Дело № 33-4951/2025
Оренбургский областной суд
Гражданские дела - апелляция
Суть дела
<meta content="text/html; charset=Windows-1251" http-equiv="Content-Type"> <span style="TEXT-ALIGN: justify"> <p style="TEXT-ALIGN: right; TEXT-INDENT: 0.5in">Дело № 2-74/2025 (№ 2-2678/2024)</p> <p style="TEXT-ALIGN: right; TEXT-INDENT: 0.5in">Дело № 33-4951/2025</p> <p style="TEXT-ALIGN: right; TEXT-INDENT: 0.5in">УИД 56RS0042-01-2024-002892-50</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">27 августа 2025 года г. Оренбург</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судебная коллегия по гражданским делам Оренбургского областного суда в составе:</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">председательствующего судьи Морозовой Л.В.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">судей: Устьянцевой С.А., Булгаковой М.В.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">с участием прокурора Поповой Е.А.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">при секретаре Шабриной А.И.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Мустаевой Юлии Касымовны, Мустаева Дима Талгатовича к государственному автономному учреждению здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2», государственному автономному учреждению здравоохранения «Оренбургский клинический перинатальный центр» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> по апелляционной жалобе государственного автономного учреждения здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2»</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">на решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 26 марта 2025 года,</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">заслушав доклад судьи Устьянцевой С.А.,</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">УСТАНОВИЛА:</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мустаева Ю.К. обратилась в суд с вышеназванным иском, указав в обоснование заявленных требований, что в начале февраля 2021 года она обратилась в женскую консультацию на <span class="Address2">(адрес)</span>, где встала на учет по беременности. Это была вторая беременность. Беременность также проходила хорошо. Она всегда планово посещала женскую консультацию в назначенные дни врачом Цукаевой А.Г., проходила всех необходимых врачей, каких-либо патологий у нее и ребенка выявлено не было. Также она проходила трижды плановые скрининги, которые также не обнаружили каких-либо отклонений у ребенка. В июне 2021 у неё начались сильные отеки. Врач женской консультации выписывала ей лекарственные препараты, однако никакого эффекта от них не было, в связи с чем ей было выдано направление из женской консультации на госпитализацию в ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2». 8 июля 2021 года она приехала в приемное отделение ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2», где ей измерили давление, которое было повышено, после чего в госпитализации отказали, сославшись на то, что необходимо стабилизировать давление в амбулаторных условиях. Через 4 дня, 12 июля 2021 года, у неё повысилось давление до 160/100. Она вызвала СМП, которая доставила ее в ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2». Однако её отказались госпитализировать, сказали просто увеличить дозу принимаемого препарата. 23 июля 2021 года в 16 часов 30 минут у неё началось кровотечение, в связи с чем она приехала в ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2» в 17 часов 30 минут. В больнице её встретила медицинская сестра, которая сразу же сказала о ней врачу Мусаловой И.А., она находилась в это время в кабинете, сидела на кушетке в помещении при входе в кабинет Мусаловой И.А., однако последняя, не осмотрев её, сказала, что поскольку срок беременности 31-32 недели, она к ней не относится, что она не её пациент. Медсестра подключила ей КТГ, сердцебиение плода было хорошее. Примерно через 2 часа медицинская сестра снова позвала Мусалову И.А., позвонив по своему мобильному телефону последней, Мусалова И.А. пришла позже, указав, что ей необходимо проследовать в отделение патологии беременных. В отделении патологии беременных её встретила врач Широкова Н.Н., которая произвела осмотр. Потом ей сделали УЗИ, которое выполняла сама Мусалова И.А., после которого она срочно вызвала Широкову Н.Н. Широкова Н.Н. сказала, что нужно срочно оперироваться, чтобы спасти мать и ребенка. Примерно в 21 час 00 минут ей сделали общий наркоз и провели операцию. Когда её перевели в отделение реанимации, врач Широкова Н.Н. сообщила ей, что ребенок умер. За все время нахождения её в ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2» никто не предоставил информацию об её диагнозе и состоянии ребенка родственникам, законным представителям, гражданам, а именно Мустаеву Д.