4 Коллективного договора. Оценивая доводы сторон, судебная коллегия учитывает, что по смыслу положений нормативных правовых актов, подлежащих применению к спорным отношениям, отраслевое соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Положения соглашения обязательны при заключении коллективных договоров, а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров. При этом, с учетом экономических возможностей организации в коллективном договоре могут содержаться более льготные трудовые и социально-экономические условия по сравнению с нормами и положениями, установленными законодательством (в частности, в п. 24 Правил возмещения работодателями вреда) и соглашениями. Таким образом, обязательства, установленные Отраслевым соглашением, являются минимальными и служат основой при заключении коллективных договоров организациями. В рассматриваемом случае, между генеральным директором АО «НКАЗ» и председателем Профсоюзного комитета АО «НКАЗ» (по поручению конференции трудового коллектива) 16.03.1994 был заключен коллективный договор, которым были урегулированы трудовые, социально-экономические и профессиональные отношения между работодателем и работниками на предприятии (т.1 л.д.86-87). Как следует из содержания Коллективного договора АО «Новокузнецкий алюминиевый завод» на 1994 г., в него включены нормы о выплате работнику, получившему производственную травму, за каждый процент утраты трудоспособности вследствие производственной травмы из расчета 20% среднемесячной заработной платы. Поскольку условия коллективного договора не могут ухудшать положения работников, а следовательно, не должны противоречить положениям ни законодательства, ни Отраслевого соглашения, учитывая, что иных норм относительно выплаты единовременного пособия потерпевшему Коллективный договор не содержит, основание выплаты и ее размер соответствует указанному в Отраслевом соглашении пособию, следует признать обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что в п. 3.4 Коллективного договора реализованы положения п. 7.7 Отраслевого соглашения, в связи с чем работнику в случае производственной травмы подлежало выплате лишь одно единовременное пособие, вопреки доводам апелляционной жалобы истца о наличии оснований для двух выплат. При этом, рассчитанный размер выплаты значительно превышает размер, установленный п. 24 Правил возмещения работодателями вреда (минимальный размер оплаты труда за пять лет), исходя из расчета МРОТ, установленного Федеральным законом от 22.04.1996 № 40-ФЗ с 01.04.1996 (то есть на дату выплаты Горбунову А.Н. пособия) в размере 75 900 руб., * 60 месяцев (5 лет) * 20% (степень утраты профессиональной трудоспособности на дату выплаты) = 910 800 руб. * 1,3 районный коэффициент = 1 184 040 руб. Также не имеется оснований согласиться с доводами в апелляционной жалобе истца о том, что выплата единовременного пособия не производилась. Указываемые истцом обстоятельства опровергаются представленными в материалы дела приказом от 19.07.1996 № о выплате Горбунову А.Н. единовременного пособия в размере 3 290 260 руб. (т.1 л.д.196) и расчетным листком Горбунова А.Н. № с указанием в нем на выплату 3 290 260 руб. (т.2 л.д.26). Кроме того, судом первой инстанции не установлено оснований для удовлетворения требования о признании незаконным нарушения сроков расследования несчастного случая на производстве, произошедшего 28.08.1994, так как о несчастном случае, произошедшим с истцом 28.08.1994, Горбунов А.Н. поставил в известность работодателя после стационарного лечения, а именно 30.09.1994 (согласно акту – т.1 л.д.131), до этого в больнице сообщил о бытовой травме, в силу п. 2.5 Положения, данный несчастный случай был расследован в срок, не превышающий месяца со дня подачи заявления пострадавшего. По итогам расследования 04.10.1994 составлен акт о несчастном случае на производстве. Суд первой инстанции также пришел к выводу о несостоятельности доводов истца о том, что работники АО «РУСАЛ Новокузнецк» - мастер смены Сергеев С.Е. и старший мастер Яковлев А.В. пытались скрыть несчастный случай, произошедший с Горбуновым А.Н. 28.08.1994, поскольку из материалов расследования несчастного случая на производстве следует, что Горбунов А.Н. не настаивал на оформлении травмы как производственной, в связи с чем указанные работники не предприняли мер к расследованию несчастного случая, за что после расследования были привлечены работодателем к дисциплинарной ответственности. При указанных обстоятельствах в решении указано, что нарушение срока выплаты за первые 5 дней нетрудоспособности по листку нетрудоспособности также вызвана действиями истца, который, в силу п. 2.1 Положения, наравне с очевидцами несчастного случая обязан был сообщить о произошедшем с ним несчастном случае на производстве 28.08.1994. Вместе с тем, доводы апелляционной жалобы истца о несогласии с указанными выводами суда заслуживают внимания. Согласно п. 2.1 и п. 2.2 Положения о расследовании и учете несчастных случаев на производстве (утверждено Постановлением Президиума ВЦСПС, Госпроматомнадзора СССР от 17.08.1989 № 8-12, действовало в 1994 г.) о каждом несчастном случае на производстве пострадавший или очевидец в течение смены должен сообщить непосредственному руководителю, который обязан: срочно организовать первую помощь пострадавшему и его доставку в медсанчасть (здравпункт) или другое лечебное учреждение; сообщить о случившемся руководителю подразделения; сохранить до начала работы комиссии по расследованию обстановку на рабочем месте и состояние оборудования такими, какими они были в момент происшествия (если это не угрожает жизни и здоровью окружающих работников и не приведет к аварии). Руководитель подразделения, где произошел несчастный случай, обязан немедленно сообщить о случившемся руководителю и председателю профсоюзного комитета предприятия. Комиссия в составе начальника цеха (главного специалиста предприятия), начальника отдела (бюро, инженера, специалиста, исполняющего его обязанности) охраны труда предприятия (цеха), старшего общественного инспектора по охране труда или другого представителя профсоюзного комитета цеха (подразделения) обязана: в течение трех суток провести расследование обстоятельств и причин несчастного случая, выявить и опросить очевидцев и лиц, допустивших нарушения правил по охране труда, стандартов безопасности труда, по возможности получить объяснение от пострадавшего; составить акт формы Н-1 в четырех экземплярах, в котором указать причины несчастного случая и мероприятия по его предупреждению, и направить акты руководителю предприятия для утверждения. Поскольку очевидцы несчастного случая – работники ответчика, за действия которого он несет ответственность, не сообщили в установленном порядке администрации предприятия о несчастном случае, в течение трех суток расследование не было проведено и поскольку данное обстоятельство повлекло увеличение срока предоставления работнику причитающихся выплат, следует согласиться с доводами апеллянта – истца о причинении в результате указанных действий работнику морального вреда, подлежащего возмещению в порядке ст. 237 Трудового кодекса РФ, а также о наличии оснований для признания указанного действия ответчика по несвоевременному расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с Горбуновым А.