Дело № 33-3712/2025

Суть дела

<title></title> Дело № 33-3712/2025 Номер дела в суде первой инстанции № 2-6185/2024 УИД № 72RS0014-01-2024-005922-95 Апелляционное определение г. Тюмень                                                 03 сентября 2025 года Судебная коллегия по гражданским делам Тюменского областного суда в составе: председательствующего        Плехановой С.В. судей                        Крошухиной О.В., Важениной Э.В. при секретаре                                     Лабада М.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6185/2024 по апелляционной жалобе ответчика К.А. на решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 19 декабря 2024 года, с учетом определения об исправлении описки от 24 января 2025 года, которым постановлено:     «Исковые требования С.Е. к К.А. о взыскании задолженности по договору займа, удовлетворить частично.     Взыскать с К.А. в пользу С.Е. 3 250 000 рублей задолженности по договору займа, а также 24 450 рублей расходов по уплате госпошлины.     В остальной части иска отказать.». Заслушав доклад судьи Тюменского областного суда Важениной Э.В., пояснения представителей ответчика К.А. - И.С., З.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, пояснения истца С.Е., представителя истца С.М., возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия установила: Истец С.Е. обратилась в суд с иском к ответчику К.А. о взыскании суммы основного долга по договору займа от 30 декабря 2020 года в размере 2 500 000 руб., процентов за пользование займом за период с 01 апреля 2021 года по 23 апреля 2024 года в размере 9 194 700,20 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. (т. 1 л.д. 7-8). Требования мотивированы тем, что 30 декабря 2020 года между К.А. (заемщик) и С.Е. (займодавец) был заключен договор займа, на сумму 2 500 000 руб. с уплатой процентов по займу в размере 250 000 рублей (из них: до 01 февраля 2021 года – 250 000 руб., 01 марта 2021 года – 250 000 руб., 01 апреля 2021 года – 250 000 руб.). В последующем вышеуказанный займ был продлен до 01 мая 2021 года в соответствии с распиской от 01 апреля 2021 года). При этом 01 февраля 2021 года произведено погашение процентов в размере 250 000 руб., 01 марта 2021 в размере 250 000 руб., что дополнительно подтверждается распиской от 01 марта 2021 года. По состоянию на 23 апреля 2024 года размер процентов составляет 9 194 700,20 руб. С целью возврата задолженности истец обратился к ответчику с претензией возврате средств от 23 апреля 2024 года. В свою очередь ответчик до настоящего времени задолженность не погасил. Определением Ленинского районного суда г. Тюмени от 01 июля 2024 года производство по гражданскому делу приостановлено до вступления в законную силу итогового судебного акта по гражданскому делу №2-1724/2024, которое рассматривается в Калининском районном суде г. Тюмени по иску К.А. к С.Е., С.А. о признании обязательства общим обязательством супругов, взыскании задолженности по договору купли-продажи в солидарном порядке, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами (т. 1 л.д. 3-34). В судебном заседании суда первой инстанции: Истец С.Е. и представитель истца С.М. в судебном заседании дали объяснения, просили иск удовлетворить, возражали против доводов отзыва ответчика. Ответчик К.А. и её представитель З.Е. в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указали на злоупотребление правом со стороны истца по доводам отзыва, отсутствие обязательств по договору займа. Обратили внимание на то, что ответчиком представлено встречное исполнение в виде квартиры. Суд постановил указанное выше решение, с учетом определения об исправлении описки, с которым не согласен ответчик К.А., в связи с чем ей подана апелляционная жалоба (т. 1 л.д. 141, 142-147, 152).     В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объёме (т. 2 л.д. 11-26). В доводах жалобы указывает, что судом неверно установлены фактические обстоятельства по делу. Указывает, что истец (заемщик) и ответчик (займодавец) заключили договор займа на сумму 2 500 000 руб. сроком возврата до 01 мая 2021 года (изначально срок возврата определен до 01 апреля 2021 года, впоследствии изменен — до 01 мая 2021 года), с уплатой процентов по займу в размере 250 000 руб. (из них: до 01 февраля 2021 года - 250 000 руб., до 01 марта 2021 года - 250 000 руб., до 01 апреля 2021 года - 250 000 руб.), то есть займ изначально был заключен сроком на три месяца. При этом ответчик К.А. не подписывала и не согласовывала с истцом С.Е. документов об уплате ежемесячных процентов в сумме 250 000 руб. С.Е. передала К.А. денежные средства в сумме 1 000 000 руб. наличными 30 декабря 2020 года, и 1 500 000 руб. наличными 21 января 2021 года. С.Е. также получила от К.А. проценты по займу 01 февраля 2021 года в размере 250 000 руб. и 01 марта 2021 года в размере 250 000 руб. В качестве обеспечения исполнения договора займа на сумму 2 500 000 руб., а также процентов по займу в общей сумме 750 000 руб. (250 000 * 3), итого 3 250 000 руб., К.А. формально передала С.Е. квартиру по адресу: <.......> Передача квартиры в обеспечение займа подтверждается распиской К.А. от 30 декабря 2020 года. Между К.А. (продавец) и С.Е. (покупатель) был заключен договор купли-продажи помещения (квартиры) от 30 декабря 2020 года. Указанный договор от 30 декабря 2020 года заключен сторонами лишь формально. Стороны при заключении данного договора 30 декабря 2020 года не имели цель совершить переход права собственности на квартиру в пользу С.Е. В соответствии с п. 1.1. договора продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель - принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора жилое помещение - квартиру общей площадью 88,6 кв. м., расположенную на втором этаже жилого дома по адресу: <.......> кадастровый номер: <.......>. В соответствии с п. 5.1. договора, настоящий договор вступает в силу с момента подписания его сторонами и действует до полного исполнения сторонами, принятых по договору обязательств. Согласно п. 2.1. договора стороны оценивают квартиру в 5 700 000 руб. Соглашение о цене является существенным условием, настоящего договора и изменению не подлежит. Стоимость квартиры (цена договора) составляет 5 700 000 руб. В силу п. 2.2 договора полная оплата стоимости квартиры продавцу производится путем передачи наличных денежных средств покупателем продавцу. Расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора. Таким образом, как следует из текста договора, на момент его подписания 30 декабря 2020 года С.Е. должна была оплатить наличными денежными средствами К.А. за указанную квартиру 5 700 000 руб. Однако, расчет между Сторонами в полном объеме по состоянию на 30 декабря 2020 года не произведен. К.А. получила от С.Е. 30 декабря 2020 года наличными денежными средствами 1 000 000 руб., и 1 500 000 руб. наличными денежными средствами 21 января 2021 года. Соответственно, задолженность С.Е. перед К.А. по Договору определена в размере 3 200 000 руб. (5 700 000 руб. - 2 500 000 руб.) Указанные обстоятельства подтверждаются решением Калининского районного суда города Тюмени от 15 апреля 2024 года по делу № 2-1727/2024 и определением судебной коллегии Тюменского областного суда от 15 июля 2024 года. Дата регистрации договора купли-продажи от 30 декабря 2020 года согласно штампу Росреестра – 19 января 2021 года. Таким образом, истец С.