Дело № 7У-5960/2025 [77-2636/2025]

Суть дела

<title></title>            ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ                                                      № 77-2629/2025 ОПРЕДЕЛЕНИЕ суда кассационной инстанции 09 октября 2025 года                                                                               г. Самара Судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе: председательствующего Фризен Л.Г., судей Родомакина И.А. и Петровой Н.Е. при секретаре Епишевой В.С. с участием: прокурора Клименко О.В. оправданного Немкова А.А. защитника-адвоката Дроботова А.А. представителя потерпевшего Щ.В.В. представителя потерпевшего адвоката Р.А.А. рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационному представлению заместителя прокурора Оренбургской области Малахова М.В. на приговор Бузулукского районного суда Оренбургской области от 25 октября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 23 января 2025 года в отношении Немкова Александра Анатольевича.           Заслушав доклад судьи Фризен Л.Г., мнение прокурора Клименко О.В., поддержавшего доводы кассационного представления, выступления представителя потерпевшего Щ.В.В., представителя потерпевшего адвоката Р.А.А., посредством видеоконференцсвязи возражавших против удовлетворения доводов кассационного представления, оправданного Немкова А.А., защитника-адвоката Дроботова А.А., посредством видеоконференцсвязи, возражавших против удовлетворения доводов кассационного представления, судебная коллегия установила: Приговором Бузулукского районного суда Оренбургской области от 25 октября 2024 года, Немков Александр Анатольевич, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин РФ, несудимый оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ (эпизод в период с 20 июня 2020 года по 21 июня 2020 года), ч. 1 ст. 251 УК РФ (эпизод от 29 июня 2020 года), ч. 1 ст. 251 УК РФ (эпизод в период с 06 июля 2020 года до 07 июля 2020 года) на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 134 УПК РФ признано за оправданным Немковым А.А. право на реабилитацию. Разъяснены Немкову А.А. права, предусмотренные ст. 133 УПК РФ на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Мера пресечения в отношении Немкова А.А. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменена. В удовлетворении гражданского иска Бузулукского межрайонного прокурора в защиту интересов муниципального образования г. Бузулук (в интересах МУП «<данные изъяты>») о взыскании денежных средств, полученных в результате совершения преступления в размере 7 578 000 рублей – отказано. Постановлено арест, наложенный на основании постановления Бузулукского районного суда Оренбургской области от 03 марта 2022 года на имущество, принадлежащее Немкову А.А., а именно: земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> стоимостью 350 000 (триста пятьдесят тысяч) рублей; автомобиль марки «TOYOTA RAV4» государственный регистрационный знак №, 2019 года выпуска, стоимостью 2 620 000 (два миллиона шестьсот двадцать тысяч) рублей; оружие: карабин №, кал. №, № №, стоимостью 61 990 (шестьдесят одна тысяча девятьсот девяносто) рублей; карабин Вепрь №, кал. 7,62x54 мм., №№, стоимостью 49 999 (сорок девять тысяч девятьсот девяносто девять) руб.; ружьё МР-133, кал. 12x76 мм., №, стоимостью 15 800 (пятнадцать тысяч восемьсот) рублей; травматический пистолет Grand Power №, кал. 10x28 мм. №, стоимостью 58 990 (пятьдесят восемь тысяч девятьсот девяносто) рублей; травматический пистолет Оса ПБ-4-1, кал. 18x45 мм, №№, стоимостью 16 999 (шестнадцать тысяч девятьсот девяносто девять) рублей; денежные средства на банковских счетах на имя Немкова Александра Анатольевича №, открытый в ПАО «<данные изъяты>», №, открытый в АО «<данные изъяты>), №, №, №, №, открытые в АО «<данные изъяты>», №, открытый в АО «<данные изъяты>», №, открытый в АО «<данные изъяты>», №, открытый в АО «Тойота Банк», №, №, №, открытые в ПАО «<данные изъяты>» - отменить. Приговором разрешена судьба вещественных доказательств. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 23 января 2025 года приговор Бузулукского районного суда Оренбургской области от 25 октября 2024 года в отношении Немкова А.А. оставлен без изменения, уточнив в его описательно-мотивировочной части дату заключения экспертов №, вместо «23 июля 2023 года» указав «02 августа 2024 года». В кассационном представлении заместитель прокурора Оренбургской области Малахов М.В. выражает несогласие с состоявшимися судебными решениями, считает их незаконными и подлежащими отмене, ввиду допущенных судами первой и апелляционной инстанций фундаментальных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, искажающих саму суть правосудия. Указывает, что основанием к оправданию Немкова А.А. послужили выводы повторной судебной технико-экологической экспертизы, согласно которым нарушений правил эксплуатации очистных сооружений и изменения технологического процесса в эксплуатации установок очистных сооружений при проведении опытно-промышленных испытаний по предочистке сточных вод по контракту со стороны ООО «<данные изъяты>» не допущено, причинно-следственная связь между проведением указанных испытаний и загрязнениями воздуха отсутствует. Превышение должностных полномочий отсутствует, поскольку допрошенные в судебном заседании свидетели стороны обвинения (работники администрации г. Бузулука, сотрудники УФАС по Оренбургской области) пояснили о соблюдении Немковым А.А. положений Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд». Наряду с этим, материалы уголовного дела не содержат доказательств хищения Немковым А.А. денежных средств МУП либо подмены ООО «<данные изъяты>» дорогих реагентов дешевыми с целью последующего хищения денежных средств. Считает, что выводы суда об отсутствии в действиях Немкова А.