Дело № 33-6487/2025

Суть дела

<title></title> <meta content="text/html; charset=windows-1251" http-equiv="Content-Type"> <meta name="Generator" content="Microsoft Word 11 (filtered)"> <div class="Section1"> Дело № 33-6487/2025 (№ 2-358/2025) УИД: 66RS0002-02-2024-003758-48 Мотивированное определение изготовлено 30.07.2025 АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Екатеринбург 16.07.2025 Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе: председательствующего судьи Мехонцевой Е.М., судей Зайцевой В.А., Тяжовой Т.А., при помощнике Хабибуллиной А.Х., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Черепановой Татьяны Алексеевны к Шауб Халфие Тавдиховне о признании права собственности на жилой дом и земельный участок в силу приобретательной давности, регистрации перехода права собственности на имущество, по апелляционной жалобе истца на решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 29.01.2025. Заслушав доклад судьи Тяжовой Т.А., объяснения истца, ее представителя Берсенева Е.М. (ордер № 174 от 29.01.2025), поддержавших доводы жалобы, ответчика и ее представителя по устному ходатайству Титовой О.Д., возражавших против доводов жалобы, судебная коллегия установила: истец обратилась в суд с иском к ответчику, просила признать право собственности на земельный участок с кадастровым <№> и на жилой дом с кадастровым <№>, расположенные по адресу: Российская Федерация, <адрес>, в силу приобретательной давности, произвести государственную регистрацию перехода права собственности к истцу на указанные объекты недвижимости, В обоснование иска истец указала, что 25.04.1996 по договору купли-продажи она приобрела у Салимова Т.Т. в собственность указанный жилой дом, оплатив его стоимость, поскольку незадолго до этого продала свою квартиру и искала дом для покупки в <адрес>, однако для регистрации данной сделки в компетентные органы не обращалась. Истцу была передана продавцом домовая книга и с 26.04.1996, по настоящее время истец имеет регистрацию по месту жительства по указанному адресу и постоянно проживает в данном доме, при этом, оплачивает коммунальные услуги за электроснабжение, налоги, несет расходы на содержание имущества, на ремонт, использует земельный участок под огород. В разное время в этом доме с ней проживали её родственники (ФИО1, ФИО2, ФИО1). Ответчик этим имуществом не интересовалась, в доме не проживала, расходов на содержание не несла, налоги не оплачивала, однако в мае 2024 г. сообщила ей, что является собственником дома и земельного участка на основании договора дарения от 20.09.2018, будет строить новый дом, после чего вместе со своим сыном ответчик снесла забор, теплицу, грядки, причинив истцу ущерб, привезла стройматериалы и приступила к строительству нового дома на этом участке, что нарушает права истца, в связи с чем истец обратилась в суд с указанным иском. В судебном заседании суда первой инстанции истец и ее представитель на иске настаивали, пояснили, что истец более 15 лет открыто, добросовестно владеет, пользуется данным земельным участком и домом, и другого жилья не имеет. Ответчик Шауб Х.Т. против удовлетворения иска возражала, указала, что спорное имущество в разное время принадлежало членам её семьи на праве собственности, однако её брат Салимов Т.Т., на которого истец указала как на продавца, никогда не был его титульным собственником, и не мог его продать ей спорное имущество. До 2018 г. собственниками этого имущества были ФИО3 (мать ответчика), которая завещала свою долю своей дочери Шауб Х.Т., и Мирошникова Х.Т. (сестра ответчика). До 2017 г. ФИО3 проживала в доме на соседнем участке (<адрес>), который был отгорожен забором с калиткой от участка по <адрес>, и доступ на спорный участок и к дому семьей никогда не утрачивался, что позволяло использовать спорное имущество, контролировать его состояние, осуществлять присмотр за ним. Собственники знали, что в доме проживают истец с сыном (до его смерти), не возражали против этого, но при этом, осуществили строительство бани на участке, ремонтировали забор, собирали ягоды с кустов на этом участке. После смерти матери в <дата> г. ответчик вступила в права наследования, оформила право собственности на завещанную ей долю, а сестра Мирошникова Х.Т. подарила ей свою долю, в связи с чем, она приобрела право единоличной собственности на спорные объекты, после чего получила разрешение на демонтаж старого (спорного дома) и разрешение на строительство нового дома на спорном участке. Ответчик со своим сыном своими силами, за свой счет демонтировали баню, которая была построена в 2006 г. Мирошниковой Х.Т., и приступили к строительству нового дома. Также указала, что истец не оплачивала налог на имущество, земельный налог, а передавала поступающие в адрес спорного дома квитанции для оплаты его собственникам, которые и производили необходимые платежи в бюджет, поскольку никогда не отказывались от этого имущества, при этом знали, что истец сначала с сыном, а после его смерти одна проживает в этом доме, признавая за ней право пользования спорным домом, но право собственности за ней никогда не признавали, отметив, что капитальные ремонты дома истец не осуществляла, и в настоящее время он находится в запущенном, непригодном для проживания состоянии, при этом, подлежит сносу, поскольку находится за красными линиями, на что им указано Администрацией города Екатеринбурга. Третьи лица Мирошникова Х.Т., Салимов Т.Т. против удовлетворения иска возражали. Решением Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 29.01.2025 в удовлетворении иска отказано, с Черепановой Т.А. в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 12 686 рублей. Не согласившись с решением суда, истец подала на него апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении иска. В обоснование жалобы ссылается на нарушение судом норм материального права, недоказанность установленных судом обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие изложенных в решении суда выводов обстоятельствам дела. В письменных возражениях и дополнениях к ним ответчик просила решение суда оставить без изменения. В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец и ее представитель против доводов жалобы возражали. Ответчик и ее представитель против доводов жалобы возражали. Третьи лица Салимов Т.