Е. приобрела право собственности на вышеуказанную квартиру 19 января 2021 года, не осуществив к указанной дате в полном объеме расчеты с продавцом К.А. Как следует из текста вышеуказанного договора купли-продажи, цена квартиры по состоянию на 30 декабря 2020 года составила 5 700 000 рублей. Указанная, цена квартиры не является рыночной. Так, согласно Справки <.......> от 12 марта 2024 года, среднерыночная стоимость трехкомнатной квартиры в <.......>, на декабрь 2020 года составила 84 226 руб. (то есть рыночная стоимость квартиры К.А. на дату продажи составляла 7 462 423, 6 руб. (88,6 кв м * 84 226 руб.). Согласно Справки <.......> наиболее вероятная стоимость объекта составила 7 800 000 руб. по состоянию на 30 декабря 2020 года. Следовательно, с учетом вышеизложенного, цена, указанная в договоре купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года (5 700 000 руб.), значительно ниже рыночной стоимости, за которую указанная квартира фактически могла быть продана. С учетом изложенного, полагает, что С.Е., предоставив К.А. займ на сумму 2 500 000 руб., 19 января 2021 года получила в собственность от К.А. встречное исполнение по договору займа – квартиру рыночной стоимостью 7 800 000 руб. То есть договор займа (как в сумме основного долга, так и процентов) от 30 декабря 2020 года исполнен К.А. в полном объеме. Полагает, что решение суда было вынесено без учета изложенных выше обстоятельств, поскольку судом не были установлены обстоятельства заключения договора займа и его исполнения. Указывает, что суд ограничился лишь выводом о том, что расписка К.А. от 30 декабря 2020 недействительна. При этом, в тексте решения отсутствуют ответы на вопросы о том, какую сумму передавала С.Е. в займ К.А. (5 750 000 руб. или 2 500 000 руб.), когда передавались денежные средства, сколько было платежей, какими документами оформлялось, на какой срок предоставлялся займ, на каких условиях, какое возмещение по займу получила С.Е., как определена сумма взыскания в размере именно 3 250 000 руб., как произведён расчет суммы долга. С.Е. утверждает, что в займ передавала 5 750 000 руб., проценты по займу ежемесячно составляют 250 000 руб., при этом К.А. утверждает, что в займ получила только 2 500 000 руб., а проценты по займу в размере 250 000 руб. предусмотрены только на три месяца. Ссылается на то, что при вынесении решения суд вышел за пределы заявленных истцом исковых требований. Из содержания искового заявления следует, что истец просит взыскать с ответчика основной долг в сумме 2 500 000 руб., проценты по займу начиная с 01 апреля 2021 года, исходя из 120% годовых от суммы 250 000,00 руб. Указывает, что Ответчиком уже произведено погашение процентов по займу на сумму 500 000 руб. (250 000 + 250 000). При этом, в решении суда указано, что суд исходит из возникновения на стороне ответчика обязательства перед истцом по возврату суммы займа на сумму 3 250 000 руб. по представленной в дело подлинной расписке, включая фиксированные проценты. Вместе с тем, истец не просил суд о взыскании с ответчика уже уплаченных ответчиком процентов в сумме 500 000 руб., ведь они фактически входят в сумму 3 250 000,00 руб. Согласно расчету истца, сумма в размере 500 000 руб. зачтена в счет оплаты процентов по договору займа (то есть она должна быть сминусована судом из долга, а не взыскана с К.А.). Суд не разобрался произведенном расчетом исковых требований, представленных истцом, и взыскал с ответчика излишнюю сумму. Апеллянт полагает, что суд не установил взаимосвязь между заключением сторонами договора купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года и между распиской К.А. от 30 декабря 2020 года. Ответчик считает недопустимым разделять и указанные договоры, и обстоятельства их заключения, так как они взаимосвязаны. Ссылается на то, что при рассмотрении гражданского дела № 2-1727/2024 и дела № 2-6185/2024 К.А. поясняла в суде, что договор купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года и расписка К.А. от 30 декабря 2020 года написаны в один день, в одном месте (МФЦ), без разрыва во времени. При этом договором купли-продажи квартиры стороны хотели обеспечить исполнение договора займа. С.Е. не имела реального намерения приобрести в собственность квартиру по адресу: <.......>, а имела намерение обеспечить обязательства по расписке К.А. от 30 декабря 2020 года. О том, что К.А. должна будет продать квартиру, К.А. узнала только в МФЦ 30 декабря 2020 года, в дату подписания договора купли-продажи квартиры, чем была шокирована и выбита из колеи (квартира являлась единственным жильем; в указанной квартире были зарегистрированы К.А. и ее несовершеннолетний сын А.С.; другого жилья в собственности не имеют; в настоящее время проживают в арендованных квартирах). Квартира перед продажей С.Е. не осматривалась, ключи от квартиры ей не передавались; текст договора купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года сторонами предварительно до 30 декабря 2020 года не согласовывался; риэлтор для проведения сделки сторонами не привлекался. Текст договора купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года полностью дублирует текст договора по приобретению данной квартиры самой К.А. Стоимость квартиры, проданной С.Е., идентична стоимости квартиры, за которую она была ранее приобретена К.А., и составляет 5 700 000 руб. При этом, на дату заключения сделки от 30 декабря 2020 года реальная стоимость квартиры составляла примерно 7 800 000 руб. Вместо подписания договора купли-продажи квартиры 30 декабря 2020 года К.А. попросила С.Е. оформить документально данную квартиру в качестве залога по обеспечению займа К.А. в установленном порядке, однако, сделать это С.Е. отказалась, и готова была передать деньги в займ только при условии подписания сторонами вышеуказанного договора купли-продажи. Квартира была в черновой отделке, в связи с чем С.Е. просто не могла в ней жить после покупки. Предполагает, что в указанной квартире С.Е. никогда не была зарегистрирована, и никогда не проживала. Кроме того, у С.Е. имеется в собственности другая квартира по адресу: <.......>, в которой она проживает. В судебном заседании по делу № 2-6185/2024 С.Е. пояснила, что квартиру на <.......> позже перепродала Б.Л., так как ей нужны были деньги. 04 сентября 2021 года С.Е. продает данную квартир Б.Л. за 5 700 000 руб. (при рыночной цене 10 100 000 руб.) При этом, К.А. приобрела указанную квартиру по договору купли-продажи от 07 ноября 2019 года за 5 700 000 руб. Далее С.Е. приобрела указанную квартиру у К.А. по договору купли-продажи от 30 декабря 2020 года за 5 700 000 руб., а впоследствии Б.Л. приобрела у С.Е. указанную квартиру снова за 5 700 000 руб. Таким образом, в течение двух лет цена квартиры по какой-то причине была неизменной, что невозможно. Расчеты по сделке между С.Е. и Б.Л. проводились наличными денежными средствами (то есть невозможно проверить, реально ли были проведены данные расчеты). Представитель С.Е. - С.М. имеет доверенность на представление интересов в суде не только от С.Е., но и от Б.Л. То есть, апеллянт делает вывод о том, что С.Е. и Б.