Дело № 33-1650/2025

Суть дела

<title></title> Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 августа 2025 г. <table cellspacing="0" cellpadding="2" align="center" xmlns:msxsl="urn:schemas-microsoft-com:xslt"> <tbody> <tr> <td>судья Лобанова О.Р.</td> <td>№ 33-1650-2025УИД 51RS0003-01-2023-003230-48</td> </tr> </tbody> </table> АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ <table cellspacing="0" cellpadding="2" align="center" xmlns:msxsl="urn:schemas-microsoft-com:xslt"> <tbody> <tr> <td>город Мурманск</td> <td>15 августа 2025 г.</td> </tr> </tbody> </table> Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе: <table cellspacing="0" cellpadding="2" align="center" xmlns:msxsl="urn:schemas-microsoft-com:xslt"> <tbody> <tr> <td>председательствующего</td> <td>Власовой Л.И.</td> </tr> <tr> <td>судей</td> <td>Лучника А.В.Исаевой Ю.А.</td> </tr> <tr> <td>при секретаре</td> <td>Таушанковой Н.С.</td> </tr> </tbody> </table> рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело                   № 2-95/2024 по иску Коробкина Сергея Юрьевича к Малаховой Наталье Андреевне о признании сделки недействительной, по апелляционной жалобе Малаховой Натальи Андреевны на решение Ленинского районного суда города Мурманска от 26 декабря 2024 г. с учетом определения об исправлении описки от 28 февраля 2025 г. и дополнительного решения от 4 апреля 2025 г. Заслушав доклад председательствующего, объяснения Малаховой Н.А. и её представителя Передрук Р.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда установила: Коробкин С.Ю. обратился в суд с иском к Малаховой Н.А. о признании сделки недействительной, в обоснование указав, что ФИО.,                           _ _ года рождения, была матерью сторон и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора (далее – третье лицо) - Цапаева Д.Е. _ _ г. ФИО умерла. До смерти ФИО проживала в квартире, принадлежащей ей на праве собственности по адресу: ..., совместно с сыном - Цапаевым Д.Е., имеющим пожизненное право пользования жилым помещением ввиду отказа от участия в приватизации. С мая 2023 года ФИО являлась лежачей больной, имела *** заболевание, принимала по назначению врача ***. При жизни, находясь в здравом рассудке, она хотела, чтобы квартиру унаследовал проживающий с ней сын, поскольку другие ее дети (истец и ответчик) жильем обеспечены, а Цапаев Д.Е. отказался от участия приватизации в пользу матери в связи с её обещанием переоформить на него вышеуказанную квартиру. Малахова Н.А., воспользовавшись беспомощным состоянием матери, отсутствием кого-либо дома, пригласила выездного регистратора Управления Росреестра по Мурманской области и 4 июля 2023 г. оформила на себя договор дарения на спорное жилое помещение, который зарегистрирован                            6 июля 2023 г. (запись *) (далее также – договор дарения). При этом она знала о заболевании матери, принимаемых ею препаратах, которые, в том числе, получала сама. Малахова Н.А. устно заявила Цапаеву Д.Е. о выселении, произвела оценку помещения, что свидетельствует о ее намерении как можно быстрее продать квартиру. 17 сентября 2023 г. им подано заявление о вступлении в наследство. Наследственное дело № * открыто после смерти ФИО. нотариусом ФИО Считает, что из-за болезни и приема *** ФИО. не могла понимать значения своих действий, руководить ими, в связи с чем просил суд признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: .... Протокольным определением суда от 20 ноября 2023 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечена нотариус Марченко В.М. Судом постановлено решение с учетом определения об исправлении описки от 28 февраля 2025 г., которым указанные требования удовлетворены. Договор дарения квартиры от 4 июля 2023 г., расположенной по адресу: ..., заключенный между ФИО. и Малаховой Н.А. признан недействительным. Прекращено право собственности Малаховой Н.А. на вышеуказанную квартиру и постановлено восстановить в Едином государственном реестре недвижимости сведения о праве собственности на неё ФИО. Кроме того, с Малаховой Н.А. в пользу Коробкина С.Ю. взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей. Также судом 4 апреля 2025 г. постановлено дополнительное решение, которым с Малаховой Н.А. в доход бюджета муниципального образования город Мурманск взыскана государственная пошлина в размере                                 16 309 рублей 61 копейка. В апелляционной жалобе Малахова Н.А., считая решение суда незаконным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, просит его отменить, назначить по делу повторную психолого-психиатрическую экспертизу, проведение которой поручить судебным экспертам ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» Минздрава России с постановкой вопросов согласно первоначальной экспертизе, возложив на неё расходы по экспертизе. В обоснование жалобы, описывая обстоятельства дела, указывает, что суд не разрешил устное ходатайство представителя ответчика о вызове в судебное заседание и допросе посредством видеоконференц-связи экспертов, проводивших первую экспертизу по делу, том числе врача-психиатра ГБУЗ Республики Карелия «Республиканская психиатрическая больница» ФИО., чем нарушены права ответчика на судебную защиту (аудиопротокол судебного заседания от 8 ноября 2024 г. 12024_11_08 12-51-04). Выделяет, что Цапаев Д.Е., страдающий от ***, с иском о защите своих нарушенных прав не обращался. ФИО настояла на его отказе от приватизации и отказе от наследства после умершего отца, а также просила её приобрести ФИО комнату. Сообщает, что болезнь наследодателя и её физическое состояние не свидетельствуют о том, что она не осознавала значение своих действий. При совершении дарения ФИО. отказалась от освидетельствования психиатром. Свидетель ФИО подтвердила, что в телефонном разговоре ФИО вела диалог логично. Цитируя заключение экспертов ГБУЗ Республики Карелия «Республиканская психиатрическая больница», обращает внимание на то, что при назначении повторной судебной экспертизы, перед экспертами судом в нарушение положений части 2 статье 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – ГПК РФ) поставлены иные вопросы, чем по первоначальной экспертизе. Не соглашаясь с предложенным ответчиком экспертным учреждением, суд сослался на имеющуюся в материалах дела телефонограмму, согласно которой срок проведения экспертизы в этом учреждении составит 2 года (аудиопротокол судебного заседания от 26 декабря 2024 г. 16-56-30). Вместе с тем, такая телефонограмма, которая судом при рассмотрении дела не исследовалась, в материалах дела отсутствует. Полагает, что личный контакт с участником процесса до проведения экспертизы ставит под сомнение незаинтересованность руководителя экспертного учреждения в исходе дела, поскольку в судебном заседании         8 ноября 2024 г. представитель истца сообщила о ведении ею переговоров с врачом экспертного учреждения, которое впоследствии предложено в качестве экспертного и в которое судом назначена повторная экспертиза (аудиопротокол судебного заседания от 8 ноября 2024 г. 12-51-04). Отмечает, что к проведению повторной экспертизы, без