А. должностных нарушений основаны на неправильном применении норм материального права и сделаны с нарушением правил оценки доказательств, предусмотренных ст.ст. 87, 88 УПК РФ. Суд ошибочно, в нарушение норм материального права, пришел к выводу об отсутствии у Немкова А.А., как руководителя МУП «<данные изъяты>», необходимости получить согласие на заключение контракта. Возглавляемая Немковым А.А. в период инкриминируемых событий организация является муниципальным унитарным предприятием, чье правовое положение определено п. 7 ст. 113 ГК РФ и ФЗ от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных предприятиях», созданное как коммерческое, исходя из ст. 2 ФЗ-161, оно является собственностью муниципального образования и владеет имуществом, в том числе полученным за счет прибыли, только на праве хозяйственного ведения. Содержание ст.ст. 2, 18, 23 ФЗ-161 прямо указывает на отсутствие у муниципального унитарного предприятия своей собственности, равно как и права совершать сделки с закрепленным за ним имуществом без согласия собственника, что не отрицается сторонами. Статья 23 запрещает унитарным предприятиям совершать без согласия собственника крупные сделки, размер которых превышает 10% уставного фонда предприятия, в том числе, исходя из требований ст. 128 ГК РФ, с денежными средствами. Аналогичные требования содержатся в Уставе МУП «<данные изъяты>», в пункте 3 которого также закреплены в качестве источника формирования имущества предприятия не только прибыль, получаемая в результате финансово-хозяйственной и иной деятельности, но и денежные и материальные взносы, кредиты и иные источники, которые, наряду с другими являются муниципальной собственностью г. Бузулука, а в МУП «<данные изъяты>» находятся на праве хозяйственного ведения. Иное законодательное толкование права пользования муниципальным предприятием имущества муниципального образования противоречило бы законодательному закреплению, что не соответствует выводам суда и доводам защиты. В силу ч. 2 ст. 3 ГК РФ гражданское законодательство состоит из ГК РФ и принятых в соответствии с ним законов. Нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК РФ. Исходя из верховенства закона, ГК РФ, федеральные законы имеют большую юридическую силу по отношению к иным законам и подзаконным актам. В связи с чем игнорирование судом приведенных положений и ссылка в приговоре на решение городского Совета Депутатов г. Бузулука № 392 от 24 апреля 2018 года и ответ начальника Управления имущественных отношений администрации г. Бузулука (т. 29 л.д. 118), которыми допускается возможность не требовать согласования сделки, т.е. прямо противоречащим требованиям федерального законодательства, не основана на законе и материалах уголовного дела. Более того, такой вывод суда противоречит также Письму Минэкономразвития России от 16.04.2014 № д098и-/28 «О применении положений Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ», в соответствии с которым разъяснено, что к крупной сделке следует относить и сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности, и подтверждается судебной практикой не только по гражданским и арбитражным делам, но и трудовым спорам (например, решениями о признании сделок недействительными или отклоненным искам руководителей МУП о признании незаконным увольнения ввиду нарушений ст. 23 ФЗ-161). Установив иные, чем данные стороной обвинения, обстоятельства (т. 29 л.д. 106-об, 116-117-об), суд не дал оценки и инкриминируемому Немкову А.А. нарушению п. 6.1 Устава МУП «<данные изъяты>». Равно, как и не дано в приговоре оценки инкриминируемым Немкову А.А. нарушениям ФЗ от 05.04.2012 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных, выразившихся в непроведении конкурса по заключению контракта. Ссылка в приговоре на отсутствие выявленных в ходе проверки районной прокуратуры и территориальным контролирующим органом нарушений при заключении контрактов не относима к инкриминируемым обстоятельствам, поскольку отраженные в информации указанных учреждений сведения имели отношение только к вопросу соблюдения условий конкуренции, что Немкову А.А. в обвинение не вменялось. Опровергают выводы суда в данной части и показания свидетеля Д.О.С. - главного специалиста - эксперта УФАС по Оренбургской области, подтвердившей о проверке соблюдения антимонопольного законодательства, а также официально опубликованное решение УФАС по Оренбургской области от 18 мая 2021 года, которым прекращено производство по обращению общероссийского народного фронта по факту нарушения ФЗ от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» при заключении контрактов между МУП «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>», т.е. норм закона, которые не были инкриминированы Немкову А.А., но были положены в основу его оправдания. Однако, в тексте решения УФАС содержатся суждения о необоснованном и неправомерном применении МУП «<данные изъяты>» положений ФЗ-44. Процитировав указанное суждение УФАС, суд, вместе с тем, не отнес отраженное нарушение к МУП, сославшись на нарушения закона о конкуренции, которые не вменялись Немкову А.А. Таким образом, и в данном случае судом нарушены правила оценки доказательств. Судом установлено наличие между МУП «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» гражданско-правовых отношений по условиям заключенных договоров, которые были реализованы на практике Немковым А.А. в пределах его полномочий (стр. 122-123 приговора т. 29 л.д. 106-об-107). К такому выводу суд пришел исходя из показаний подсудимого и показаний некоторых свидетелей, которым дана выборочная оценка. Между тем, указанные выводы суда прямо противоречат содержанию контрактов, оценка которым судом в приговоре не дана, а также должностным полномочиям Немкова А.