Л. являются аффилированными лицами. Кроме того, истец С.Е. знала о том, что для К.А. и ее несовершеннолетнего сына А.С., 22 декабря 2007 года рождения, квартира является единственным жильем (что следует из расписки С.Е. от 30 декабря 2020 года). Именно С.Е. настояла на предоставлении документов о выписке А.С., после чего выплатила 21 января 2021 года денежные средства в сумме 1 500 000 руб. в счет расчетов по спорному договору купли-продажи. Однако, несмотря на указанные обстоятельства, С.Е. перепродала квартиру, без уведомления К.А. и без согласования с ней. Данные обстоятельства подтверждают, что истинным желанием сторон было не заключение сделки купли-продажи квартиры, а заключение договора займа, с обеспечением его залогом имущества в виде квартиры. Указанные обстоятельства также подтверждаются распиской К.А. от 30 декабря 2020 года, в которой прямо указано, что «Я, К.А., передала в качестве залога по договору купли-продажи квартиру в право собственности по адресу: <.......>». И далее по тексту расписки «в случае невозврата (.. денежных средств) претензий по переходу права собственности не имею квартиры по адресу<.......> Подлинник расписки был передан С.Е., по тексту расписки у нее претензий не имелось, следовательно, она была согласна с данной распиской и в том, что квартира, передавалась в залог, в качестве обеспечения обязательства. Кроме того, истец самостоятельно неоднократно в рамках гражданского дела № 2-1727/2024 указывал на взаимосвязь данных сделок. Так, согласно возражениям на исковое заявление (консолидированная позиция), от 11 апреля 2024 года, представитель С.Е. указывает, «.. между сторонами сложились следующие правоотношения, имеющие смешанную форму договора купли-продажи, новации под условием, а именно: К.А. продает С.Е. квартиру общей площадью <.......> кв. м, расположенную на <.......> жилого дома по адресу: <.......> кадастровый номер <.......>; распиской от 30 декабря 2020 года на общую сумму 3 250 000 руб. стороны новируют условия договора купли-продажи в правоотношения договора займа под условием, а именно устанавливают возможность возврата денежных средств в срок до 01 апреля 2021 года, а в случае невозврата денежных средств стороны констатируют состоявшуюся сделку по переходу права собственности, а также отсутствие претензий по переходу права собственности к друг другу». Указанная позиция о связи двух сделок (купли-продажи и займа) также поддержана у С.Е. в апелляционной жалобе по делу № 2-1727/2024. В апелляционной жалобе указывалось, что в силу ст. 414 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны новируют обязательства. Кроме того, С.Е. указывала на необходимость зачета взаимных обязательств сторон, представила расчет для зачета. Аналогичная позиция была указана и в кассационной жалобе С.Е. по указанному делу. Таким образом, в ранее поданных в суд по гражданскому делу № 2-1727/2024 документах С.Е. не оспаривает взаимосвязь сделок купли-продажи квартиры и займа. То есть, сделки взаимосвязаны, не могут быть рассмотрены отдельно друг от друга, на чем и настаивает ответчик в настоящей апелляционной жалобе, однако, суд по гражданскому делу № 2-6185/2024 пришел к противоположному выводу. Ссылается на то, что суд пришел к выводу том, что расписка К.А. от 30 декабря 2020 года является недействительной, следовательно, у сторон отсутствуют обязательства по указанной расписке, и, следовательно, не действует условие расписки о том, что «в случае невозврата претензий по переходу права собственности не имею. Квартиры по адресу: <.......> Однако, стороны не просили суд признавать расписку К.А. от 30 декабря 2020 года недействительной. Данные выводы противоречат истинному волеизъявлению К.А. Как уже ранее указывалось, решением Калининского районного суда г. Тюмени, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии, по гражданским делам Тюменского областного суда от 15 июля 2024 года и кассационным определением Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06 ноября 2024 года, подтвержден долг С.Е. перед К.А.     В доводах жалобы апеллянт также ссылается на недобросовестное поведение и злоупотребление правом со стороны истца. По мнению ответчика, злоупотребление правом состоит в следующем: во-первых, доказывание С.Е. в суде обстоятельств, не соответствующих действительности (якобы К.А. предоставлен займ в сумме 5 750 000 руб. вместо 2 500 000 руб., а также указание на якобы полный расчет по сделке купли-продажи квартиры в сумме 5 700 000 руб.). Во-вторых, С.Е. не уведомила К.А. о перепродаже квартиры в пользу Б.Л. Повторно перепродав в сентябре 2021 года квартиру Б.Л., С.Е. получила доход в сумме 5 700 000 руб. несмотря на то, что сама С.Е. заплатила К.А. за указанную квартиру только 2 500 000 руб.). В-третьих, С.Е. фактически приобрела у К.А. действующий ликвидный актив в виде квартиры за 2 500 000 руб. вместо 7 800 000 руб., то есть в три раза дешевле рыночной цены. Вместе с тем, в настоящее время дополнительно требует уплаты процентов по займу в сумме 9 194 700,20 руб. Кроме того, С.Е. допустила необоснованное наращивание задолженности по взысканию с К.А. процентов по займу, что недопустимо, поскольку обратилась в суд с требованиями к К.А. только после вынесения решения по делу 2-1727/2024, то есть по истечении трех лет с даты займа, а до указанного срока ею никакие проценты по займу ей не заявлялись, никакие претензии в адрес К.А. не направлялись. Помимо изложенного, в исковом заявлении С.Е. указано о том, что К.А. обязалась якобы ежемесячно (в том числе по 23 апреля 2024 года - даты расчета по иску истца) уплачивать проценты по займу в сумме 250 000 руб., что не соответствует обстоятельствам дела и расписке от 30 января 2020 года. Кроме того, истцом осуществляется блокирование исполнения решения суда по делу № 2-1727/2024 путем подачи новых исков и претензий, в также недобросовестные действия по прекращению исполнительного производства, возбужденного в целях исполнения решения суда делу № 2-1727/2024.     Кроме того, позиция истца противоречива, и меняется на противоположную в зависимости от выводов, сделанных судами по вышеуказанным судебным делам. Так, например, изначально истец утверждал о предоставлении К.А. займа в сумме 5 750 000 руб., а впоследствии в исковом заявлении по настоящему делу указывается займ в сумме 2 500 000 руб. По материалам гражданского дела № 2-1727/2024 истец не оспаривал связь между договором купли-продажи и договором займа, указывал, что произошла новация обязательств, требовал провести взаимозачет, но последствии полностью отказался от своей позиции и настаивает на том, что указанные договоры являются самостоятельными, не пересекающимися, не связанными друг с другом. По материалам гражданского дела № 2-1727/2024 С.Е. не оспаривала, что получила в счет исполнения по займу сумму в размере 500 000 руб. в погашение процентов, однако в настоящем же гражданском деле эти уже уплаченные К.А. проценты почему-то снова с нее взыскиваются. В судебных заседаниях по делу № 2-6185/2024 С.Е. уверяла, что она не настаивала на написании К.А. расписки, что у нее, по сути, нет к К.А. финансовых претензий, вместе с тем, от требований по настоящему иску не отказывается, принимает меры по обеспечению иска, активно занимается исполнительным производством.     