согласования данной позиции с судом, путем направления соответствующего ходатайства, привлечены эксперты, не состоящие в штате НИИСЭ «СТЭЛС». Подчеркивает, что судебно-психиатрическая экспертиза с                                   22 марта 2023 г., как вид медицинской экспертизы, выведена в самостоятельный раздел и проводится исключительно государственными судебно-экспертными организациями без исключений по видам судебных дел, следовательно, суд проведение судебно-психиатрической экспертизы назначил НИИСЭ «СТЭЛС» в нарушение Федерального закона                                      от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». Также приводит доводы о том, что судом не дана правовая оценка, доводам стороны ответчика о не соответствия экспертного заключения НИИСЭ «СТЭЛС», как доказательства по делу, требованиям относимости и допустимости, в том числе, поскольку исследование проводилось в отношении неопределенного круга онкологических больных, находящихся в условиях стационара; выводы экспертов носят предположительный характер; в основу заключения положена научная статья, в которой приведен пример одной из экспертиз, выполненных в НИИСЭ «СТЭЛС» в отношении иного лица, выводы в отношении которого идентичны выводам, приведенным в экспертном заключении в отношении ФИО в ответах на вопрос 1 и 3; весь информационный и аналитический раздел экспертного исследования является скопированным текстом указанной статьи, в связи с чем не может определить психическое и психологическое состояние ФИО как конкретного подэкспертного; на странице 27 заключения в ответе на вопрос 8 экспертами указано на признание ФИО ***, а это не соответствует действительности. Считает, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства стороны ответчика о приобщении к материалам дела аудиозаписи разговора между ФИО. и ее внучкой ФИО., поскольку указанная запись могла определить мозговую деятельность подэкспертной, ее мышление, речевую функцию, психическое и психологическое состояние за 40 дней до смерти. Полагает, что суд, оценивая представленную рецензию, не дал надлежащую оценку её содержательной части. Ходатайствует о приобщении к материалам дела скриншотов с сайта АНО    СЭ «СТЭЛС», находящихся в открытом доступе в сети Интернет, содержащих научную статью по теме: судебно-экспертная оценка психического состояния и психосоматического статуса тяжелых (умирающих) онкологических больных в ключе сделкоспособности, а также приобщении к материалам дела оригинала рецензии и надлежаще заверенные оригиналы документов рецензента (копии имеются в материалах дела), поскольку оригиналы были доставлены после вынесения решения суда. В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель Коробкина С.Ю. – Рогозина Е.Ю., просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились Коробкин С.Ю. и его представитель Рогозина Е.Ю., Цапаев Д.Е. и его представитель Кырова Л.А., нотариус Марченко В.М., представитель Управления Росреестра по Мурманской области, извещенные о времени и месте рассмотрения дела в установленном законом порядке, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). При этом, ходатайство представителя истца Рогозиной Е.Ю. об отложении рассмотрения жалобы в связи с нахождением истца в отпуске с выездом за пределы Мурманской области, а также её госпитализацией в медицинскую организацию судебной коллегией было отклонено, представитель третьего лица Цапаева Д.Е. - Кырова Л.А., просила о рассмотрении дела в её отсутствие. Также судебная коллегия не нашла оснований принять во внимание, ссылки представителя истца Рогозиной Е.Ю. и представителя третьего лица Кыровой Л.А. о не извещении Цапаева Д.Е. о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, приведенные в ходатайствах о приостановлении рассмотрения дела, разрешенных в установленном законом порядке, поскольку третье лицо Цапаев Д.Е. извещался по адресу, указанному в исковом заявлении, неполучение им судебной почтовой корреспонденции, в силу положений статьи 165.1 ГК РФ, не свидетельствует о его ненадлежащем извещении. При этом о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции извещен его представитель - Кырова Л.А. Более того, процессуальные права истца рассмотрением дела в отсутствие третьего лица не будут нарушены. Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда, руководствуясь частью 3 статьи 167 и частью 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка не препятствует рассмотрению дела. В соответствии с частью 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений относительно неё, обозрев медицинские карты в отношении ФИО. №* судебная коллегия приходит к следующему. В силу пункта 2 статьи 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. Согласно статье 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1). Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2). В силу статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ). В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью |и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. С учетом изложенного, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. Бремя доказывания наличия данных обстоятельств, которые являются основанием для признания договора дарения недействительным в соответствии с положениями части 1 статьи 56 ГПК РФ лежит на истце. Пункт 3 статьи 177 ГК РФ предусматривает, что, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 177 ГК РФ. Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО являлась матерью для истца, ответчика и третьего лица - Цапаева Д.Е. ФИО., _ _ года рождения, умерла                             _ _ г., что подтверждается записью акта о смерти                         * от _ _ г. (л.д.202 том 1). До смерти ФИО. с 12 апреля 1985 г. проживала и была зарегистрирована в квартире, принадлежащей ей на праве собственности по адресу: ..., что следует из сведений ГОБУ «МФЦ» (л.д.56 том 1). С 13 мая 2005 г. по 12 марта 2010 г. правообладателями на праве общей совместной собственности в спорном жилом помещении на основании договора на бесплатную передачу квартир в собственность граждан от            2 декабря 2004 г., зарегистрированного 13 мая 2005 г. в Управлении Росреестра по Мурманской области (номер регистрации *), являлись ФИО., ФИО В период с 12 марта 2010 г. по 6 июля 2023 г. правообладателем данной квартиры на основании договора на бесплатную передачу квартир в собственность граждан от 2 декабря 2004 г., зарегистрированного                                13 мая 2005    г. в Управлении Росреестра по Мурманской области (номер регистрации *), и свидетельства о праве на наследство по закону от 30 января 2010 г., выданного нотариусом нотариального округа ... Мурманской области ФИО (реестровый номер *), являлась ФИО _ _ г. между ФИО (даритель) и ФИО. (одаряемая) заключен договор дарения на жилое помещение, расположенное по адресу: .... Согласно предмету данного договора даритель ФИО. подарила, а одаряемая приняла в собственность жилое помещение (квартиру), с кадастровым номером *, общей площадью 62.5 кв.