А., части из которых также не дана оценка. Так, наименование контрактов № от 13 февраля 2020 года и № от 26 марта 2020 года звучит как «на очистку сточных вод» (т. 4 л.д. 7-10, 44-47). Между тем, их предметом является проведение опытно промышленных испытаний (п. 1.1. каждого из контрактов), проверка качества которых не входит в содержание контракта. Кроме того, само по себе проведение испытаний и проведенные работы, отраженные в актах, не соответствуют предмету контрактов и целям, поставленным, исходя из показаний Немкова А.А., перед МУ «<данные изъяты>». При этом проведенные испытания осуществляется за бюджетные (муниципальные) средства в сумме 7,5 миллионов рублей. Целесообразность проведения испытаний и не за бюджетные средства можно было обосновать в случае заключения контракта со специализированной организацией, проверенной опытом ее специалистов. Однако из материалов дела следует, что ООО «<данные изъяты>» образовано 02 декабря 2019 года, непосредственно перед заключением контракта. Ее работниками являлись руководитель М.А.В.., бухгалтер и рабочий, по совместительству трудящийся другой организации, строитель. Ни у одного из указанных лиц на момент заключения контрактов не было специальных познаний, соответствующей профессии и компетенции в области очистки сточных вод, мелиорации и прочих, которые позволяли на профессиональном уровне разрешить проблему. Фактически ООО «<данные изъяты>» брало на себя обязанности использовать технологию предочистки сточных вод в централизованных системах водоотоведения по договору с ИП Т.А.А. (<адрес>) от 15 января 2020 года (т. 12 л.д. 18-20) на основании договора от 28 января 2020 года, о существовании которого на 15 января 2020 года знать М.А.А. не мог, заключенного между ИП Т.А.А. и Т.Л.А. в <адрес> (т. 12 л.д. 21-24). Иными словами, ООО «<данные изъяты>», имея целью извлечение прибыли, как субъект предпринимательской деятельности планировало получить выгоду от реализации запатентованной продукции ИП Т.А.А., что фактически подтверждается показаниями самого М.А.А. Изложенные обстоятельства не позволяли ООО «<данные изъяты>» надлежаще исполнить условия контрактов. Данным фактам: отсутствию в штате ООО «<данные изъяты>» специалистов, имеющих опыт в сфере осуществления деятельности по предмету заключенного контракта, отсутствию в ООО специального оборудования для указанных целей (очистки сточных вод), а также возложенной ФЗ-44 обязанности по заключению контракта по итогам конкурсных процедур, судом также не дана оценка. При этом следует учесть, что привлечение субподрядчиков по условиям контракта не предполагалось (т. 4 л.д. 17), что также не учтено судом. Между тем, из показаний М.А.А. (руководителя ООО), Т.А.А. (ИП, реализующий реагенты и часть оборудования), А.В.В. (якобы технолога ИП Т.А.А.) следует, что фактически работы по монтажу оборудования, контролю поступающих реагентов для очистки осуществлял последний - лицо, не обладающее специальными познаниями в данной области, не относящийся к работникам ООО «<данные изъяты>», однако данным обстоятельствам судом оценка не дана. Показания Немкова А.А. о том, что перед заключением контрактов специалисты Исполнителя приезжали с замерами проб и он консультировался по условиям заключения контрактов с целью в кратчайшие сроки разрешить экологическую проблему города, опровергаются текстом самих контрактов. Их содержание сводится в целом к финансовой составляющей его выгодоприобретателя - ООО «<данные изъяты>» и Немкова А.А., как физического лица, а не к разрешению проблемы, возникшей у города перед МУП «<данные изъяты> в связи с потребностями населения г. Бузулука, о чем свидетельствуют все пункты контрактов, где фигурируют права и обязанности заказчика. При этом проблема города не была разрешена вовсе, а только усугубилась, поскольку проведенные испытания негативно отразились на микрообъектах очистных сооружений, являющихся неотъемлемой частью процесса очистки сточных вод. Выводы суда об отсутствии негативных последствий не соответствуют фактическим обстоятельствам, противоречат материалам уголовного дела. В частности, в результате незаконного заключения контрактов, были осуществлены выбросы сероводорода с превышением ПДК в диапазоне свыше допустимого в жилой зоне до 31,3 раза, были растрачены бюджетные средства на сумму 7,5 миллионов рублей на цели, не связанные с удовлетворением потребностей населения г. Бузулука, а также допущен подрыв авторитета органов власти и местного самоуправления, дана отрицательная оценка деятельности органов местного самоуправления. При этом в приговоре дана неверная оценка показаниям ряда свидетелей - жителей г. Бузулука, которые не обращались в медицинские учреждения по поводу ухудшения состояния здоровья (Г.М.В., Д.М.Г., Л.В.В., К.В.И., Б.Л.В., Р.Д.В., Ш.В.А., Ч.О.В. и многих других), что, по мнению суда, свидетельствует об отсутствии общественно-опасных последствий для населения (т. 29 л.д. 122). Напротив, они показали, что в результате выбросов сероводорода они не просто были вынуждены в летнее время закрывать дома окна, у них ухудшилось самочувствие, была головная боль, отражены иные проблемы со здоровьем. Отмеченные свидетелями обстоятельства сами по себе не обязывают человека обращаться за медицинской помощью в специализированное учреждение и не исключают возможности оказать себе действенную помощь вне лечебных учреждений. Изложенные в их показания факты подтверждают негативное влияние последствий выбросов, что очевидно, учитывая отнесение сероводорода федеральным законодательством к IV классу опасности. Более того, незаконное отчуждение муниципального имущества, которое, к тому же, было направлено на цели контракта, не связанные с удовлетворением потребностей населения, также необоснованно расценено судом как отсутствие последствий наступления вреда при совершении должностного преступления. Нарушены судом правила оценки доказательств и неверно применены нормы материального закона и при оправдании Немкова А.