Ответчик К.А. особо отмечает активизацию позиции истца только после вынесения Калининским районным судом г. Тюмени решения от 15 апреля 2024 года по делу № 2-1727/2024, до указанной даты никакие требования к ответчику не заявлялись.     Указывает, что 15 апреля 2024 года Калининским районным судом г. Тюмени вынесено решение по делу № 2-1727/2024. Мотивированное решение изготовлено 24 апреля 2024 года. Якобы 23 апреля 2024 года (то есть якобы до получения мотивированного решения суда от 24 апреля 2024 года) представителем С.Е. – С.М. была написана претензия к К.А. Данная претензия была направлена ценным письмом в адрес К.А. только 26 апреля 2024 года (что подтверждается чеком на отправку почтовой корреспонденции и описью вложения <.......> от <.......>). Согласно указанной претензии, С.Е. просит взыскать с К.А. образовавшуюся задолженность по договору займа в сумме 11 694 700 руб. Далее, не дожидаясь ответа в разумный срок на указанную претензию, представителем С.Е. – С.М. была подготовлено и направлено в Ленинский районный суд г. Тюмени исковое заявление, согласно которому С.Е. просит взыскать с К.А. сумму основного долга по договору займа в размере 2 500 000 руб., а также проценты за пользование займом за период с 01 апреля 2021 года по 23 апреля 2024 года в сумме 9 194 700 руб., а также расходы оп оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб. Указанное исковое заявление согласно данным сайта Ленинского районного суда г. Тюмени, было подано в суд 02 мая 2024 года. Ленинском районным судом г. Тюмени рассмотрение дела № 2-6185/2024 приостановлено до рассмотрения дела № 2-1727/2024. Таким образом, только после вынесения 15 апреля 2024 года решения Калининским районным судом г. Тюмени ответчиком были совершены действия, направленные, якобы на взыскание задолженности с К.А. по договору займа. В рамках дела № 2-1727/2024 никакого встречного иска (в том числе по процентам) С.Е. не заявлялось, то есть С.Е. все устраивало.     Обращает внимание суда на то, что при рассмотрении дела № 2- 1727/2024 представитель С.Е. – С.М. давал устные и письменные пояснения, согласно которым С.Е. передала К.А. денежные средства наличными в сумме 5 700 000 руб. Вместе с тем, в поданном в Ленинский районный суд г. Тюмени исковом заявлении от 02 мая 2024 года истец утверждает обратное, и просит взыскать с К.А. сумму основного долга по займу 2 500 000 руб.     Также в доводах жалобы поясняет, что в период с января 2021 года по 23 мая 2024 года С.Е. не предпринималось никаких действий по истребованию с К.А. процентов по займу. Полагает, что написание претензии и направление в суд искового заявления были совершены представителем истца в целях предотвращения негативного эффекта от исполнения решения Калининского районного суда от 15 апреля 2024 года по делу № 2-1727/2024.     Решение суда по делу № 2-1727/2024 вступило в законную силу. Более того, указанное решение частично исполнено С.Е., вместе с тем, денежные средства К.А. не может использовать из-за действий истца. Поясняет, что во исполнение решения Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года К.А. были выданы исполнительные листы в отношении должников С.Е.. Исполнительные листы были переданы на исполнение в РОСП Калининского административного округа г. Тюмени. Был наложен арест на денежные средства и недвижимое имущество должников, квартира была выставлена на торги. Впоследствии должники 27 сентября 2024 года и 23 декабря 2024 года вносят на депозитный счет РОСП денежные средства в сумме 4 031 682,73 руб. 25 декабря 2024 года судебный пристав-исполнитель РОСП Калининского административного округа г. Тюмени выносит постановление об окончании исполнительного производства. При этом, взыскание было произведено судебным приставом-исполнителем не в полном объеме, с должников не довзысканы денежные средства на основании ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (еще около 500 000 руб.) Указанные средства судебным приставом-исполнителем были перечислены на счет К.А. в декабре 2024 года. Однако, у К.А. отсутствует возможность использовать денежные средства, поскольку С.Е. обращается в Ленинский районный суд г. Тюмени с заявлением от 19 ноября 2024 года по настоящему делу об обеспечении иска на сумму 11 094 700,20 руб. Указанное заявление удовлетворено судом, в связи с чем на расчетный счет ответчика был наложен арест на указанную сумму. До настоящего времени обеспечение иска не снято. Несмотря на то, что размер удовлетворенных требований в четыре раза меньше суммы арестованных денежных средств, истец не обратился в суд с заявлением о корректировке мер по обеспечению иска, в чем так же усматриваю его недобросовестность.     22 января 2025 года представитель С.Е. – С.М. обращался в Калининский районный суд г. Тюмени с заявлением об отмене мер по обеспечению иска, так как, якобы, решение Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года исполнено в полном объеме. При этом, представитель доподлинно знал о том, что решение суда в полном объеме не исполнено, так как не довзыскана определенная часть денежных средств в пользу К.А.     Кроме того, в целях блокирования исполнения судебного акта по делу № 2-1727/2024 истцом в адрес ответчика направлена новая претензия от 13 января 2025 года, в соответствии с которой истец требует дополнительно уплатить сумму в размере 1 081 260,28 руб. в счет процентов по ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа.     Апеллянт полагает, что действия истца должны быть расценены судом как недобросовестные, и применен принцип эстоппеля. Ссылается на то, что существо эстоппеля можно свести к тому, что недобросовестная сторона, совершив те или иные действия, либо не совершив их своевременно, в первом случае, утрачивает право оспаривать факты, которые такими действиями подтверждаются, а во втором - лишается права совершить действия, от которых длительное время уклонялась. Главная задача принципа эстоппеля состоит в том, чтобы воспрепятствовать недобросовестной стороне получить преимущества и выгоду вследствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.     В доводах жалобы также указывает, что суд вынес решение в отношении лиц, не участвовавших в процессе, а оглашенное судом решение не соответствует изготовленному в бумажном виде, поскольку в резолютивной части решения суда указано следующее: «В удовлетворении исковых требований ФИО к ФИО, ФИО о компенсации морального вреда отказать». Вместе с тем, указанные лица не являлись сторонами в рассматриваемом судебном споре.     Апеллянт также ссылается на то, что в решении суда отсутствует довод ответчика о нарушении истцом сроков исковой давности по делу, о применении которого было заявлено ответчиком в судебном заседании 19 декабря 2024 года.     Также ответчик обращает внимание суда на то, что в результате совершенных сделок и судебных споров С.Е. получила от К.А. ликвидный актив - квартиру, по критически низкой цене – 2 500 000 рублей., при реальной рыночной цене квартиры на дату продажи 7 800 000 руб. При этом, С.Е. не доплатила К.А. за указанную квартиру 3 200 000 руб., что подтверждается судебными актами. Затем С.Е. перепродала данную квартиру Б.