м., этаж 3, адрес (местонахождение) объекта: .... В соответствии с актом приема-передачи от 4 июля 2023 г. даритель на основании договора дарения безвозмездно передала, а одаряемая приняла вышеуказанное жилое помещение. 6 июля 2023 г. на основании договора дарения в ЕГРН зарегистрировано право собственности Малаховой Н.А. (номер записи *). Наследственное дело *, открыто после смерти ФИО. нотариусом ФИО Из представленных в дело медицинских документов следует, что в марте 2022 года у ФИО обнаружено ***. Согласно ответу ГОБУЗ «***» ФИО., _ _ года рождения, состоит у них на учете с 15 августа 2022 г. с диагнозом ***; с 27 сентября 2022 г. по                           3 июня 2023 г. находилась на лечении в условиях дневного стационара * раз и однократно в условиях круглосуточного стационара с 15 декабря 2022 г. по 19 декабря 2022 г. В течение лечения получала следующие лекарственные препараты: ***. Кроме того, ФИО. находилась на лечении в ГОБУЗ «***»: - с 27 сентября 2022 г. по 28 сентября 2022 г., с 18 октября 2022 г. по 19 октября 2022 г., с 14 ноября 2022 г. по 14 ноября 2022 г.,                                   с 5 декабря 2022 г. по 6 декабря 2022 г. - основное заболевание: ***. Сопутствующие заболевания: ***; - с 15 декабря 2022 г. по 19 декабря 2022 г. - основное заболевание: ***. Сопутствующие заболевания: ***; - с 28 декабря 2022 г. по 30 декабря 2022 г., с 13 января 2023 г. по                         13 января 2023 г., с 27 января 2023 г. по 27 января 2023 г., с                                           14 февраля 2023 г. по 15 февраля 2023 г. - основное заболевание: ***. Сопутствующие заболевания: ***; - с 16 марта 2023 г. по 17 марта 2023 г., с 7 апреля 2023 г. по                                    11 апреля 2023 г., с 28 апреля 2023 г. по 6 мая 2023 г. - основное заболевание: ***. Сопутствующие заболевания: ***. - с 26 мая 2023 г. по 3 июня 2023 г. - основное заболевание: ***. Сопутствующие заболевания: ***. - с 31 октября 2022 г. регулярно наблюдалась врачом *** медицинской помощи. Таким образом, у ФИО. имелось *** заболевание (***). Из пояснений истца, данных при рассмотрении дела суду первой инстанции, следует, что его мать - ФИО., страдала тяжелым *** заболеванием, перед сделкой находилась в беспомощном состоянии ввиду принимаемых обезболивающих медицинских препаратов. Она не вставала с кровати, в основном лежала, была как в забытьи, разговаривала глазами или кивком головы, голос практически не было слышно. В их семье при жизни матери велись разговоры о том, что квартира, в которой она проживала совместно с сыном Цапаевым Д.Е. (третье лицо), впоследствии будет передана последнему ввиду отсутствия у него своего жилья, тогда как истец и ответчик жильем обеспечены. Малахова Н.А. не упоминала, что мать имеет намерение передать ей квартиру, в известность о вызове выездного государственного регистратора для оформления сделки не поставила. Напротив, после оформления квартиры, Малахова Н.А. стала предпринимать попытки к ее продаже, пригласив риэлторов для осмотра. Разговора о намерении продать квартиру и купить брату (Цапаеву Д.Е.) иное жилое помещение не было. Мать в период заключения сделки уже находилась в тяжелом состоянии и действие препаратов существенно могли повлиять на её волеизъявление. В ходе судебного разбирательства с целью установления состояния здоровья ФИО в юридически значимый период судом опрошены свидетели. Из показаний свидетеля ФИО., допрошенного судом при рассмотрении дела, следует, что он работает в ГОБУЗ «***». Стаж работы 7 лет. ФИО проходила лечение у них *** ввиду *** заболевания. ***. В дальнейшем ФИО проходила самое современное лечение, которое могла получить при такой ***. На прием к нему ФИО. пришла 28 июня 2023 г. с результатами контрольного обследования и компьютерной ***. Прогнозы лечения были неблагоприятные. ***. По представленной документации***, ФИО было назначено до консультации, весной 2023 года, кроме того назначались *** препараты***. Препарат «***» в рекомендованных дозировках не влияет на изменение сознания.                      20 июля 2023 г. вместо ФИО. на прием пришли её родственники, указав, что пациентка уже в тяжелой форме и им было разъяснено ***, необходимые для этого документы. Дополнительно врачу- терапевту, он написал, что пациентка нуждается в *** помощи. Допрошенная судом при рассмотрении дела свидетель ФИО. пояснила, что работает врачом *** помощи, ФИО являлась ее пациенткой. 31 октября 2022 г. был первичный осмотр ФИО на дому, который рекомендован терапевтами ***. Она много раз посещала пациентку в период с конца октября 2022 года по 3 августа 2023 г. Последний осмотр состоялся                                30 августа 2023 г. С момента начала наблюдения состояние ФИО менялось. Вначале пациентка самостоятельно передвигалась по квартире, выходила в сопровождении на улицу, посещала медицинские учреждения, разговаривала, но очень тихо, сама обслуживала себя практически в полном объеме. У ФИО. был выраженный болевой синдром, сначала ей назначили обычные *** препараты, далее «***», затем «***». Данные препараты были назначены согласно клиническим рекомендациям ***. Так как ФИО плохо глотала, препараты вводили инъекционно.                                      В июне 2023 года ФИО уже находилась в тяжелом, лежачем состоянии, не вставала, требовала полного ухода за собой. Разговаривала очень тихо. У ***, нуждалась в кормлении, так как самостоятельно не могла принимать пищу, посещать уборную. В квартире пациентка проживала с сыном. Допрошенный судом при рассмотрении дела свидетель ФИО пояснил, что работает в Управлении Росреестра по Мурманской области с декабря 2011 года, принимает участие при выездной регистрации сделок с 2015 года. В первых числах июля 2023 года к ним обратилась Малахова Н.А. по вопросу в кратчайшие сроки провести регистрацию сделки.                                     На _ _ было согласовано время на 15:00 час, заявитель собственными силами осуществила доставку специалиста по адресу и обратно в филиал. Срочность обозначалась устно и была обусловлена *** заболевания у дарителя***. В квартире при совершении сделки находилась Малахова Н.А. и мужчина, который представился ее супругом, а также даритель - ФИО. До дня выездного приема заявитель Малахова Н.А. обращалась для составления договора дарения. Даритель ФИО. очень тяжело разговаривала, шепотом, больше производила движения, была лежачей. Им был задан дарителю вопрос о согласии со сделкой, на что она кивнула головой и ответила утвердительно. Ознакомление с медицинскими документами в его компетенцию не входит. Почему ранее не был оформлен договор дарения у Малаховой Н.А. не интересовался. На вопрос суда о том, что, если бы даритель не кивнула головой, какие бы действия он произвел, ответить затруднился. Сведения о дееспособности граждан находятся в базе Росреестра, предоставление справки о дееспособности на момент совершения сделки нормативными актами не установлено. Из пояснений допрошенной судом при рассмотрении дела свидетеля ФИО. следует, что ФИО была её подругой. Она часто гуляла с ФИО., когда последняя могла еще выходить на улицу. Из препаратов, которые ей прописали для лечения, были ***, препарат «***». Дозировка была определена лечащими врачами. Малахова Н.