А. по факту растраты бюджетных средств. Неправильное применение закона выразилось, в частности, в следующем. Пунктом 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», раскрывающего понятие растраты, который суд привел в приговоре, определены три критерия растраты: действия лица, которое истратило вверенное имущество; имущество отчуждено помимо воли собственника и, третье, из корыстных побуждений. Все требования, предъявленные законодателем к объективной стороне преступления, нашли свое отражение в инкриминируемом Немкову А.А. преступлении: имущество в виде денег, переданное Немкову А.А., как руководителю МУП, было ему вверено в силу Устава МУП «<данные изъяты>» и должностной инструкции; отчуждение денежных средств состоялось по его распоряжению в виде оплаты по неправомерно заключенным контрактам и осуществлено не только в нарушение конкурсных процедур, но и без согласия собственника имущества. Отражены в обвинении и корыстные побуждения, выразившиеся в отчуждения денежных средств в пользу ООО «<данные изъяты>» за дальнейшее получение части выручки. Анализируя доказательства, суд пришел к выводу о недоказанности корыстного мотива, приведя в качестве доказательств сведения, подтверждающие расходы ООО «<данные изъяты>» по полученным средствам. Условия контрактов, как было отмечено выше, большей частью представляют собой фактически вопросы взаиморасчета между заказчиком и Исполнителем. В то время, как непосредственно конкретные услуги, порядок и сроки их выполнения, методы и способы и другие существенные условия в контрактах, равно как и каких-либо приложениях не прописаны, что не может не свидетельствовать о корыстном мотиве. Растрату бюджетных средств можно увидеть не только в условиях заключения контрактов, но и сроках и датах их исполнения. Так, из контракта 1 следует, что он заключен на 21 день до 31 марта 2020 года. Дополнительным соглашением к контракту от 16 марта 2020 года срок действия контракта № 1/1 пролонгируется до 06 апреля 2020 года (т. 4 л.д. 24). Однако второй контракт заключается уже 26 марта 2020 года на 30 дней, по 26 апреля 2020 года, что ведет к двойной оплате одного и того же периода и фактическое неисполнение после 26 апреля 2020 года. Таким образом, все три компонента, отнесенные п. 24 постановления, к критериям растраты, присутствуют в действиях Немкова А.А. При этом, если, по мнению суда, в действиях Немкова А.А. не усматривается умысел на хищение, установив, что он действовал, исходя из наличия предполагаемого права, то, исходя из положений пункта 26 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд должен был квалифицировать его действия по ст. 330 УК РФ, чего сделано также не было, однако оценка данному обстоятельству также не дана. Основным посылом к оправданию Немкова А.А. по всем эпизодам обвинения послужило заключение экспертов № от 02 августа 2024 года (т. 24 л.д. 6-137), содержание которого приведено в приговоре (описку в дате которого устранил суд апелляционной инстанции). Указанное заключение получено в нарушение уголовно-процессуального закона. Основанием проведения повторной экспертизы в силу ч. 2 ст. 195, ч. 2 ст. 207, ч. 4 ст. 283 УПК РФ является, во-первых, возникновение сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов, во-вторых, такая экспертиза производится государственными судебными экспертами или иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными познаниями. В соответствии с п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 № 28 «О судебной экспертизе по уголовным делам» повторная экспертиза на основании ч. 2 ст. 207 и ч. 4 ст. 283 УПК РФ назначается при возникновении сомнений в обоснованности заключения эксперта или при наличии в выводах экспертов противоречий, которые невозможно преодолеть путем допроса экспертов, либо если будут установлены факты нарушения процессуальных прав участников уголовного судопроизводства. Приведенные нормы уголовно-процессуального закона и Пленума Верховного Суда РФ судом не соблюдены. Назначая по собственной инициативе повторную судебную техникоэкологическую экспертизу, суд ограничился перечислением в постановлении части исследованных доказательств, среди которых показания допрошенных лиц, заключения экспертов и специалистов, не отразив наличие противоречий, сомнений, неясностей либо необъективности, равно иных обстоятельств ее назначения, рекомендуемых в разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ. При этом суд не руководствовался положениями ст. 200 или ст. 201 УПК РФ, предусматривающих назначение комиссионной либо комплексной экспертизы, поставив вопросы на разрешение (одного) эксперта, предоставив эксперту материалы дела и разъяснить ему права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, (стр. 31, 33 постановления т. 22 л.д. 56, 57), что позволяет сделать вывод, что суд не назначал комплексную либо комиссионную экспертизу. Однако экспертиза проведены 4 экспертами. Ее результаты (т. 24 л.д. 6- 137) получены с нарушением уголовно-процессуального закона, а потому должны быть признаны судом недопустимым доказательством, о чем обоснованно просила сторона обвинения в суде первой и апелляционной инстанции. В соответствии с ч. 1 ст. 200 УПК РФ комиссионная экспертиза проводится не менее чем двумя экспертами одной специальности и, исходя из приведенных выше норм, обладающих специальными познаниями. Следует отметить, что, из четырех специалистов, только двое обладают специальными познаниями в некоторых из исследуемых областей (С.Р.Р. и Д.В.В.), сведения о наличии сертификатов другими 2 экспертами материалы дела не содержат (М.Я.Н., Д.А.С.). Между тем эксперт С.