Т. отцу ребенка, указанному в согласии. В рамках проверки министерством здравоохранения Оренбургской области установлен дефект в виде отсутствия результатов осмотра в приемном отделении, что говорит о ненадлежащем исполнении своих профессиональны обязанностей медицинскими работниками ГАУЗ «ООКБ № 2», поскольку в случае своевременного и тщательного осмотра Мустаевой Ю.К. при поступлении 23 июля 2021 года в ГАУЗ «ООКБ № 2» возможно было избежать неблагоприятного исхода в виде смерти ее ребенка. Действиями и бездействием медицинских работников ей причинен моральный вред, который она оценила в 3 000 000 рублей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Третьим лицом Мустаевым Д.Т. заявлены самостоятельные исковые требования относительно предмета спора, в обоснование которых он указал, что является сожителем Мустаевой Ю.К. и отцом ребенка Мустаевой Ю.К., рождение которого было для него долгожданным и который умер по причине ненадлежащего оказания медицинских услуг со стороны ГАУЗ «ООКБ № 2». Полагает, что действиями и бездействием медицинских работников ему причинен моральный вред, в связи с чем просил взыскать в его пользу с ГАУЗ «ООКБ № 2» компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинских услуг, в сумме 3 000 000 рублей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В рамках рассмотрения дела определениями суда к участию в деле в качестве соответчика привлечено ГАУЗ «ОКПЦ», в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, привлечен Мустаев Д.Т., в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмет спора, привлечены Мустаева Э.Д., Цукаева А.Г., Мусалова И.А., Широкова Н.Н., Белова А.С., министерство здравоохранения Оренбургской области, АО СК «Согаз-Мед».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В судебном заседании истец Мустаева Ю.К., её представитель Семенова И.В., действующая на основании устного ходатайства, исковые требования поддержали, просили удовлетворить.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Третье лицо Мустаев Д.Т. в судебном заседании поддержал заявленные самостоятельные требования относительно предмета спора как к ответчику ГАУЗ «ООКБ № 2», так и к ответчику ГАУЗ «ОКПЦ», просил их удовлетворить.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В судебном заседании представитель ответчика ГАУЗ «ООКБ № 2» Губарева О.А., действующая на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span>, исковые требования, самостоятельные исковые требования третьего лица Мустаева Д.Т. не признала по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Представители ответчика ГБУЗ «ОКПЦ» г. Оренбурга Кожемяк А.Ф., действующий на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span> <span class="Nomer2">№</span>, Поверенная О.В., действующая на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span> <span class="Nomer2">№</span>, в судебном заседании в удовлетворении исковых требований к ГАУЗ «ОКПЦ» просили отказать.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В судебном заседании третье лицо Мусалова И.А., её представитель Сулимова Н.В., действующая по устному ходатайству, просили в удовлетворении требований Мустаевой Ю.К., Мустаева Д.Т. отказать.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Третьи лица Широкова Н.Н., Мустаева Э.Д., Цукаева А.Г., представители третьих лиц министерства здравоохранения Оренбургской области, АО СК «Согаз-Мед» в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрении дела извещены надлежащим образом.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Решением Центрального районного суда г. Оренбурга от 26 марта 2025 года исковые требования Мустаевой Ю.К., Мустаева Д.Т. удовлетворены частично. Суд взыскал с ГАУЗ «ООКБ № 2» в пользу Мустаевой Ю.К. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Взыскал с ГАУЗ «ОКПЦ» в пользу Мустаевой Ю.К. компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. Взыскал с ГАУЗ «ООКБ № 2» в пользу Мустаева Д.Т. компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. В удовлетворении исковых требований Мустаева Д.Т. к ГАУЗ «ОКПЦ» отказал.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> В апелляционной жалобе представитель ГАУЗ «ООКБ № 2» просит решение суда отменить, ссылаясь на его незаконность и необоснованность.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителя ответчика ГАУЗ «ООКБ № 2» Андреевой Ж.В., действующей на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span>, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, истца Мустаевой Ю.К., её представителя Семеновой И.В., действующей на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span>, третьего лица Мустаева Д.Т., представителей ГБУЗ «ОКПЦ» г. Оренбурга Кожемяка А.Ф., действующего на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span> <span class="Nomer2">№</span>, Поверенной О.