А. с согласия врача немного уменьшала дозу *** ФИО В квартире вместе с ФИО проживал ее сын Денис. Дочь (Малахова Н.А.) приезжала к матери, но вместе с ней не жила. Однажды, пока ФИО. еще могла говорить, они разговаривали по телефону и последняя упомянула, что хочет переоформить квартиру на дочь, а сыну Денису купить однокомнатную квартиру или отдать денежные средства. В последнее время ФИО. ей не звонила***. В основном за ФИО производила уход Малахова Н.А. - кормила, давала лекарства. С ФИО. она не знакома. Допрошенная судом при рассмотрении дела 13 декабря 2023 г. и повторно 26 декабря 2024 г. свидетель ФИО. указала, что познакомилась с ФИО., когда они стали соседями. Раньше они общались, ходили друг к другу в гости. Малахова Н.А. приходится ФИО дочерью, они также общались, когда ФИО заболела. Какие препараты для лечения ей назначали точно, пояснить не смогла, известно, что было лекарство «***». По вопросу спорной квартиры ФИО с ней никогда не разговаривала. В квартире проживал сын ФИО. - Денис. В ходе судебного разбирательства для определения состояния здоровья и выраженной воли в заключении договора дарения, стороной истца было заявлено ходатайство о проведении посмертной судебной комплексной *** экспертизы. Проведение экспертизы поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Республиканская психиатрическая больница». Согласно выводам заключения судебно-психиатрической экспертной комиссии № * от 9 августа 2024 г. в анамнезе ФИО.,                             _ _ года рождения, ***. С 27 сентября 2022 г. по                                       3 июня 2023 г. находилась на лечении в условиях дневного стационара * раз и однократно в условиях круглосуточного стационара с 15 декабря 2022 г. по 19 декабря 2022 г. Регулярно наблюдалась в ГОБУЗ «***», обслуживалась врачом *** помощи по поводу ***, получала обезболивающие препараты ***. В представленных материалах дела, медицинской документации не содержится информации о влиянии имеющихся у нее заболеваний, получаемой терапии (лечения), в том числе обезболивающих препаратов, на состояние ее психического здоровья. При осмотре подэкспертной изменений сознания, интеллектуально-мнестического снижения, расстройств волевых и критических функций не описано. На учете у врача-психиатра не состояла. Инвалидности не имела. Недееспособной не признавалась. Свидетельские показания родственников касаемо психического состояния подэкспертной в юридически значимый период времени противоречивы. Комиссия пришла к выводу, что как ранее, так и в юридически значимый период времени, _ _ г., в медицинской документации, представленной в материалах гражданского дела, у ФИО., не описаны критерии (согласно *) достаточные для диагностики у подэкспертной какого-либо психического расстройства. ФИО., в юридически значимый период времени, _ _ г., не обнаруживала интеллектуально-мнестическое снижение, какую-либо психотическую симптоматику (помрачение сознания, галлюцинации, бред), нарушения волевых и критико-прогностических функций. Исходя из вышеизложенного, комиссия пришла к заключению, что на период оформления договора дарения, _ _ г., ФИО., по своему психическому состоянию не находилась в таком состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими (статья 177 ГК РФ). Часть вопроса 2 «изменение почерка по сравнению с предыдущим периодом, внешние условия», не входит в компетенцию врачей судебно-психиатрических экспертов, в связи с чем не рассматривалась. На вопросы 2, 3 следуют выводы о том, что, учитывая особенности познавательной сферы, внешние условия, в которых происходило принятие решения, а также индивидуальная значимость последствий сделки ФИО., по состоянию на _ _ она имела адекватное (правильное) представление о существе сделки. Оценка почерка, оценка изменений почерка не входит в компетенцию медицинского психолога. Даритель ФИО в период, относящийся к совершению сделки, то есть _ _ , не находилась в таком состоянии (стресс, фрустрация и др.), когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО могла правильно воспринимать значение и характер своих действий, руководить ими, в том числе при оформлении договора дарения на квартиру _ _ Учитывая, что в представленном заключении не давалась оценка специалиста нарколога, в том числе определяющее влияние приема сильнодействующих обезболивающих препаратов, в какой дозировке, какое влияние они оказывали на центральную нервную систему конкретного пациента, учитывая дозировку, возраст, состояние здоровья, сопутствующие изменения в головном мозге, стороной истца заявлено ходатайство о назначении повторной посмертной экспертизы. В этой связи, определением суда от _ _ назначена посмертная комплексная нарколого-психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено Научно-исследовательскому институту судебной экспертизы «СТЭЛС». При этом вопросы были поставлены более развернуто, без искажения их первоначального смысла. Согласно выводам заключения эксперта № * от                          _ _ , на момент подписания    спорного договора дарения ФИО    страдала *** заболеванием (***) ***. Также по результатам *** от                                   _ _ у ФИО выявлены ***. ***. Больного, находящегося в таком состоянии не составляет труда экспромтом склонить к принятию неразумного решения, не отвечающего его реальным жизненным установкам. Обстоятельствами, отягчающими течение заболевания, явились пожилой возраст ФИО, наличие многочисленных сопутствующих заболеваний и психотравмирующее известие о наличии *** заболевания (ответ на вопрос 1). Отвечая на вопрос 2, эксперты пришли к выводу, что у ФИО имело место *** заболевание ***. Кроме того, ФИО в течение длительного времени принимала препараты, способные вызывать нарушения со стороны нервной системы и психической сферы. Совокупность данных факторов указывает на то, что ФИО на момент юридически важных событий имела индивидуально-психологические особенности в виде ***, которые ограничивают способность понимать значение своих действий. Отвечая на вопрос 3, эксперты пришли к выводу, что по состоянию на _ _ в силу своего физического, психического состояния, в силу возраста, а также в силу принятия лекарственных средств (в частности, опиоидных анальгетиков), ФИО не могла в полной мере понимать значение своих действий, отдавать им отчет, и осознанно руководить ими. Отвечая на вопрос 4, эксперты не нашли оснований для того, чтобы при оценке психического состояния ФИО в момент юридически значимых событий следует отдавать приоритет влиянию медикаментозной коррекции, указав, что гораздо более серьезную роль в развитии хронического стресса сыграло осознание больной безысходности своего состояния. По указанной причине эксперты в данном случае не увидели предмет наркологической экспертизы и постановку вопроса в обозначенной редакции посчитали неактуальной. Отвечая на вопрос 5, эксперты пришли к следующим выводам: представленные документы не содержат достоверного и материализованного подтверждения о степени витальной, эмоциональной и