Р.Р. обладает специальностью «Гидромелиорация», эксперт Д.В.В. - «Водоснабжение и водоотведение». Два других эксперта, имеющие специальности в области строительства, финансово-экономической деятельности и отчасти земельных отношений, не отразили в заключении о наличии у них квалификации по вопросам очистки сточных вод, атмосферных выбросов. Соответствующие сведения о наличии дипломов и квалификации в заключение отсутствуют. Ни один из экспертов, отвечая на вопросы в области химии и биологии, не обладал дипломами и сертификатами соответствующей специальности. Перечисленные обстоятельства ставят под сомнение справедливость сделанных в заключении комиссии экспертов выводов. В силу ч. 1 ст. 201 УПК РФ, когда в производстве экспертизы участвуют специалисты разных областей, она считается комплексной. В таком случае, согласно ч. 2 ст. 201 УПК РФ в заключении экспертов указывается какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и к каким выводам пришел. Каждый эксперт, участвовавший в производстве комплексной судебной экспертизы, подписывает ту часть заключения, которая содержит описание проведенных им исследований, и несет за нее ответственность. Между тем в описываемой экспертизе такие требования не отражены. Во вводной части экспертизы отражены сведения о проведении экспертизы фактически тремя экспертами (Д.А.С. поручено проведение геодезической съемки). Из содержания исследовательской части экспертизы следует, что один эксперт «определял, исследовал, описывал...», т.е. проводил фактическое исследование (например, стр. 35, 41, 58 и другие страницы заключения). Кем из экспертов проведены соответствующие действия и в каком объеме в экспертизе не отражено, какие факты устанавливал каждый из экспертов, в заключении также данных нет, что также ставит под сомнение справедливость сделанных в заключении выводов. Допросом в судебном заседании эксперта М.Я.Н. сомнения в этой части не устранены. Кроме того, при проведении экспертизы специалисты руководствовались нормативными актами, отраженными в п. 1.6 вводной части заключения, а также по тексту исследовательской части, и документами, включая договоры, журналы регистрации и прочие документы (например, п. 6 - Федеральный закон от 31.07.2020, п. 10 - Постановление Правительства от 15.09.2020, п. 19 - Федеральный закон от 04.08.2023, пр. 35 - приказ Роспатента от 11.12.2020, п. 38 - СанПиН 2.1.3684-21, п. 40 - СП 30.13330.2020, действующий с июля 2021 года, договор от 26.01.2021 по указанию услуг с ООО «<данные изъяты>», журналы регистрации, служебные записки 2021-2023 г.г. и другие), принятыми либо составленными после событий, инкриминируемых Немкову А.А. Изложенные обстоятельства также ставят под сомнение справедливость сделанных выводов. Обращает на себя внимание и тот факт, что исследование экспертов проведено неполно, поскольку некоторые объекты (к примеру, выпуск, расположенный за зданием У ФО; часть иловых площадок и другие объекты) находилась в зоне затопления высокими паводковыми водами, что нашло отражение в заключении эксперта (например, стр. 43 и другие). Считает, что объективным в данной части заключение признать нельзя. Из взаимосвязанных положений ст.ст. 204, 207 УПК РФ следует, что заключение эксперта должно содержать результаты исследований с указанием примененных методик, быть ясным, полным, не содержать противоречий. Между тем ответы на первый и второй вопросы содержат не только противоречивые, но и взаимоисключающие выводы относительно нарушений правил выбросов загрязняющих веществ в атмосферный воздух, допущенных МУП «<данные изъяты>» в исследуемый период. По тексту экспертизы в некоторых случаях приведены установочные данные без указания источника. К примеру, на стр. 61 заключения (т. 24 л.д. 70) эксперт установил применение капельного метода ввода раствора ООО «<данные изъяты>». При этом ссылок на источник установления, метод и способ, с помощью которого данный факт был установлен, в заключении не приведено. Допущены при производстве экспертизы нарушения и положений ст. 88 УПК РФ, относящей прерогативу правил оценки доказательств исключительно к ведению следственных органов и суда. По тексту исследовательской части экспертом неоднократно дается оценка показаниям свидетелей, информации специалистов, делаются заключения об их ошибочности, несоответствии либо достоверности. Соответствующие разъяснения даны и в пункте 4 вышеприведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 № 28, где отмечено, что полученное в суде заключение эксперта, содержащие выводы, в том числе о достоверности показаний допрошенных лиц, не может быть признано в этой части допустимым доказательством и положено в основу судебного решения по делу. Данному обстоятельству судом оценка не дана. Несоблюдение требований ст.ст. 195, 200, 201, 207, 283, 88 УПК РФ, требований, изложенных в п.п. 4, 12, 15, 19 разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, в силу ст. 75 УПК РФ, позволяет говорить о недопустимости заключения в качестве доказательства по делу. В связи с чем мотивированное ходатайство государственного обвинителя, а также доводы апелляционного представления и дополнения к нему необоснованно были отклонены. Мотивы отклонения по каждому из доводов приведены не были. При этом, напротив доказательствам стороны обвинения - заключениям экспертов как каждому в отдельности, так и всей совокупности, подтверждающим доводы обвинения, судом не дана объективная, полная оценка в силу ст. 88 УПК РФ. В частности, показаниям свидетелей Н.К.Н., Ф.М.А., Б.И.Л., К.Ю.В. - сотрудников МУП «<данные изъяты>», специалистов в области очистки сточных вод, подтвержденным выводами проведенных в ходе предварительного следствия многочисленных экспертиз, суд дал немотивированную критическую оценку, ссылаясь на их показания в суде о предположениях. Между тем, их показания, данные в судебном заседании, приведены не полно, в крайне усеченном варианте, чем также нарушены положения ст. 88 УПК РФ. Оправдывая Немкова А.