Т., Мирошникова Х.Т. и Управление Росреестра по Свердловской области в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом посредством направления извещений почтой, СМС-извещениями, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном интернет-сайте Свердловского областного суда, в соответствии с ч. 2.1 ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при установленной явке. Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему. Как следует из материалов дела и установлено судом, по адресу: Российская Федерация, <адрес>, расположен земельный участок площадью 750±12 кв.м. с кадастровым <№> и жилой дом с кадастровым <№>, площадью 22 кв.м, одноэтажный, 1960 г. завершения строительства. С 24.09.2018 собственником указанного имущества является ответчик Шауб Х.Т. В подтверждение возникновения своих прав на спорное имущество истец представила договор от 25.04.1996, заключенный между ней, как покупателем спорного дома, и Салимовым Т.Т., как его продавцом, из текста которого следует, что дом передается Черепановой Т.А. «в единоличное владение, в постоянное пользование с момента купли-продажи» (том 1 л.д. 11), а также расписку, согласно которой Салимов Т.Т. получил от Черепановой Т.А. деньги в сумме 28000000 рублей в залог за дом, принадлежащий ему, по адресу: <адрес>. Деньги переданы при свидетелях в полном объеме (том 1 л.д. 12). Проанализировав содержание данного договора в совокупности с содержанием расписки о передаче истцом Салимову Т.Т. денежных средств в размере 28 000000 рублей, учитывая отсутствие у последнего на момент подписания сделки от 25.04.1996 прав на спорное имущество, поскольку имуществом владел ФИО4, который распорядился имуществом 02.10.1973 (регистрация в БТИ состоялась 08.12.1975) в пользу ФИО5, суд пришел к выводу, что договор купли-продажи между истцом и Салимовым Т.Т. допускает как условие о постоянном пользовании истцом данным домом, так и намерение участников данного договора по совершению сделки купли-продажи дома, но не саму сделку купли-продажи, при этом расписка подтверждает не расчет по договору купли-продажи, а обеспечительный платеж к вышеуказанному договору, подтверждающему передачу дома истцу в пользование. Регистрация истца в спорном доме по месту жительства с 26.04.1996, а также ее сына Черепанова В.В. в период с 12.01.2008 до его смерти <дата> в ходе рассмотрения дела не оспаривались, как и то обстоятельство, что с момента совершения договора от 25.04.1996 каких-либо мер к регистрации права на спорное имущество истец не предпринимала. Отказывая в удовлетворении требований истца, суд исходил из того, что владение истцом спорным имуществом осуществлялось на основании договорных обязательств, а также отсутствия совокупности обстоятельств, предусмотренных статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания права собственности за истцом в силу приобретательной давности на спорное имущество. Судебная коллегия с выводами суда первой инстанции об отказе в иске о регистрации перехода права собственности на спорное имущество к истцу соглашается. Исходя из содержания договора купли-продажи от 25.04.1996, он заключен истцом и Салимовым Т.Т., не являющимся собственником спорного имущества. При этом каких-либо сделок по отчуждению спорного имущества истцу титульным собственником ФИО5, не заключалось, сведений об обратном, а также наличия у Салимова Т.Т. полномочий на совершение сделок по отчуждению спорного имущества, в материалах дела не имеется. В этой связи основания для применения положений, предусмотренных статьей 551 Гражданского кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на момент совершения сделки от 25.04.1996, и государственной регистрации перехода права собственности по указанной сделке, у суда отсутствовали. Вместе с тем, с выводом суда об отсутствии предусмотренных положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для признания за истцом права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности судебная коллегия согласиться не может по следующим основаниям. Тот факт, что основанием владения истцом спорным недвижимым имуществом является возмездная сделка не препятствует признанию права собственности на него в порядке приобретательной давности, поскольку действующее законодательство не содержит запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось на основании соглашения с собственником или иным лицом о последующей передаче права собственности, но по каким-либо причинам сделка не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.). Из материалов дела усматривается, что с момента заключения сделки 25.04.1996 с Салимовым Т.Т., не имеющим прав на спорное имущества, истец фактически вступила во владение и пользование спорным имуществом, зарегистрирована в жилом доме по месту жительства с 26.04.1996, а также ее сына ФИО1 в период с 12.01.2008 до его смерти <дата>, сама проживает в нем до настоящего времени. Несмотря на то, что истцом не предпринимались меры к оформлению прав на приобретенное имущество с 26.04.1996, фактически истец с указанного времени имуществом владеет, а о нарушении своего права узнала в 2024 году, пока Шауб Х.Т. не осуществила снос части построек на данном участке, забор и не построила новый дом (к настоящему времени не оконченный строительством), что подтверждается объяснениями истца, постановлениями об отказе в возбуждении уголовного дела от <дата> (КУСП <№>), от <дата> (КУСП <№>) письма прокуратуры от <дата>. Пункт 1 ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены настоящей статьей, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации); владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.). Из указанных выше положений закона и разъяснений Пленумов следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения. В пункте 16 указанного постановления разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество. Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу. Приобретательная давность является законным основанием для возникновения права собственности на имущество у лица, которому это имущество не принадлежит, но которое, не являясь собственником, добросовестно, открыто и непрерывно владеет в течение длительного времени чужим имуществом как своим. Длительность такого открытого и непрерывного владения предполагает, что титульный собственник не проявлял какого-либо интереса к своему имуществу, не заявлял о своих правах на него, фактически отказался от прав на него, устранился от владения имуществом и его содержания. В соответствии с п. 3 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, которые предусмотрены данным Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом. Согласно п. 1 и п. 3 ст. 225 данного Кодекса бесхозяйной является вещь, которая не имеет собственника или собственник которой неизвестен либо, если иное не предусмотрено законами, от права собственности на которую собственник отказался. Бесхозяйная недвижимая вещь, не признанная по решению суда поступившей в муниципальную собственность, может быть вновь принята во владение, пользование и распоряжение оставившим ее собственником либо приобретена в собственность в силу приобретательной давности. В силу ст. 236 названного Кодекса гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество. Из содержания указанных норм следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности. При этом для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений ст. 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником. Таким образом, наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности. Судом установлено и участвующими в деле лицами не оспаривалось, что начиная с 1996 года истец открыто проживает в спорном жилом, который собственником не истребовался и не истребуется. Вопреки выводам суда и доводам ответчика, действия истца не противоречат правовому регулированию, которое связывает добросовестность давностного владения не с осведомленностью лица о возникновении у него права собственности на вещь, а с осознанием правомерности завладения этой вещью, то есть когда вещь приобретается внешне правомерными действиями. Добросовестность выступает одним из условий приобретения права собственности по давности владения имуществом. Принцип добросовестности относится к основным началам гражданского законодательства и означает, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Как указывалось выше, согласно разъяснениям, содержащимся в п. 15 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 10/ 22 от 29.04.2010, давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. Таким образом, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула). Добросовестность предполагает отсутствие противоправности при вступлении во владение, которое совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы. Само обращение в суд с иском о признании права в силу приобретательной давности является следствием осведомленности давностного владельца об отсутствии у него права собственности. Для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности. Понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в статье 234 Гражданского кодекса Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда РФ от 26.11.2020 № 48-П). Приобретатель недвижимого имущества, полагавшийся при его приобретении на данные государственного реестра, признается добросовестным (статьи 234 и 302), пока в судебном порядке не доказано, что он знал или должен был знать об отсутствии права на отчуждение этого имущества у лица, от которого ему перешли права на него (п. 6 ст. 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 26.11.2020 № 48-П, в соответствии со ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестным является приобретатель, который приобрел имущество у лица, не имевшего права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать. В отличие от названной статьи Гражданского кодекса Российской Федерации в ст. 234 данного Кодекса не раскрываются критерии добросовестности применительно к приобретению права собственности по давности владения. Различие двух правовых институтов, предполагающих учет критерия добросовестности, – приобретения права собственности по давности владения и защиты добросовестного приобретателя от предъявленного к нему виндикационного иска – обусловлено прежде всего различными функциями виндикационного иска, служащего для защиты права собственности (иного вещного права), и института приобретательной давности, который направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей. В области вещных прав, в том числе в части института приобретательной давности, правопорядок особенно нуждается в правовой определенности и стабильности, что имеет особую важность как для частноправовых, так и для публичных целей. Статья 302 Гражданского кодекса Российской Федерации направлена на разрешение спора собственника и добросовестного приобретателя и при определенных обстоятельствах разрешает этот спор в пользу последнего, который в силу добросовестности приобретения в таком случае становится собственником спорной вещи. В случае же с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2015 № 41-КГ15-16, от 20.03.2018 № 5-КГ18-3, от 15.05.2018 № 117-КГ18-25 и от 17.09.2019 № 78-КГ19-29). Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, в отличие от виндикационных споров, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь. При таких условиях определение добросовестности приобретателя в сделке, влекущей мгновенное приобретение права собственности, и добросовестности давностного владельца, влекущей возникновение права собственности лишь по истечении значительного давностного срока, должно предполагаться различным. В рамках института приобретательной давности защищаемый законом баланс интересов определяется, в частности, и с учетом возможной утраты собственником имущества (в том числе публичным) интереса в сохранении своего права. Так, судами отмечается, что для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности, или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 N 4-КГ19-55 и др.). Ни суду первой, ни апелляционной инстанции не представлено доказательств того, что спорным жилым помещением истец завладела против воли собственника. Напротив, содержание договора от 25.04.1996 и расписки о получении Салимовым Т.