психологической зависимости ФИО от одаряемой. В то же время вопрос не является принципиально важным, поскольку в состоянии хронического стресса больной может быть склонен к неординарным решениям даже под влиянием постороннего человека. Отвечая на вопрос 6, эксперты пришли к выводу, что наличие у ФИО *** заболевания следует расценивать как психотравмирующую ситуацию. Подобное событие является колоссальной нагрузкой для психики человека, из-за чрезмерно переживаемых чувств беспомощности и собственного бессилия. Следствием ситуации постановки диагноза «***» является шоковая психическая травма. Именно этот тип психической травмы возникает в результате воздействия, характеризующегося большой силой и внезапностью действия, несущего угрозу жизни и благополучию человека. Больные *** заболевания чрезвычайно склонны к спонтанным, импульсивным поведенческим реакциям в условиях отсутствия полноценной критики к разумной оценке своих действий и их юридическим и социальным последствиям. Разнообразные неразумные действия они могут совершать экспромтом, в состоянии периодически возникающего помрачения сознания. Кроме того, ФИО, начиная с января 2022 года, ежедневно купировала болевой синдром приемом препарата «***» ***, с апреля 2022 года к симптоматической терапии добавлен препарат «***» ***. Данные препараты способны вызывать ***. Вопрос 7 экспертами вынесен в отдельный фрагмент, поскольку не относится к компетенции всех членов комиссии. Отвечая на вопрос 8, эксперты пришли к выводу, что при *** от                         _ _ у ФИО выявлены ***. ***, вызывали нарушения со стороны психической сферы. Кроме того, в период лечения, до дня составления и подписания договора дарения включительно, ФИО принимала лекарственные препараты, влияющие на психическое состояние, в том числе, опиоидные анальгетики, что можно рассматривать в качестве отягчающего (но не основного) фактора, препятствующего полноценной сделкоспособности. Отвечая на вопрос 9, эксперты пришли к выводу, что наличие у ФИО «***» *** оказывали наиболее выраженное воздействие на центральную нервную систему и вызывали психические расстройства, препятствующие реализации свободного и осознанного волеизъявления. Отвечая на вопрос 7 (повторение), эксперт пришел к выводу, что в 2-х исследуемых документах (акте приема-передачи и договоре дарения от                      _ _ ) почерк и подписи ФИО претерпели существенные изменения, выразившиеся в грубом нарушении общей архитектоники, утрате рефлекторных автоматизированных графических навыков, нарушением ориентировки в пространстве, и появлении предельного упрощения и формализации (иллюстрации 1-14 в приложении). С психофизиологической точки зрения, аппроксимированной через специальные познания сертифицированного эксперта по исследованию почерка и подписей), совокупность данных признаков является маркером необычности исполнения, обусловленной глубоким расстройством основных витальных функций. Разрешая спор, суд первой инстанции с учетом установленных по делу обстоятельств и правоотношений сторон, закона, подлежащего применению, оценив собранные по делу доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, в то числе показания допрошенных в ходе рассмотрения дела свидетелей, выводы указанных судебных экспертиз, пришел к выводу, что в юридически значимый период времени при заключении договора дарения ФИО не могла понимать значение своих действий и руководить ими в связи с чем оспариваемая сделка совершена с пороком воли. Поскольку спорный объект недвижимости выбыл из владения ФИО. помимо ее воли, суд применил последствия недействительности сделки. Принимая такое решение, суд исходил из того, что основание недействительности сделки связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле. Также суд учитывал, что причины указанного состояния могут быть различными: болезнь, алкогольное или наркотическое опьянение, стресс и прочее состояние гражданина, лишающее его возможности правильно выразить свою волю. В то же время не имеет правового значения дееспособность лица, поскольку тот факт, что лицо обладает полной дееспособностью, не исключает наличия порока его воли при совершении сделки. К выводам о том, что ФИО. не могла понимать значение своих действий и руководить ими суд пришел ввиду её состояния, поскольку она не могла критически оценивать сложившуюся ситуацию, имущественные и правовые последствия сделки, свободно и осознанно принимать решение и руководить своими действиями по её реализации, не могла правильно воспринимать и понимать значение и характер своих действий. При этом, суд оценил, что ответчик, понимая состояние здоровья ФИО., вправе была для установления стабильности состояния здоровья и понимая происходящее в момент совершения сделки воспользоваться услугой по установлению стабильности состояния здоровья врача-психиатра либо оформления договора дарения нотариусом. Распорядительных действий при установлении впервые заболевания в его начальной стадии в присутствии своих детей, а также в период оформления договора дарения ФИО не высказывала, ответчик о намерении ФИО в июле 2023 года распорядиться недвижимостью в её пользу братьям не сообщала. Судебная коллегия находит приведенные выводы суда первой инстанции не соответствующими обстоятельствам дела виду следующего. Согласно части 1 статьи 196 ГПК РФ при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению. Обращаясь в суд с требованием о признании недействительным договора дарения, истец привел доводы о признании сделки недействительной по причине недобросовестного, по мнению истца, поведения ответчика, которая, в свою очередь, зная о тяжелом заболевании своей матери (ФИО.), заключила с ней названный договор дарения, в момент состояния последней в дезориентации, наступившей от побочного действия принимаемых лекарственных препаратов. Возражая против заявленных требований, сторона ответчика утверждала, что спорный договор подписан ФИО при наличии собственной воли, когда она понимала значение своих действий и руководила ими. В абзаце 3 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ), а также в тех случаях, когда назначение экспертизы предусмотрено законом, в частности, по делам о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства (статья 283 ГПК РФ) и о признании его дееспособным в случае выздоровления или значительного улучшения состояния здоровья (часть 2 статьи 286 ГПК РФ). В силу статьи 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Таким образом, исходя из приведенных положений закона, по данному делу с учетом существа заявленных Коробкиным С.