А. по трем эпизодам преступлений, предусмотренных ст. 251 УК РФ, приводя в качестве доказательств показания ряда свидетелей, включая М.С.М., Н.И.И. и С.Н.С., суд пришел к ошибочному выводу о том, что показания указанных лиц опровергают доводы обвинения о доказанности вины Немкова А. А. Из показаний С.Н.С. следует, что разработанную и запатентованную им методику по договору применял Т.А.А. Он, а также представленные им А., М. и Немков консультировались с ним по вопросу использования запатентованной продукции. Однако технологию он не проверял, за качество ее выполнения он отвечать не может. Именно о несовершенстве технологических процессов показали М.С.М. и Н.И.И., С.Н.С., свидетели обвинения - из числа специалистов МУП «<данные изъяты>». Кроме того, результаты проведенных в ходе следствия экспертиз, а также допрошенные эксперты показали о нарушениях либо отклонениях в технологии очистки. Данные обстоятельства судом не приняты во внимание, оценка им не дана. Указанные нарушения не были устранены в суде апелляционной инстанции, пересматривающей приговор по апелляционному представлению прокурора, в определении которого продублированы аналогичные выводы. При таких обстоятельствах, полагает, что судом допущены нарушения норм уголовного и уголовно-процессуального закона. Годичный срок обжалования, установленный ст. 401.6 УПК РФ, не истек. Допущенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона являются существенными, носят фундаментальный характер и повлияли на исход дела, поскольку искажают саму суть правосудия и смысл решения как акта правосудия, что в соответствии со ст. 401.15 УПК РФ является основанием к отмене состоявшихся по делу судебных решений в кассационном порядке с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение. Просит приговор Бузулукского районного суда Оренбургской области от 25 октября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 23 января 2025 года в отношении Немкова А.А. отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда. В возражении на кассационное представление прокурора оправданный Немков А.А., просит приговор и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда оставить без изменения. Выслушав участников процесса, изучив материалы уголовного дела и проверив по ним доводы кассационного представления, возражение оправданного, судебная коллегия приходит к следующему. В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела. Согласно ст. 401.6 УПК РФ, пересмотр в кассационном порядке приговора по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, допускается в срок, не превышающий одного года со дня вступления его в законную силу, если в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. Таких нарушений закона по настоящему делу не допущено. Назначением уголовного судопроизводства, как того требуют принципы, закрепленные в ст. 6 УПК РФ, является в том числе защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, при этом уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению уголовного судопроизводства, что и отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию. Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. В соответствии с ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный приговор постановляется в случаях, если не установлено событие преступления, подсудимый не причастен к совершению преступления, в деянии подсудимого отсутствует состав преступления. Указанные требования закона судебными инстанциями по настоящему делу соблюдены. Описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора в отношении Немкова А.А., в соответствии со ст. 305 УПК РФ содержит описание существа, предъявленного ему обвинения, обстоятельств уголовного дела, установленных судом. Кроме того, судом указаны основания оправдания и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения. На основании анализа и оценки всех представленных по делу доказательств суд пришел к верному выводу об отсутствии в действиях Немкова А.А. составов преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ. К выводу о том, что в действиях Немкова А.А. отсутствуют составы преступлений, суд пришел в результате анализа представленных сторонами доказательств и их всесторонней оценки, изложив данный вывод в приговоре, а принятое решение мотивировал. Судом отражены и проанализированы в приговоре, помимо показаний оправданного Немкова А.А., следующие представленные по делу доказательства: показания представителя потерпевшего Щ.В.В., свидетелей И.И.М., М.А.В., З.Н.А., Т.А.А., Д.П.С., Н.И.И., И.М.М., А.Н.А., Е.И.Ф., Г.С.Н., В.В.В., Е.Р.Ф., Ш.А.Н., С.Е.Е., С.А.К., Д.Е.А., С.Н.С., Б.И.Л., Н.К.Н., Ф.М.А., К.Ю.В., Р.К.В., Н.А.А., С.О.А., К.Е.В., И.Г.В., Ш.О.В., Х.Е.В., К.М.А., В.Г.В., А.О.В., П.Т.П., К.А.А., К.С.Н., Г.П.А., И.Н.Ю., К.С.Е., О.В.А., К.С.И., Л.П.Б., Р.И.Н., З.Е.С., Г.М.В., З.В.В., Д.М.Г., Р.Д.В., Ш.В.А., Ч.О.В., Ч.М.А., Н.Т.В., П.В.А., Л.В.В., К.В.И., Б.Л.В. М.А.Ю., Н.С.Е., С.Д.А., К.Э.И., протоколы осмотра места происшествия, протоколы выемок, протоколы обыска, протоколы осмотров предметов, заключения экспертов, протоколы других следственных действий и иные приобщенные к материалам уголовного дела документы. В приговоре получили мотивированную оценку все доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе и те, на которые имеются ссылки в кассационном представлении. В обоснование своего вывода о том, что действия Немкова А.