В., действующей на основании доверенности от <span class="Data2">(дата)</span> <span class="Nomer2">№</span>, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшего апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, обсудив доводы апелляционной жалобы и поступивших относительно них возражений, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы, полагая возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия приходит к следующему.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> Статьей 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> Согласно положениям статьи 2 данного Федерального закона медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3). Качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии с частью 3 статьи 98 указанного Федерального закона вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> Положения пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющие общие основания ответственности за причинение вреда, предусматривают, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Для наступления ответственности за причинение морального вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; вину причинителя вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Отсутствие одного из вышеназванных элементов состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о возмещении вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации морального вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 23 июля 2021 года в 19:25 в ОПЦ ГАУЗ «ООКБ № 2» поступила Мустаева Ю.К. с диагнозом: «<span class="others1">***</span></p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В 20:50 этого же дня выполнено УЗИ: «<span class="others2">***</span></p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">23 июля 2021 года в 21 часов 07 минут Мустаевой Ю.К. начато проведение экстренной операции «кесарево сечение», в ходе которого в 21 часов 10 минуты извлечен мертвый доношенный плод.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В соответствии с протоколом патологоанатомического вскрытия плода <span class="Nomer2">№</span> от 26 июля 2021 года патологоанатомический диагноз: <span class="others3">***</span> Клинико-патолого-анатомический эпикриз: на основании клинических и морфологических данных следует считать, что смерть недоношенного плода <span class="others4">***</span></p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Актом проверки от 6 сентября 2021 года № 168 в рамках ведомственного контроля министерством здравоохранения Оренбургской области ГАУЗ «ООКБ № 2» выявлены нарушения обязательных требований: отсутствует запись результатов первичного осмотра пациентки врачом-акушером-гинекологом в приемном отделении. Лицом, допустившим нарушения, указан врач-акушер-гинеколог Мусалова И.А.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В целях установления юридически значимых обстоятельств судом была назначена комиссионая судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам <span class="FIO19">ФИО19</span></p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно комиссионной судебно-медицинской экспертизе, проведенной в период с 28 октября 2024 гола по 31 января 2025 года (заключение эксперта № 101), на этапе оказания медицинской помощи Мустаевой Ю.К. в ж/к ГАУЗ «ГКБ № 6» установлены следующие недостатки: необосновано выставлен диагноз <span class="others5">***</span> (9 июня 2021 года лейкоциты 30-35. Жалоб нет), не проведен контроль мазков после санации; не проведено исследование уровня ТТГ; не проведено определение белка в моче с помощью специальных индикаторных подосок при каждом визите после 22 недель; не проведен осмотр стоматолога; после установления диагноза «<span class="others6">***</span>» не назначена и не проведена консультация эндокринолога; не указана и не расценена прибавка в весе 10 кг за 1 месяц, не установлен диагноз «патологическая прибавка веса» (общая прибавка к 30 неделям 20 кг); не установлен диагноз «высокий риск задержки роста плода до 37 недель 1:14» по данным скрининга.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Анализ представленной медицинской документации выявил, что оказание медицинской помощи на данном этапе не соответствует Приказу от 20 октября 2020 года № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология» и Клиническим рекомендациям «Нормальная беременность» и «Гестационный сахарный диабет».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Но причинно-следственная связь между установленными недостатками и неблагоприятным исходом в виде смерти плода Мустаевой Ю.К. не усматривается.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">На этапе оказания медицинской помощи Мустаевой Ю.