Ю. требований юридически значимым обстоятельством являлось выяснение судом вопроса о том, была ли воля участника сделки (ФИО. как собственника отчуждаемой квартиры). При этом, обязательным условием признания недействительной рассматриваемой сделки является наличие заключения судебно-психиатрической экспертизы, подтверждающей наличие у ФИО. состояния, вследствие которого она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Оценивая доводы истца о наличии пороков воли ФИО. при заключении оспариваемого договора по указанным истцом основаниям, суд апелляционной инстанции, исходя из необходимости доказывания подлежащих установлению юридически значимых обстоятельств по делу для решения вопроса о способности ФИО. в момент подписания ею договора дарения понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку разрешение этого вопроса требовало специальных познаний, на основании статьи 79 ГПК РФ, определением от 11 июня 2025 г. назначил повторную судебную посмертную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу, производство которой поручил ГОБУЗ «***». Необходимость назначения данной экспертизы была обусловлена возражениями стороны ответчика по проведенной судом повторной экспертизе, результаты которой прияты судом, как относимое и допустимое доказательство по делу, поскольку допущены нарушения требований закона при её проведении – как судебно - психиатрическая экспертиза могла была быть проведена исключительно государственным судебно-экспертной организацией, к которой проводивший её Научно-исследовательский институт судебной экспертизы «СТЭЛС» не относится; руководитель данного экспертного учреждения привлек к проведению экспертизы экспертов без согласования с судом. Для проведения экспертного исследования в распоряжение экспертов представлены материалы настоящего гражданского дела, медицинская документация ФИО При этом, исходя из позиции стороны истца, судом апелляционной инстанции было обращено внимание экспертного учреждения на необходимость при проведении экспертизы оценить определяющее влияние на ФИО приема сильнодействующих обезболивающих специальных препаратов, в какой дозировке, какое влияние они оказывали на центральную нервную систему, учитывая её возраст, состояние здоровья, сопутствующие изменения в головном мозге. В соответствии с заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов ГОБУЗ «***» № * от 1 июля 2025 г., проведенной в отношении ФИО последняя в момент подписания спорного договора дарения (_ _ ) обнаруживала *** в связи с другими заболеваниями (***). Об этом свидетельствуют характер предъявляемых жалоб, наличие у испытуемой ***. Однако имеющиеся *** (ответ на часть вопроса 1). *** Кроме того, экспертом - психологом указано, что по результатам *** анализа представленных материалов гражданского дела, в том числе медицинской документации, не выявлено объективных данных о наличии у ФИО на момент подписания договора дарения                                _ _ г выраженного интеллектуально мнестического снижения, не отмечено грубых эмоционально-волевых нарушений (в том числе снижения морально-этических качеств), а также признаков повышенной внушаемости и подчиняемости, которые бы оказали существенное влияние на поведение подэкспертной и/или определяли искаженную мотивацию и привели бы к ее неспособности осознавать свои действия и их значение. ФИО была доступна контакту, понимала обращенную речь и участвовала в диалоге, давала ответы на вопросы по существу заданного, выразила свои намерения и поставила свою подпись в указанном месте. В представленных материалах не содержится сведений, указывающих на наличие у подэкспертной на момент исследуемой ситуации какого-либо психологического (эмоционального) состояния, которое оказало бы существенное влияние на ее поведение при подписании договора дарения _ _ г. В представленных материалах гражданского дела также отсутствуют объективные данные, свидетельствующие о наличии у ФИО в момент исследуемой ситуации эмоциональной, психологической зависимости от одаряемой. Таким образом, по своемупсихологическому (эмоциональному) ФИО могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания договора дарения (ответ на вопрос 5, часть вопросов 1, 3, 6, 9). Оценивая выводы указанного заключения, судебная коллегия считает, что оно является полным и объективным, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», заключение выполнено в соответствии с нормами статьи 86 ГПК РФ, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют необходимое образование для проведения подобного рода экспертиз, соответствующую квалификацию, стаж экспертной работы, состоят в штате экспертного учреждения, являющегося государственной судебно-экспертной организацией. Сведения о заинтересованности экспертов в исходе дела в материалы дела не представлены. Заключение ГОБУЗ «Мурманская областная психиатрическая больница, психоневрологический диспансер» соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам, неясностей не содержит, напротив, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате которого выводы являются последовательными, аргументированными, обоснованными, отражают обстоятельства, имеющие значение для разрешения возникшего спора, по существу. Нарушений при производстве судебной экспертизы и даче заключения требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», положений статей 79, 83 - 87 ГПК РФ, которые бы свидетельствовали о неполноте, недостоверности и недопустимости заключения экспертизы и неправильности сделанных экспертами выводов судом апелляционной инстанции не установлено. При проведении экспертизы в полном объеме учтены материалы настоящего гражданского дела, а также медицинской документации ФИО. При таких обстоятельствах, оснований не доверять заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов ГОБУЗ «Мурманская областная психиатрическая больница, психоневрологический диспансер»                       № * от 1 июля 2025 г., сомневаться в достоверности, правильности и объективности выводов проведенной по делу судебной экспертизы у судебной коллегии не имеется, в связи с чем оно признается надлежащим доказательством по делу. Допрошенный при рассмотрении жалобы судом апелляционной инстанции эксперт ФИО., имеющий необходимое образование и квалификацию, в том числе в части осуществления медицинской деятельности по направлению «***», стаж работы, ответил на все вопросы, как судебной коллегии, так и представителя ответчика, дав необходимые пояснения, в том числе в части возражений стороны истца, приведенных в ходатайстве об истребовании доказательств о компетенции экспертов. Данным экспертом указано, что вопросы о наличия или отсутствия у человека психических и поведенческих расстройств, связанных с употреблением ***, относится к компетенции судебно-психиатрической экспертизы. Исходя из сведений, имеющихся в медицинской документации, у экспертов не имелось оснований для того, чтобы делать вывод, что ФИО. не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Сложностей при проведении экспертизы либо необходимости проведения дополнительных исследований, в том числе с привлечением иных специалистов, не возникло. Сведения о принимаемых ФИО лекарственных препаратах, их дозировках, побочных эффектах размещены в свободном доступе. Такие препараты назначались ФИО. в допустимых дозировках и, прежде всего, были направлены на подавление у нее болевого порога, по которому можно оценить их воздействие, как 30% из 100%. Передозировка основного препарата *** невозможна. Из имеющихся в материалах гражданского дела и медицинской документации ФИО сведений, нельзя сделать вывод, что лекарственные препараты, принимаемые