Л. за 5 700 000 руб., а может быть и выше, так как рыночная цена квартиры на дату продажи составляла 10 100 000 рублей. То есть, как минимум, доход С.Е. Ё.П. при продаже указанной квартиры составил не менее 3 200 000 руб. С.Е. имела реальную возможность продать квартиру по рыночной цене, указанных денежных средств от продажи квартиры по рыночной цене было бы достаточно, чтобы перекрыть любые задолженности К.А. Недопустимым является формирование «искусственного, завышенного, чрезмерного» дояра К.А. перед С.Е.     С.Е. также получила от К.А. доход в виде процентов по займу в размере 500 000 руб. К.А. утратила единственное жилье, денежных средств за проданную С.Е. квартиру в полном объеме не получила, пользоваться полученными денежными средствами не может из-за действий истца, а по решению суда ей присужден долг в размере 3 250 000 руб. (по факту никакого долга нет, так как С.Е. получила в счет расчетов по займу квартиру).     Также ответчик дополнительно отмечает, что по делу № 2-1727/2024 К.А. требовала взыскать со С.Е. денежные средства в виде разницы в цене за проданную квартиру. В данном судебном деле С.Е. никаких встречных исковых требований к К.А. не заявляла (в том числе о взыскании долга по договору займа), ни в одной судебной инстанции не рассматривался подробно вопрос о заемных отношениях сторон, расчет долга по займу не производился и не проверялся судом, так как это не являлось предметом судебного спора.     Также ответчик считает, что при рассмотрении дела необходимо было привлечь в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу, и Б.Л.     Ответчик также ссылается на то, что рассмотрение дела № 2-6185/2024 в первой инстанции было произведено слишком быстро, без надлежащего выяснения позиции ответчика по делу, без подробного исследования и оценки доказательств, представленных по делу ответчиком. В судебном заседании 19 декабря 2024 года суд ограничивал представителя ответчика по времени в том, чтобы представить подробную устную позицию по делу; суд настаивал, что если позиция указана в письменном отзыве по делу, то суд с ней ознакомится в совещательной комнате. Суд часто прерывал ответчика, а стороны по делу даже не успели задать вопросы друг другу. Письменный отзыв по делу, а также документы были переданы ответчиком судье ФИО, также документы были переданы в суд и истцом. Суд указал, что подробно ознакомится с позицией сторон в совещательной комнате. Вместе с тем, суд находился в совещательной комнате 7 минут, за указанное время невозможно ознакомится с письменной позицией сторон, и представленными ими документами, принять решение и изготовить резолютивную часть решения суда. Считает, что такое рассмотрение дела также повлияло на качество судебного акта.     В возражениях на апелляционную жалобу истец С.Е. в лице представителя С.М. просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения (т. 2 л.д. 67-70).     В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ответчика К.А. - И.С. и З.Е. поддержали доводы апелляционной жалобы.     Истца С.Е., представитель истца С.М. возражали против удовлетворения апелляционной жалобы. Ответчик К.А. третье лицо С.А. в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах неявки судебную коллегию не известили. Информация о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции была заблаговременно размещена на официальном сайте Тюменского областного суда oblsud.tum.sudrf.ru (раздел «Судебное делопроизводство»).     Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения представителей ответчика К.А.. - И.С. З.Е., истца С.Е., представителя истца С.М., проверив решение в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующим выводам. Как установлено судом первой инстанции и следует из представленного в материалы дела подлинника расписки от 30 декабря 2020 года составленной между К.А. и С.Е.: «Я, К.А., передала в качестве залога по договору купли-продажи квартиру в право собственности по адресу: г<.......> Обязуюсь сумму в размере 3 250 000 руб. вернуть до 01 апреля 2021 года в следующем порядке: до 01 февраля 2021 года - 250 000 руб., до 01 марта 2021 года - 250 000 руб., до 01 апреля 2021 года - 250 000 руб. и оставшуюся сумму в размере 2 500 000 руб. В случае невозврата претензий по переходу права собственности не имею. Квартиры по адресу: <.......>» (т. 1 л.д. 137). 01 апреля 2021 года С.Е. составлено «дополнение к расписке от 30 декабря 2020 года», согласно которому С.Е. договорилась с К.А. о том, что обязательства по расписке от 30 декабря 2020 года продляются на 1 месяц до 01 мая 2021 года (т. 1 л.д. 12). Из копии расписки С.Е. следует, что С.Е. «01.02.2021 получила от К.А. денежные средства в сумме 250 000 руб. в счёт оплаты долга в соответствии с распиской от 30.12.2020» (т. 1 л.д. 29). В материалы дела также представлена копия расписки С.Е., согласно которой 01 марта 2021 года получила от К.А. денежные средства в сумме 250 000 руб. в счёт оплаты долга по расписке от 30 декабря 2020 года (т. 1 л.д. 13). Решением Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года по иску К.А. к С.Е., С.А. о признании обязательства по договору купли-продажи помещения (квартиры) от 30 декабря 2020 года общим (солидарным) обязательством ответчиков, о взыскании солидарно с ответчиков денежных средств в размере 3 200 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданском делам Тюменского областного суда от 15 июля 2024 года, и кассационным определением судебной коллегии по гражданском делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06 ноября 2024 года, исковые требования К.А. – удовлетворены частично, судом постановлено: «Признать обязательство по договору купли-продажи от 30 декабря 2020 общими обязательствами С.Е., С.А.. Взыскать со С.Е. (паспорт <.......>), С.А. (паспорт <.......> солидарно в пользу К.А. (паспорт <.......>) денежные средства в размере 3 200 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 804 218 руб. 40 коп. Взыскать со С.Е., С.А. солидарно в пользу К.А. проценты за пользование чужими денежными средствами на основании ст. 395 Гражданского кодекса РФ, на сумму основного долга в размере 3 200 000 руб. начиная с 16 апреля 2024 года по день фактического возврата денежных средств. Взыскать со С.Е., С.А. в равных долях в пользу К.А. расходы по оплате государственной пошлины в размере 27 464 руб. 33 коп. В остальной части иска отказать». Кроме того, вышеназванным решением Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года установлено, что 30 декабря 2020 года между К.А. (продавец) и С.Е. (покупатель) заключен договор купли-продажи в отношении жилого помещения (квартиры), по условиям которого продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями договора жилое помещение - квартиру общей площадью <.......> кв.м, расположенную <.......> жилого дома по адресу: <.......> кадастровый номер: <.......> (т. 1 л.д. 89-90, 91) Пунктом 2.1. договора купли-продажи определена стоимость квартиры в размере 5 700 000 руб. Из пункта 2.2. договора купли-продажи следует, что полная оплата стоимости квартиры продавцу производится путем передачи наличных денежных средств покупателем продавцу. Расчет межу сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора. 30 декабря 2020 года С.Е. составила расписку, в которой указала, что «Я, С.