К. в ГАУЗ «ООКБ №2» ОПЦ установлены следующие дефекты: в нарушение пункта 3.15.10 Приказа 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» не проведен осмотр пациента (с <span class="others7">***</span>) не позднее 10 минут от поступления в стационар; не своевременно проведено УЗИ плода у беременной с жалобами на сукровичные выделения из половых путей; несвоевременно установлен диагноз «Отслойка нормально расположенной плаценты»; неправильно установлен диагноз «Ложные схватки».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Анализ представленной медицинской документации выявил, что медицинская помощь на данном этапе оказана в нарушении пункта 3.15.10 Приказа 203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; Приказа от 20 октября 2020 года № 1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">При первом обращении беременной к врачу любой специальности на сроке до 24 недель в обязательном порядке проводится одно из следующих исследований: глюкоза венозной плазмы натощак или определение уровня гликированного гемоглобина или определение глюкозы венозной плазмы в любое время дня вне зависимости от приема пищи. При уровне глюкозы венозной плазмы натощак > <span class="others8">***</span> ммоль/л устанавливается диагноз <span class="others14">***</span>» (далее ГСД). Учитывая результат уровня глюкозы венозной плазмы натощак у Мустаевой Ю.К. от 16.02.21. - <span class="others9">***</span> ммоль/л диагноз «<span class="others10">***</span>» Мустаевой Ю.К. установлен правомерно. В случае установления диагноза «<span class="others15">***</span> рекомендовано для дальнейшего ведения отправлять пациентку на консультацию к эндокринологу. Однако этого сделано не было. Также необходимо отметить, что в последующем показатели уровня глюкозы венозный плазмы (<span class="others11">***</span>, в том числе глюкозотолератный тест (ПГТТ: - <span class="others12">***</span> ммоль л) были в пределах нормы.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Таким образом, исходя из вышеизложенного однократное повышение показателя уровня глюкозы венозный плазмы может быть расценено как погрешности в диагностике (16.02.21.). При своевременной консультации эндокринолога диагноз «<span class="others13">***</span>» у Мустаевой Ю.К. был бы снят.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Комиссия экспертов на основании проведенной экспертизы приходит к выводу, что между дефектами оказания медицинской помощи в ГАУЗ «ООКБ №2» ОПЦ Мустаевой Ю.К. и наступившими последствиями в виде смерти плода усматривается косвенная причинно-следственная связь.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Несвоевременный осмотр беременной с жалобами на тянущие боли внизу живота и мажущие выделения из половых путей привело, к несвоевременному назначению дополнительных методов исследования (УЗИ плода) и соответственно несвоевременному установлению диагнозу «<span class="others16">***</span>». При своевременном оказании медицинской помощи (проведении УЗИ плода при поступлении и установлении верного диагноза) прогноз мог бы быть более благоприятный.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Разрешая спор, принимая во внимание правовое регулирование спорных правоотношений, оценив представленные доказательства по правилам, установленным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии права истца Мустаевой Ю.К., третьего лица Мустаева Д.Т. на компенсацию морального вреда в связи с имеющимися дефектами оказания медицинской помощи сотрудниками ГАУЗ «ООКБ № 2».</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Учитывая характер допущенных нарушений, наличие косвенной причинно-следственной связи между ними и неблагоприятным исходом для плода, степень нравственных страданий родителей неродившегося в связи с некачественным оказанием медицинской помощи ребёнка, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о взыскании компенсации морального вреда с ГАУЗ «ООКБ № 2» в пользу Мустаевой Ю.К. в размере 1 000 000 рублей, в пользу Мустаева Д.Т. – 500 000 рублей.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Указанный размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым и оснований для его изменения судебная коллегия по доводам апелляционной жалобы не усматривает.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Вопреки доводам апелляционной жалобы законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчик не доказал отсутствие своей вины в причинении морального вреда Мустаевой Ю.К., Мустаева Д.Т.