Т. денежных средств за имущество, последующее вселение истца в жилое помещение, не позволяет сделать вывод о заключении неуполномоченным лицом (Салимовым Т.Т.) и истцом договора безовозмездного пользования. Стороны в договоре поименованы как продавец и покупатель, имущество передано в единоличное владение и пользование с момента купли-продажи. Само по себе оформление прав на имущество и заключение между титульными собственниками сделок (регистрация права собственности на жилой дом в ЕГРН от 23.06.2017 – том 1 л.д. 96-98, заключение 30.07.2018 договора купли-продажи земельного участка № В-186 – том 2 л.д. 16-20, заключение 29.09.2018 договора дарения между Мирошниковой Х.Т. и Шауб Х.Т. - том 1 л.д. 101), после передачи его владение истцу, получение разрешительных документов на возведение в пределах земельного участка объекта незавершенного строительством, при том, что данные действия были совершены уже по истечении 15 летнего срока со дня передачи имущества истцу 25.04.1996, о владении спорным имуществом ответчиком не свидетельствуют, с учетом приведенных выше положений закона, основанием к отказу в иске, вопреки выводам суда и доводам ответчика, не является. Непрерывное и открытое проживание в жилом доме, приобретение истцом спорного жилого дома в 1996 году, несение расходов на его содержание (осуществление ремонтных работ дома и бани), а также содержание земельного участка, подтверждено, в том числе показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО7, оснований не доверять которым не имеется. В ходе рассмотрения дела ответчик ссылалась на возведение ею на спорном участке бани, строительство которой подтверждено свидетелем ФИО Вместе с тем, ответчик указала, что в жилом доме по <адрес>, на смежном участке, проживала мама ответчика. Так, в подтверждение доводов о возведении бани на спорном участке ответчиком представлен договор, заключенный 01.06.2006, согласно которому Мирошникова Х.Т. на постройку бани передала ФИО 24000 рублей (том 1 л.д. 137), приобретение материалов подтверждено товарными и кассовыми чеками (том 1 л.д. 138, 139). Истец в ходе рассмотрения дела строительство бани на спорном участке отрицала. То обстоятельство, что баня на участке истца имелась в 1996 - 2000 г.г., подтверждено показаниями свидетелей ФИО6 и ФИО7 Из исследованных судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, а именно технического паспорта на жилой дом по <адрес> усматривается, что домовладение составляло жилой дом с постройками, в том числе навесы, службы, сеновал, баня (том 2 л.д. 66-71). О наличии на участке бани указано и в договоре дарения от 02.10.1973 (том 1 л.д. 82) Из представленных суду апелляционной инстанции фотографий не представляется сделать вывод о наличии на спорном участке двух бань, а доказательств сноса (демонтажа) существовавшей на спорном участке бани не представлено. С учетом содержания договора от 01.06.2006, товарных чеков, в отсутствие в них сведений об адресе доставки материалов, пояснений ответчика о пользовании ее семьей смежным участком, судебная коллегия оснований полагать, что данные документы и показания свидетеля ФИО достоверно подтверждают возведение бани именно на спорном участке, не находит. Ответчиком не представлено доказательств, что с момента вселения истца в жилое помещение титульные собственники проявляли к ней какой-либо интерес, совершали какие-либо действия по владению, пользованию ею, по ее содержанию. Присмотр со стороны смежного участка ввиду наличия в ограждении калитки, о чем ответчик указала в возражениях, на владение спорным имуществом не указывает. В ходе рассмотрения дела сторонами не оспаривался факт передачи истцом титульному собственнику квитанций на оплату налогов. При этом доводы истца о передаче вместе с квитанциями денежных средств, в том числе на оплату электроэнергии, ответчиком не опровергались. То обстоятельство, в квитанциях были указаны собственники имущества, с учетом приведенных положений закона не исключает возможность применения положений статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации. Осведомленность истца о правах ответчика, вопреки выводу суда, о недобросовестности истца не свидетельствует, а доводы ответчика о том, что собственники не отказывались от своего права собственности в порядке, предусмотренном гражданским законодательством, не препятствует удовлетворению иска. Высокая степень износа жилого дома, на чем настаивала ответчик, вопреки доводам последней о том, что истец к спорному имуществу не относилась как к своему, с учетом материального положения истца, являющимся получателем пенсии по старости, не свидетельствуют об отношении истца к спорном имуществу как к чужому. Факт осуществления ремонта жилого дома подтвержден показаниями свидетелей, самим истцом, ответчиком не оспаривался. Факт открытого и добросовестного владения имуществом как своим собственным, несение бремени содержания спорного имущества истцом в течение более 15 лет подтверждается вышеприведенными доказательствами, в связи с чем имеются основания для отмены решения суда в части отказа в удовлетворении требований истца о признании права собственности в силу приобретательной давности, удовлетворения исковых требований Черепановой Т.А. о признании права собственности на земельный участок с кадастровым <№> и на жилой дом с кадастровым <№>, расположенные по адресу: Российская Федерация, <адрес>. Руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила: решение Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 29.01.2025 отменить в части отказа в удовлетворении требований Черепановой Татьяны Алексеевны к Шауб Халфие Тавдиховне о признании права собственности на жилой дом и земельный участок в силу приобретательной давности, принять по делу новое решение об удовлетворении данных требований. Признать за Черепановой Татьяной Алексеевной право собственности на земельный участок с кадастровым <№> и на жилой дом с кадастровым <№>, расположенные по адресу: Российская Федерация, <адрес>. Настоящее определение является основанием для внесения соответствующих сведений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество. В остальной части решение суда оставить без изменения. Председательствующий Е.М. Мехонцева Судьи В.А. Зайцева Т.А. Тяжова </div>