ею в связи с *** заболеванием, подавляли её волю или убирали сознание. Оснований не доверять показаниям эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, у судебной коллегии не имеется. Таким образом, приведенные в экспертном заключении ГОБУЗ «Мурманская областная психиатрическая больница, психоневрологический диспансер» обстоятельства, а также сведения, содержащиеся в исследованной экспертами медицинской документации в отношении ФИО., не подтверждают наличие у неё на дату заключения и подписания договора дарения состояния, вследствие которого она не могла понимать значения своих действий и руководить ими, а также соответствующей причинной связи. Доказательства, опровергающие выводы экспертизы ГОБУЗ «Мурманская областная психиатрическая больница, психоневрологический диспансер», лицами, участвующими в деле не приведены, в материалы дела не представлены. Помимо этого, судебная коллегия, оценивая экспертное заключение ГОБУЗ «Мурманская областная психиатрическая больница, психоневрологический диспансер» наряду с другими доказательствами по делу, приходит к выводу, что оно согласуется с другими материалами по делу, в том числе вышеуказанными заключением экспертов ГБУЗ Республики Карелия «Республиканская психиатрическая больница» и показаниями свидетелей, в их совокупности. Как было указано ранее, согласно экспертному заключению ГБУЗ Республики Карелия «Республиканская психиатрическая больница» ФИО. по своему психическому состоянию не находилась в таком состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Свидетели о наличии неадекватности и странности в поведении ФИО её агрессивности и возбужденности, иных психо-эмоциональных состояниях, позволяющих судить, что она не могла понимать значения своих действий и руководить ими, не указывали. В медицинской документации информации о влиянии имеющихся у ФИО заболеваний, получаемой терапии (лечения), в том числе обезболивающих препаратов, на состояние ее психического здоровья не содержится, изменений сознания, интеллектуально-мнестического снижения, расстройств волевых и критических функций не описано. Таким образом, медицинская документация ФИО сведения о её состоянии в связи с принимаемыми лекарственными препаратами ввиду *** заболевания, вследствие чего она не могла понимать значения своих действий и руководить ими, не содержит. На учете у врача-психиатра ФИО. не состояла, недееспособной не признавалась. С учетом изложенного, со стороны истца в нарушение требований статьи 12, 56 ГПК РФ не представлено объективных и достаточных доказательств, подтверждающих наличие у ФИО на момент заключения договора дарения порока воли в связи с имевшимися у нее заболеваниями и проходимым лечением, а также нахождение ее под влиянием обмана с чьей-либо стороны, включая ответчика. Преклонный возраст истца и состояние здоровья ФИО сами по себе не свидетельствуют о пороке воли при совершении оспариваемой сделки, не подтверждают наличие у нее неправильного представления относительно правовой природы заключенной сделки. При этом, несмотря на имеющееся у ФИО заболевания, данных о том, что такие заболевания в юридически значимый период препятствовали осознанию сути подписываемых документов и обстоятельств их заключения, материалы дела не содержат. Каких-либо сведений об особенностях личности ФИО, которые бы могли повлиять на ее способность к принятию решений в момент совершения сделки, не установлено. В этой связи судебная коллегия не принимает во внимание экспертное заключение Научно-исследовательский институт судебной экспертизы «СТЭЛС» № * от 9 декабря 2024 г., как доказательство по делу, поскольку оно не соответствует вышеприведенным требованиям, предъявляемым к такому роду доказательств. Также отсутствуют доказательства, объективно подтверждающие умышленное введение стороной ответчика в заблуждение либо понуждение к заключению оспариваемого договора, что позволило сделать вывод об обмане со стороны одаряемой при совершении оспариваемой сделки. Не представлено стороной истца вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ допустимых и достоверных доказательств, которые подтверждали бы, что сделка совершена истцом под влиянием обмана, насилия или угрозы, «агрессивного напора», вследствие недобросовестного поведения ответчика. Судебная коллегия считает, что оспариваемая истцом сделка заключена ФИО с учетом принципа свободы договора, закрепленного в статье 421 ГК РФ, как по форме, содержанию, так и по фактическим намерениям и действиям сторон сделки соответствует требованиям закона. Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что действия ФИО. по заключению договора дарения квартиры носили осознанный, целенаправленный и последовательный характер, она понимала природу сделки, ее предмет, а также то, что вследствие подписания договора право собственности на спорное жилое помещение перейдет ответчику. При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания сделки недействительной. Доводы стороны истца о том, что ФИО на момент заключения сделки дарения и ее подписания не могла в полной мере осознавать происходящее, характер своих действий и последствий, не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции. Приведенные истцом доводы о том, что основанием для обращения с заявлением послужило намерение Малаховой Н.А. распорядиться имуществом ФИО. в ущерб Цапаеву Д.Е., носят субъективный и предположительный характер, ввиду чего подлежат отклонению судебной коллегией. Более того, как указала при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции Малахова Н.А., в случае продажи спорной квартиры, которая состоит из трех комнат, она намерена купить, как обещала матери, Цапаеву Д.Е. однокомнатную квартиру. Требование к Цапаеву Д.Е. освободить спорное жилое помещение она не предъявляла. Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для признания договора дарения недействительным, поскольку достоверно установлено, что договор дарения заключен в установленном законом порядке, его содержание соответствует требованиям закона, стороны договора осознавали правовые последствия заключения сделки и желали их наступления, договор сторонами исполнен в полном объеме в соответствии с его условиями, прошел государственную регистрацию. В силу пункта 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение. Поскольку выводы суда в решении не соответствуют обстоятельствам дела, решение принято с нарушением норм материального права, в связи с чем является незаконным и подлежит отмене с принятием нового об отказе в удовлетворении заявленных Коробкиным С.Ю. требований. На основании изложенного и, руководствуясь статьями 327 - 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила: решение Ленинского районного суда города Мурманска от                                26 декабря 2024 г. с учетом определения об исправлении описки                                   от 28 февраля 2025 г. и дополнительного решения от 4 апреля 2025 г. отменить. Отказать в удовлетворении требований Коробкину Сергею Юрьевичу к Малаховой Наталье Андреевне о признании сделки недействительной. Председательствующий Судьи