Е... . передала денежные средства в размере 00 000 руб. в счёт оплаты по договору купли-продажи от 30 декабря 2020 года на покупку недвижимости, находящейся по адресу: <.......> продавцу гражданке К.А... . Остаток стоимости квартиры в размере 1 500 000 руб. обязуюсь передать до 23 января 2021 года после получения документов, подтверждающих право собственности на квартиру и предоставления документа, подтверждающего факт прописки А.С. <.......> года рождения» (т. 1 л.д. 95). 19 января 2021 года право собственности на квартиру, по адресу: <.......> зарегистрировано за С.Е. 21 января 2020 года С.Е. составила расписку, согласно которой передала денежные средства в размере 1 500 000 руб. в счёт оплаты по договору купли-продажи от 30 декабря 2020 года на покупку недвижимости, находящейся по адресу: <.......> продавцу К.А. (т. 1 л.д. 94). В этот же день, 21 января 2020 года К.А. составила расписку, согласно которой получила денежные средства в размере 1 500 000 руб. в счёт оплаты по договору купли-продажи от 30 декабря 2020 года на покупку недвижимости, находящейся по адресу: <.......> (т. 1 л.д. 94). <.......> на основании договора купли-продажи С.Е. продала квартиру, расположенную по адресу: <.......>, Б.Л. по цене 5 700 000 руб. (т. 1 л.д. 108-110, 111).     Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 2, 10, 409, 414, 807-810 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», а также учитывая положения ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что правоотношения истца и ответчика не связаны ни с дарением, ни с безвозмездной передачей имущества или денежных средств по расписке от 30 декабря 2020 года, учитывая обстоятельства сделки купли продажи квартиры, установленные решением Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года, а также принимая во внимание, что данная расписка от 30 декабря 2020 года не принята ранее судом в качестве доказательства оплаты по договору купли-продажи, пришел к выводу о возникновении на стороне ответчика обязательства перед истцом по возврату суммы займа по представленной в дело подлинной расписке на сумму 3 250 000 руб., включая фиксированные проценты. Отказывая в удовлетворении требований истца в части взыскания процентов за пользование займом за период с 01 апреля 2021 года по 23 апреля 2024 года в размере 9 194 700,20 руб., суд первой инстанции исходил их того, что доказательств наличия соглашения сторон об указанной сумме процентов не имеется. Согласно ч. ч. 1 и 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. В случае если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения в обжалуемой части. Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда относительно размера взысканного основного долга, находя доводы апелляционной жалобы частично заслуживающими внимания по следующим основаниям. Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Пунктом 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с п. 1 ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу. В соответствии с п. 1 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда займодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. Согласно п. 2 указанной статьи в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей. Согласно положениям ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. В силу статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором. В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. В соответствии с положениями ст. 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных законом. Так, из дословного содержания, представленного подлинника расписки от 30 декабря 2020 года следует, что «Я, К.А., передала в качестве залога по договору купли-продажи квартиру в право собственности по адресу: <.......>. Обязуюсь сумму в размере 3 250 000 руб. вернуть до 01 апреля 2021 года в следующем порядке: до 01 февраля 2021 года - 250 000 руб., до 01 марта 2021 года - 250 000 руб., до 01 апреля 2021 года - 250 000 руб. и оставшуюся сумму в размере 2 500 000 руб. В случае невозврата претензий по переходу права собственности не имею. Квартиры по адресу: <.......>» (т. 1 л.д. 137). 01 апреля 2021 года С.Е. составлено «дополнение к расписке от 30 декабря 2020 года», согласно которому С.Е. договорилась с К.А. о том, что обязательства по расписке от 30 декабря 2020 года продляются на 1 месяц до 01 мая 2021 года (т. 1 л.д. 12). В соответствии с п. 2 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части. Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства. В соответствии с п. 1 ст. 812 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от заимодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре. Согласно разъяснениям, изложенным в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, в случае спора, вытекающего из заемных правоотношений, на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации, а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа. Исходя из приведенных положений закона договор займа носит реальный характер и считается заключенным лишь с момента фактической передачи заимодавцем заемщику денег или вещей, определяемых родовыми признаками и служащих объектом договора займа. Реальный характер договора займа означает, что даже при наличии между заемщиком и заимодавцем письменного соглашения, по которому первый взял на себя обязанность возвратить займодавцу определенную денежную сумму, на стороне займодавца не возникает права требовать от заемщика исполнения этой обязанности, поскольку само заемное обязательство не может считаться возникшим до момента фактической передачи займодавцем денег или иного имущества в собственность заемщику. Доказательствами фактической передачи заемщику денег или вещей могут служить платежное поручение, расписка о получении денег или иные документы, удостоверяющие передачу денег или иных вещей (например, заверенные копии первичных учетных документов, составляемых сторонами в целях бухгалтерского учета) (п. 2 ст. 808 Гражданского кодекса Российской Федерации). Между тем, каких-либо доказательств того, что денежные средства по договору займа ответчику не передавались, ответчиком в ходе рассмотрения дела как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции, не представлено (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации); содержание договора займа ничем не опровергнуто. Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон. В п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование). Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств. Дословное содержание подлинника расписки от 30 декабря 2020 года позволяет сделать вывод о конкретных обязательствах сторон, а именно, что между истцом и ответчиком был заключен договор займа денежных средств, в подтверждение которого К.А. собственноручно была написана расписка, по условиям которой последняя должна возвратить заемные средства в размере 3 250 000 руб. в срок до 01 апреля 2021 года (с учетом дополнения к расписке от 01 апреля 2021 года - до 01 мая 2021 года) в следующем порядке: до 01 февраля 2021 года - 250 000 руб., до 01 марта 2021 года - 250 000 руб., до 01 апреля 2021 года - 250 000 руб. и оставшуюся сумму в размере 2 500 000 руб. В соответствии с пунктом 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами. Двусторонние (многосторонние) сделки могут совершаться способами, установленными пунктами 2 и 3 статьи 434 настоящего Кодекса. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.п.), и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой письменной формы сделки (пункт 1 статьи 162). На основании пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации должны совершаться в простой письменной форме, за исключением сделок, требующих нотариального удостоверения: 1) сделки юридических лиц между собой и с гражданами; 2) сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки. В силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. В соответствии со статьей 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами. Таким образом, из приведенных норм закона и норм Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих правоотношения в связи с договором займа, в том числе статьи 812, следует, что доказывание, как факта заключения договора займа и его условий, так и оспаривание его по безденежности допускается только посредством представления допустимых, письменных доказательств. Надлежащие доказательства тому, что между сторонами возникли иные обязательства, нежели заем, не представлены.     Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Кроме того, решением Калининского районного суда г. Тюмени от 15 апреля 2024 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданском делам Тюменского областного суда от 15 июля 2024 года, и определением судебной коллегии по гражданском делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 06 ноября 2024 года установлено, что расписка, составленная К.А. 30 декабря 2020 года, согласно которой К.А. обязуется вернуть С.Е. сумму в размере 3 250 000 руб. до апреля 2021 года в рассрочку, передавая в залог квартиру, не подтверждает факт внесения денежных средств в счёт оплаты по договору купли-продажи квартиры в размере 3 200 000 руб., поскольку расписка содержит обязательство о возврате денежных средств и не содержит сведений о получении денежных средств К.А. в указанной сумме, в связи с чем указанная расписка от 30 декабря 2020 года не была принята судом в качестве доказательства. Помимо этого, судами оценены представленные в материалы дела расписки, и суды пришли к выводу, что между сторонами была достигнута договоренность также о иных отношениях (кроме купли продажи квартиры) и данные расписки не подтверждают надлежащее исполнение обязательств покупателя по договору купли продажи. (т. 1 л.д. 114-120). Таким образом, оценивая содержание расписки от 30 декабря 2020 года, учитывая выводы Калининского районного суда города Тюмени и вышестоящих судов в силу положений ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание, что договор займа совершен в надлежащей письменной форме, подписан, подлинность подписи никем не оспорена, судебная коллегия приходит к выводу, что между истцом и ответчиком сложились заемные правоотношения, а договор займа, составленный в виде расписки от 30 декабря 2020 года является заключенным. Вопреки доводам жалобы, в решении суда не содержится выводов суда о том, что расписка от 30 декабря 2020 годя является недействительной. При этом, суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда первой инстанции о возникновения на стороне ответчика обязательства перед истцом по возврату суммы займа на сумму 3 250 000 руб. являются необоснованными. Согласно положениям ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Размер процентов за пользование займом может быть установлен в договоре с применением ставки в процентах годовых в виде фиксированной величины, с применением ставки в процентах годовых, величина которой может изменяться в зависимости от предусмотренных договором условий, в том числе в зависимости от изменения переменной величины, либо иным путем, позволяющим определить надлежащий размер процентов на момент их уплаты (п. 2 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации). При отсутствии иного соглашения проценты за пользование займом выплачиваются ежемесячно до дня возврата займа включительно (п. 3 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии с п. 4 ст. 809 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа предполагается беспроцентным, если в нем прямо не предусмотрено иное, в случаях, когда: договор заключен между гражданами, в том числе индивидуальными предпринимателями, на сумму, не превышающую ста тысяч рублей; по договору заемщику передаются не деньги, а другие вещи, определенные родовыми признаками. Из копии расписки С.Е. следует, что она «01.02.2021 получила от К.А. денежные средства в сумме 250 000 руб. в счёт оплаты долга в соответствии с распиской от 30.12.2020» (т. 1 л.д. 29). В материалы дела также представлена копия расписки С.Е., согласно которой она 01 марта 2021 года получила от К.А. денежные средства в сумме 250 000 руб. в счёт оплаты долга по расписке от 30 декабря 2020 года (т. 1 л.д. 13). При этом, из буквального содержания текста искового заявления С.Е. следует, что между сторонами был заключен договор займа на сумму 2 500 000 руб. с уплатой процентов по займу в размере 250 000 рублей (из них: до 01 февраля 2021 года – 250 000 руб., 01 марта 2021 года – 250 000 руб., 01 апреля 2021 года – 250 000 руб.). Кроме того, в отзыве на исковое заявление ответчик К.А. указывает, что «проценты по займу были установлены в сумме 250 000,00 руб. (только за месяц январь, февраль и март 2021 года!). То есть по сути являются «ростовщическими», и составляют 120% годовых». Также К.А. в возражениях указывает, что фактически договор займа заключен на сумму 2 500 000 руб. (т. 1 л.д. 80-87). В судебном заседании апелляционной инстанции из пояснений участвующих также установлено, что при составлении расписки 30 декабря 2020 года была согласована сумма основного долга - 2 500 000 рублей, а также 250 000 * 3 - фиксированные проценты за три месяца. Учитывая, вышеуказанные обстоятельства, судебная коллегия полагает, что 30 декабря 2020 года между сторонами был заключен договор займа на сумму основного долга в размере 2 500 000 руб., а также согласовано условие об уплате заёмщиком процентов за пользование займом только за три месяца по 250 000 руб., то есть в общей сумме 750 000 руб. (250 000 + 250 000 + 250 000). Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что денежные суммы в размере 250 000 руб., подлежащие возврату до 01 февраля 2021 года, до 01 марта 2021 года до 01 апреля 2021 года (с учетом пролонгации до 01 мая 2021 года) не входят в сумму основного долга, а их уплата направлена именно на периодическое исполнение обязательств заёмщика по уплате займодавцу процентов за пользование займом. С учетом представленных в материалы дела расписок о возврате заемщиком К.А. денежных средств в размере 250 000 руб. от 01 февраля 2021 года и в размере 250 000 руб. от 01 марта 2021 года, судебная коллегия полагает, что заемщиком исполнены обязательств по уплате займодавцу процентов на общую сумму 500 000 руб. (250 000 + 250 000). В нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлены суду допустимые доказательства того, что свои обязательства по возврату суммы основного долга в размере 2 500 000 руб. и уплате процентов за пользование займом за апрель 2021 года в размере 250 000 руб. по расписке от 30 декабря 2020 года исполнены надлежащим образом. В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель истца С.