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о противоречии заключения эксперта приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 10 мая 2017 года № 203н, в котором не указано время, в течение которого беременной необходимо провести УЗИ-исследование, поскольку заключением комиссионной судебно-медицинской экспертизы установлено, в том числе несвоевременное проведение осмотра истца, установленного пунктом 3.15.10 «Критерии качества специализированной медицинской помощи взрослым и детям при предлежании плаценты с кровотечением, преждевременной отслойке плаценты, дородовом кровотечении» Приказа (действующего в период спорных правоотношений), а именно не выполнен осмотр врачом-акушером-гинекологом и/или врачом-анестезиологом-реаниматологом не позднее 10 минут от момента поступления в стационар, и как следствие несвоевременное и правильное установление диагноза, также указано, что при установлении верного диагноза неблагоприятный исход в виде гибели плода возможно было бы предотвратить.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Отклоняя доводы апелляционной жалобы о недоказанности нравственных страданий, причинённых Мустаеву Д.Т., судебная коллегия исходит из следующего.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац третий пункта 1).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 2 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">В случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право на семейную жизнь, право родителя на воспитание ребенка, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Ссылка апеллянта на то, что брак между Мустаевой Ю.К. и Мустаевым Д.Т. расторгнут, не влечет отмену судебного акта, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено и подтверждено, в том числе свидетельскими показаниями, что они совместно проживали одной семьёй, у них имеется старшая дочь, при постановке на учет по беременности 18 февраля 2021 года в индивидуальной карте беременной Мустаев Д.Т. указан в качестве мужа, 23 июля 2021 года именно Мустаев Д.Т. отвозил истца в больницу, в согласии, оформленном в лечебном учреждении, Мустаев Д.Т. указан как доверенное лицо с номером контактного телефона.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Каких-либо доказательств, что Мустаев Д.Т. не являлся биологическим отцом, материалы дела не содержат.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Таким образом, судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы о недоказанности причинения морального вреда Мустаеву Д.Т.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Учитывая, что при проведении мероприятий, предусмотренных распоряжением министерства здравоохранения Оренбургской области от 24 декабря 2020 года № 2739 «О совершенствовании оказания медицинской помощи на территории города Оренбурга и города Орска, скорой медицинской помощи в центральной зоне Оренбургской области», при реорганизации в форме слияния ГАУЗ «ГКБ № 6» г. Оренбурга в составе данного лечебного учреждения отсутствовало его структурное подразделение – женская консультация, расположенная по адресу: <span class="Address2">(адрес)</span>, судебная коллегия не соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что ответственность за дефекты оказания медицинской помощи, допущенные в период с 18 февраля 2021 года по 30 апреля 2021 года, должна быть возложена на ГАУЗ «ООКБ № 2», в связи с чем признает доводы апелляционной жлобы в данной части заслуживающими внимание.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Вместе с тем, исходя из установленной судебно-медицинской экспертизой косвенной причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи Мустаевой Ю.К. в ГАУЗ «ООКБ № 2» и неблагоприятным исходом, судебная коллегия не усматривает оснований для снижения размера взысканной в пользу Мустаевой Ю.К. компенсации морального вреда, полагая его соразмерным в целях компенсации перенесенных истцом нравственных страданий.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">С учетом изложенного, постановленное по делу решение суда судебная коллегия признает законным и обоснованным, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для его отмены или изменения по доводам апелляционной жалобы не имеется.</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">На основании изложенного, руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия</p> <p style="TEXT-ALIGN: center; TEXT-INDENT: 0.5in">ОПРЕДЕЛИЛА:</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in"> решение Центрального районного суда г. Оренбурга от 26 марта 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу государственного автономного учреждения здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2»- без удовлетворения</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Председательствующий: Л.В. Морозова</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Судьи: С.А. Устьянцева</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">М.В. Булгакова</p> <p style="TEXT-ALIGN: justify; TEXT-INDENT: 0.5in">Мотивированное апелляционное определение изготовлено 9 сентября 2025 года.</p></span>