Основная информация

УИД дела: 51RS0003-01-2023-003230-48

Результат рассмотрения: решение (осн. требов.) отменено полностью с вынесением нового решения

Дата рассмотрения: 15.08.2025

Судья: Власова Лидия Игоревна

Категория дела: Споры, связанные с имущественными правами → Споры, связанные со сделками с частными домами и приватизированными квартирами

Участники дела

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Коробкин Сергей Юрьевич

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Кырова Любовь Анатольевна

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Малахова Наталья Андреевна

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Нотариус Марченко Валентина Михайловна

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Передрук Руслана Валериевна

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Рогозина Евгения Юрьевна

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Управление Росреестра по МО

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Цапаев Денис Евгеньевич

Движение дела

13.05.2025 14:03

Передача дела судье

10.06.2025 09:40

Судебное заседание

Место: 319

Результат: Объявлен перерыв

11.06.2025 14:00

Судебное заседание

Место: 316

Результат: Производство по делу приостановлено

13.08.2025 17:13

Производство по делу возобновлено

14.08.2025 10:00

Судебное заседание

Место: 319

Результат: Объявлен перерыв

15.08.2025 09:30

Судебное заседание

Место: 319

Результат: Вынесено решение

19.08.2025 10:39

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

25.08.2025 11:50

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

03.09.2025 11:00

Дело № 33-1650/2025

Гражданские дела - апелляция

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Движение дела

Передача дела судье

Судебное заседание

Судебное заседание

Производство по делу возобновлено

Судебное заседание

Судебное заседание

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

Передано в экспедицию