Н. 28.08.1994, незаконным. Установив, нарушение трудовых прав истца в результате несвоевременного расследования несчастного случая на производстве, судебная коллегия, исходя из принципов разумности и справедливости, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей истца, степени его нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, полагает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей Также суд первой инстанции, исходя из того, что истцу в установленный законом срок - не позднее трех рабочих дней с момента получения работодателем соответствующего запроса, были направлены копии запрошенных документов, даны разъяснения о причинах невозможности представить остальные документы, предложено уточить запрос, не установил в данных действиях ответчика нарушения трудовых прав истца. Судебная коллегия считает, что указанные выводы основаны на неправильном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения. Согласно положениям ст. 62 Трудового кодекса РФ по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется); справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, о периоде работы у данного работодателя и другое). Копии документов, связанных с работой, должны быть заверены надлежащим образом и предоставляться работнику безвозмездно. Таким образом, перечень документов, связанных с работой, не является исчерпывающим, помимо прямо указанных в указанной норме работодатель обязан по письменному заявлению работника выдать ему и другие документы, связанные с его трудовой деятельностью. Из материалов дела следует, что истцом были запрошены и не получены расчетные листки и копия приказа о несчастном случае. По доводам ответчика, данные документы невозможно было идентифицировать, в связи с чем работнику было предложено указать период, за который ему требуются расчетные листки, а также представить реквизиты приказа о несчастном случае (т.1 л.д.139). Из заявления Горбунова А.Н. следует (т.1 л.д.138 оборот), что он просил предоставить «расчетные листки за все предшествующие травме месяцы его работы электролизником», а также «приказ о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н.». Учитывая, что в заявлении Горбуновым А.Н. указывалось о несчастном случае 28.08.1994, согласно сведениям в его трудовой книжке он был трудоустроен к ответчику - Новокузнецкий алюминиевый завод электролизником 08.09.1993 (т.1 л.д.8 оборот), дополнительное заявление от работника с указанием периода, за который ему требуются расчетные листки, – а именно за период с 08.09.1993 (дата принятия на работу) по 28.08.1994 (дата несчастного случая), являлось излишним. Непредставление работодателем указанных документов не соответствует требованиям ст. 62 Трудового кодекса РФ. Также следует признать необоснованным требование к работнику представить реквизиты приказа о несчастном случае, поскольку незнание работником таких реквизитов не может являться препятствием к получению приказа, связанного с его трудовой деятельностью, - относительно произошедшего с ним несчастного случая. При этом, работником указана дата несчастного случая, что позволяло работодателю подготовить надлежащий ответ работнику, предоставив запрашиваемый документ (т.1 л.д.108-109). При установленных обстоятельствах подлежат удовлетворению заявленные требования о признании незаконными действий работодателя – ответчика по непредоставлению по письменному заявлению Горбунова А.Н. расчетных листков за предшествующие травме месяцы работы заявителя электролизником, приказа о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н. В соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Согласно разъяснениям в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Установив нарушение трудовых прав истца в результате непредставления запрашиваемых документов, судебная коллегия, исходя из принципов разумности и справедливости, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей истца, степени его нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, полагает возможным взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей Также ответчиком – работодателем в ответе от 12.08.2024 (т.1 л.д.139) отказано в выплате работнику компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве, со ссылкой на отсутствие на дату несчастного случая соответствующих положений гражданского законодательства о компенсации морального вреда. Согласно решению суда первой инстанции, из письма работодателя от 12.08.2024 усматривается спор о праве между работодателем и работником относительно факта причинения работнику морального вреда и его размера, который подлежит разрешению в судебном порядке, в связи с чем в указанной части ответ работодателя не может быть признан незаконным. Выводы суда являются правильными, оснований для изменения или отмены решения в части не усматривается, сам по себе отказ в удовлетворении требований, являвшихся предметом спора в суде, не является основанием для взыскания в пользу работника компенсации морального вреда. Учитывая, что истец в силу закона освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче данного иска в суд, с ответчика в доход бюджета взыскана государственная пошлина в размере 300 руб., учитывая дату обращения с иском – 07.08.2024. Таким образом, при изложенной совокупности обстоятельств, доводы апелляционных жалоб в оставшейся части нельзя квалифицировать в качестве нарушения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, приведших к судебной ошибке, а потому принятое по делу решение суда в остальной обжалованной части отмене или изменению в апелляционном порядке не подлежит. Руководствуясь частью 1 статьи 327.1, статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия     ОПРЕДЕЛИЛА: Решение Кузнецкого районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 16 мая 2025 г. отменить в части отказа в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда за нарушение порядка расследования несчастного случая, непредоставление ответчиком по письменному заявлению истца расчетных листков за предшествующие травме месяцы работы заявителя электролизником, приказа о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н., о признании незаконными указанных действий, в указанной части принять новое решение. Признать незаконными действия ответчика АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» по несвоевременному расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с Горбуновым А.Н. 28.08.1994, непредоставлению АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» по письменному заявлению Горбунова А.Н. расчетных листков за предшествующие травме месяцы работы заявителя электролизником, приказа о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н. Взыскать с АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в пользу Горбунова Александра Николаевича компенсацию морального вреда в связи с незаконными действиями АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» по несвоевременному расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с Горбуновым А.Н. 28.08.1994, в размере 1 000 руб. Взыскать с АО «РУСАЛ Новокузнецкий алюминиевый завод» в пользу Горбунова Александра Николаевича компенсацию морального вреда за нарушение трудовых прав вследствие непредоставления расчетных листков за предшествующие травме месяцы работы заявителя электролизником, приказа о несчастном случае 28.08.1994 с электролизником Горбуновым А.Н., в размере 1 000 руб. В остальной обжалованной части решение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.         Председательствующий:    И.В. Першина     Судьи:    Л.В. Вязникова     Е.А. Бабушкина     Мотивированное апелляционное определение изготовлено 01.09.2025.