А. не образуют составов преступлений, суд привел достаточные и относимые мотивы, не согласиться с которыми оснований не имеется. Доводы кассационного представления прокурора по существу сводятся не к выявлению фундаментальных нарушений закона, искажающих смысл судебного решения как акта правосудия, а лишь к простой переоценке доказательств, которые судом были исследованы и в их совокупности оценены, по внутреннему убеждению, с соблюдением требований ст. 88 УПК РФ. Веских причин для переоценки исследованных доказательств либо признания их недостаточными для вывода суда о невиновности Немкова А.А. у судебной коллегии не имеется. Таким образом, выводы суда об оправдании Немкова А.А. по     предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием в деянии подсудимого состава преступления, являются мотивированными, соответствуют требованиям уголовного закона и анализу установленных судом фактических обстоятельств дела. Оснований не согласиться с выводами суда не имеется, поскольку в ходе судебного разбирательства объективно установлены все значимые по делу обстоятельства, доказательства оценены в соответствии с положениями ст.ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения их достоверности, относимости, допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела. В приговоре суд указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие. Правильность оценки собранных по делу доказательств, данной судом в приговоре, сомнений не вызывает. При постановлении оправдательного приговора судом учтены все требования уголовного и уголовно-процессуального законов. Формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного Немкова А.А., судом не допущено. Уголовное дело рассмотрено судом объективно и беспристрастно. Как видно из материалов уголовного дела, судом соблюдался установленный уголовно-процессуальным законом порядок рассмотрения дела, принцип состязательности и равноправия сторон, которым предоставлялась возможность исполнения их процессуальных функций и реализации гарантированных законом прав на предоставление доказательств, заявление ходатайств, а также иных прав, направленных на отстаивание своей позиции. Вопреки доводам кассационного представления, суд первой инстанции обоснованно с учетом совокупности доказательств, исследованных в судебном заседании, пришел к обоснованному выводу о том, что причинно-следственной связи между проведением опытно-промышленных испытаний по предочистке сточных вод, выполняемых по контрактам в период с 13 февраля 2020 года по 26 апреля 2020 года, заключенными МУП «<данные изъяты>» в лице директора Немкова А.А. с ООО «<данные изъяты>», и загрязнением воздуха в исследуемый период, не имеется. Согласно заключению экспертов № от 02 августа 2024 года следует, что проводимые опытно промышленные работы по предочистке сточных вод выполняемые по контрактам ООО «<данные изъяты>» не могут быть связаны с загрязнениями атмосферного воздуха, в связи с тем, что временной промежуток между проведением опытно-промышленных испытаний и загрязнениями воздуха, составляет около 2-х месяцев. Даже, если допустить возможность интенсификации процессов выделения газообразных веществ в процессе проведения опытно-промышленных работ ООО «<данные изъяты>» транспортируемых по канализационным сетям сточных вод с введением реагентов при помощи установленных временных дозаторов на КНС, то выделение газов в воздушную среду происходило бы в тот же период что и проведение указанных опытно - промышленных работ по предочистке. Вопреки доводам кассационного представления, выводы экспертов, вопреки доводам жалобы, обоснованы, научно мотивированы, в самом заключении приведены использованные методики. Исследование проведено в соответствии с требованиями закона и соответствующих нормативных и ведомственных актов. Об уголовной ответственности за дачу у заведомо ложного заключения эксперты предупреждались. С учетом того, что в заключении экспертов от 02 августа 2024 года содержатся ответы на все поставленные вопросы, с подробным описанием проведенных исследований, примененных методик, а также мотивов сделанных выводов, суд правильно признал данное заключение допустимым доказательством и сослался на него в приговоре. Согласно материалам дела, после получения экспертной организацией постановления Бузулукского районного суда Оренбургской области и материалов уголовного дела (22 тома) в отношении Немкова А.А., экспертами в адрес суда было направлено мотивированное ходатайство о предоставлении дополнительных документов, необходимых для формирования ответов на поставленные перед экспертами вопросы, о необходимости натурного обследования (т. 22 л.д. 61-63, л.д. 246; т. 23 л.д. 34-35). Представленные судом на экспертизу дополнительные материалы были приложены к заключению, и судом предоставлялось сторонам время для их изучения, стороны, том числе государственный обвинитель, были предварительно уведомлены судом о проведении экспертами 02 апреля 2024 года с 14.30 часов по 04 апреля 2024 года по 17 часов натурного обследования (т. 23 л.д. 61). Обоснованность указанного заключения экспертов проверялась в судебном заседании судами первой и апелляционной инстанций, каких-либо нарушений, которые влекли бы признание указанного заключения недопустимыми доказательствами, не выявлено, в связи с чем, суд правильно использовал заключение экспертов для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. Суд первой инстанции обоснованно критически оценил заключение экспертов от 26 ноября 2021 года, поскольку экспертиза проводилась по материалам, представленных следователем, какие-либо расчеты и испытания не проводились, натурного обследования на место для определения причин загрязнения не было, были представлены технические документы, также материалы уголовного дела с протоколами отбора проб, объяснениями, показаниями свидетелей, данные о реагентах экспертам представлены не были, выводы о том, что использовались химические, а не биологические вещества, сделаны на основании материалов уголовного дела. С учетом изложенного суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о том, что сторона обвинения не представила доказательств, свидетельствующих о наличии в действиях Немкова А.