Основная информация

УИД дела: 66RS0002-02-2024-003758-48

Результат рассмотрения: решение (осн. требов.) отменено полностью с вынесением нового решения

Дата рассмотрения: 16.07.2025

Судья: Тяжова Татьяна Александровна

Категория дела: Споры, связанные с земельными отношениями → Споры о праве собственности на землю → О признании права собственности на садовые участки и объекты недвижимости

Участники дела

АДВОКАТ

ФИО/Наименование: Загоруйко Евгений Ярославович

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Мирошникова Халида Тавдиховна

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Салимов Талгат Тавдихович

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Управление Федеральной слудбы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области

ИНН: 6670073005

ОГРН: 1046603570386

КПП: 667001001

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ

ФИО/Наименование: Фатуллаева Инесса Фейзулловна

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Черепанова Татьяна Алексеевна

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Шауб Халфия Тавдиховна

Движение дела

15.04.2025 14:28

Передача дела судье

28.05.2025 10:10

Судебное заседание

Место: 4 этаж зал № 17

Результат: Отложено

16.06.2025 16:44

Срок рассмотрения дела продлен председателем суда

25.06.2025 12:10

Судебное заседание

Место: 4 этаж зал № 17

Результат: Объявлен перерыв

08.07.2025 14:20

Судебное заседание

Место: 4 этаж зал № 17

Результат: Объявлен перерыв

16.07.2025 14:10

Судебное заседание

Место: 4 этаж зал № 17

Результат: Вынесено решение

30.07.2025 11:02

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

05.08.2025 11:02

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

06.08.2025 18:00

Дело № 33-6487/2025

Гражданские дела - апелляция

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Движение дела

Передача дела судье

Судебное заседание

Срок рассмотрения дела продлен председателем суда

Судебное заседание

Судебное заседание

Судебное заседание

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

Передано в экспедицию