Основная информация

УИД дела: 42RS0017-01-2024-001592-96

Результат рассмотрения: решение (осн. требов.) отменено в части с вынесением нового решения

Дата рассмотрения: 19.08.2025

Судья: Бабушкина Елена Анатольевна

Категория дела: Споры, возникающие из трудовых отношений → Трудовые споры (независимо от форм собственности работодателя): → Другие, возникающие из трудовых отношений → Иные, возникающие из трудовых правоотношений

Участники дела

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: АО «РУСАЛ Новокузнецкий Алюминиевый Завод»

ИНН: 4221000535

ОГРН: 1024201821093

КПП: 422101001

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Белинин Анатолий Алексеевич

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Горбунов Александр Николаевич

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: ОСФР РФ по КО

ИНН: 4207010740

ОГРН: 1024200702360

ПРОКУРОР

ФИО/Наименование: Прокурор Кузнецкого района Новокузнецка

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Сергеев Сергей Егорович

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Яковлев Александр Владимирович

Движение дела

23.07.2025 13:34

Передача дела судье

19.08.2025 10:30

Судебное заседание

Место: 35

Результат: Вынесено решение

01.09.2025 18:00

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

02.09.2025 17:00

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

03.09.2025 12:15

Дело № 33-6577/2025

Гражданские дела - апелляция

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Движение дела

Передача дела судье

Судебное заседание

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

Передано в экспедицию