А. составов трех преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 251 УК РФ, так как не установлена причинно-следственная связь между проведением опытно-промышленных испытаний по предочистке сточных вод по контракту с ООО «<данные изъяты>» и загрязнениями воздуха и ввиду отсутствия нарушений правил эксплуатации очистных сооружений МУП «<данные изъяты>». Кроме того, стороной обвинения не предоставлено каких-либо доказательств того, что оправданный Немков А.А. намеревался получить материальную выгоду от заключения контрактов, что его действия носили противоправный характер, причинивший ущерб собственнику либо законному владельцу имущества. Судом первой инстанции обоснованно установлено, что Немков А.А. являясь директором унитарного предприятия МУП «<данные изъяты>», действовал в его интересах, в соответствии целями и задачами, предусмотренными уставом предприятия, связанных с необходимостью решения проблемы по качеству очистки сточных вод на территории муниципального образования г. Бузулука, данная сделка на сумму 7 578 000 рублей была заключена в рамках лимита, заложенного бюджетом унитарного предприятия. Факт проведения ООО «<данные изъяты>» опытно-промышленных мероприятий, в рамках заключенных контрактов на предочистку транспортируемых сточных вод, подтвержден, в связи с чем были перечислены с расчетного счёта МУП ВКХ на расчётный счет ООО «<данные изъяты>» денежные средства в общем размере 7 578 000 рублей в качестве оплаты за оказанную услугу, что подтверждается кроме показаний свидетелей М.А.В., З.Н.А., письменными доказательствами. Суд первой инстанции обоснованно указал, что каких-либо доказательств, подтверждающих, что Немков А.А. растратил денежные средства на общую сумму 7 578 000 рублей, принадлежащих МУП «<данные изъяты>», в результате его действий была нарушена деятельность МУП или наступили перечисленные в обвинении последствия, суду представлено не было. Доводы кассационного представления о том, что Немков А.А. был обязан при заключении контрактов с ООО «<данные изъяты>» получить согласие Администрации г. Бузулука (собственника) на совершение крупной сделки, а также, что при заключении контрактов им были нарушены требования ФЗ № 44 от 5 апреля 2013 года, ФЗ № 161 от 14 ноября 2022 года, была совершена крупная сделка без проведения конкурсных процедур - были тщательно проверены судом и обоснованно отвергнуты, поскольку данные доводы опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями свидетелей П.Т.П., Р.И.Н., П.В.С., С.Е.М., Д.О.С. При таких обстоятельствах, вопреки доводам кассационного представления, выводы суда первой инстанции о невиновности Немкова А.А. в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ, ч. 4 ст. 160 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, ч. 1 ст. 251 УК РФ, в связи с отсутствием в его действиях указанных составов преступлений, обоснованы и мотивированы. Оснований для иной оценки доказательств и действий Немкова А.А. судебная коллегия не находит. Нарушений принципа состязательности сторон, нарушений процессуальных прав участников по делу, повлиявших или могущих повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого судебного решения, судом апелляционной инстанции не допущено. Объективных данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном разбирательстве, не имеется. Вопреки доводам кассационного представления, из апелляционного определения следует, что судом апелляционной инстанции дана надлежащая оценка приведенным доводам апелляционного представления прокурора. Оснований подвергать сомнению обоснованность этой оценки не имеется. Изложенные в кассационном представлении доводы по сути аналогичны приведенным ранее при апелляционном обжаловании приговора, нашли отражение в апелляционном определении, оценены и опровергнуты содержащимися в нем выводами. Апелляционное рассмотрение уголовного дела проведено судом второй инстанции с соблюдением требований главы 45.1 УПК РФ. Содержание апелляционного определения отвечает требованиям ст.ст. 389.20, 389.28 УПК РФ. Таким образом, в ходе судебного разбирательства не допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия. С учетом изложенного кассационное представление прокурора удовлетворению не подлежит. С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 401.13 - 401.16 УПК РФ, судебная коллегия             определила:             приговор Бузулукского районного суда Оренбургской области от 25 октября 2024 года и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Оренбургского областного суда от 23 января 2025 года в отношении Немкова Александра Анатольевича - оставить без изменения, а кассационное представление заместителя прокурора Оренбургской области Малахова М.В. - без удовлетворения.             Определение может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации по правилам главы 47.1 УПК РФ. Председательствующий     Судьи

Основная информация

УИД дела: 56RS0008-01-2022-002553-24

Результат рассмотрения: ВЫНЕСЕНО РЕШЕНИЕ ПО СУЩЕСТВУ ДЕЛА

Дата рассмотрения: 09.10.2025

Судья: Фризен Лариса Григорьевна

Участники дела

Защитник (адвокат)

ФИО/Наименование: Дроботов Александр Александрович

Прокурор

ФИО/Наименование: Клименко О.В.

Прокурор

ФИО/Наименование: Малахов М.В.

Представитель потерпевшего

ФИО/Наименование: Щербатов Владимир Васильевич

Судебные заседания

09.10.2025 10:00

Судебное заседание

Место: №2007

Результат: ВЫНЕСЕНО РЕШЕНИЕ ПО СУЩЕСТВУ ДЕЛА

Жалобы

28.07.2025

Заявитель: Малахов М.В.

Процессуальный статус: ПРОКУРОРОМ