Е. С.М. пояснил, что невыплаченные 1 мая 2021 года фиксированные проценты в размере 250000 рублей включены в расчет процентов за пользование займом, содержащийся на листе дела 9. Однако при исследовании данного расчета судебная коллегия приходит к выводу, что истец просил взыскать проценты за пользование исходя из суммы основного долга 2500000 рублей без учета фиксированных процентов 250000 рублей. С учетом изложенного, судебная коллегия полагает, что К.А. имеет право требовать взыскания со С.Е. суммы основного долга по расписке от 30 декабря 2020 года в размере 2 500 000 руб. и неоплаченных процентов за пользование займом в размере 250 000 руб. Однако, учитывая, положения ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также то, что судом первой инстанции было отказано истцу в удовлетворении требований о взыскании с ответчика процентов за пользование займом (л.д. 146 том 1), а апеллянтом в настоящем случае является ответчик, истцом решение суда в части отказа во взыскании процентов за пользование не обжалуется, то с учетом положений ст. ст. 327, 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции полагает, что с ответчика С.Е. в пользу истца К.А. подлежит взысканию сумма основного долга по расписке от 30 декабря 2020 года в размере 2 500 000 руб.     Судебной коллегией отклоняются доводы жалобы о том, что что при рассмотрении дела необходимо было привлечь в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по Уральскому федеральному округу, и Б.Л. ввиду нижеследующего.     В соответствии со статьей 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судом первой инстанции судебного постановления по делу, если оно может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству лиц, участвующих в деле, или по инициативе суда. Таким образом, условием вступления в дело в качестве третьего лица является то обстоятельство, чтобы оспариваемое судебное постановление принято непосредственно о правах и обязанностях третьего лица по отношению к одной из сторон.     Принимая во внимание предмет и основание заявленного иска, судебная коллегия отмечает, Б.Л. не является участником материально-правовых отношений, составляющих предмет настоящего спора, вопрос о правах и обязанностях данного лица вынесенным по делу судебным постановлением не разрешался, судебный акт не затрагивает непосредственно права и обязанности данного лица и не повлияет на его права или обязанности по отношению к сторонам, а судебное постановление Б.Л. не обжалуется.     Согласно п. 1 «Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08 июля 2020 года), суды вправе привлекать к участию в деле государственные органы, если обстоятельства дела свидетельствуют о наличии признаков легализации доходов, полученных незаконным путем.     Процессуальная заинтересованность Росфинмониторинга обусловлена тем, что к публичным полномочиям данного органа согласно статье 8 Закона № 115-ФЗ, пункту 1 и подпунктам 6 - 7 пункта 5 Положения о Федеральной службе по финансовому мониторингу, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 июня 2012 года № 808, отнесено выявление признаков, свидетельствующих о том, что операция (сделка) с денежными средствами или иным имуществом связана с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, или финансированием терроризма, осуществление в соответствии с законодательством Российской Федерации контроля за операциями (сделками) с денежными средствами или иным имуществом. Государственные органы могут быть привлечены к участию в деле в качестве третьих лиц,. не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статья 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а судом общей юрисдикции также для дачи заключения по делу, рассматриваемому в порядке гражданского судопроизводства (статья 47 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и в качестве заинтересованного лица по делу, рассматриваемому в порядке административного судопроизводства (статья 47 КАС РФ).     Таким образом, в силу закона право определения круга лиц, подлежащих привлечению к участию в деле, и обстоятельств, имеющих значение для дела, принадлежит суду, а судом первой инстанции необходимость участия данного органа не установлена. Вопреки доводам жалобы круг лиц определен судом первой инстанции исходя из предмета и основания заявленных истцом требований.     Судебной коллегий отклоняются доводы о пропуске истцом срока исковой давности для обращения в суд по следующим основаниям. Как предусмотрено п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно п. 1 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 №О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что по смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу. Исходя из дословного содержания расписки от 30 декабря 2020 года, заемные средства должны быть возвращены в срок до 01 апреля 2021 года ( с учетом дополнения к расписке от 01 апреля 2021 года - до 01 мая 2021 года) в следующем порядке: до 01 февраля 2021 года - 250 000 руб., до 01 марта 2021 года - 250 000 руб., до 01 апреля 2021 года - 250 000 руб. и оставшуюся сумму в размере 2 500 000 руб. Учитывая, что последний платеж по договору должен быть произведен до 01 мая 2021 года, следовательно, срок исковой давности по последнему платежу истек 01 мая 2024 года. В соответствии с пунктом 1 статьи 314 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или, соответственно, в любой момент в пределах такого периода. По общему правилу, установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода, который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить (статья 190 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно ст. 192 Гражданского Кодекса Российской Федерации срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего года срока. Срок, исчисляемый месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца срока. Согласно положениям ст. 193 Гражданского кодекса Российской Федерации если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день. Поскольку 01 мая 2024 года согласно ст. 112 Трудового кодекса Российской Федерации является нерабочим праздничным днем, соответственно, последний день трехлетнего срока для обращения в суд с настоящим иском переносится с 01 мая 2024 года на 02 мая 2024 года, а учитывая, что истец обратился в суд с настоящим иском 02 мая 2024 года (т. 1 л.д. 7), то судебная коллегия полагает, что истцом срок исковой давности не пропущен. Доводы жалобы о том, что что суд вынес решение в отношении лиц, не участвовавших в процессе, а оглашенное судом решение не соответствует изготовленному в бумажном виде, не могут служить снованием для отмены или изменения решения суда, поскольку в решении суда была допущена явная описка, которая исправлена определением Ленинского районного суда г. Тюмени об исправлении описки от 24 января 2025 года. Судебной коллегией отклоняются доводы жалобы о том, что суд не установил взаимосвязь между заключением сторонами договора купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года и между распиской К.А. от 30 декабря 2020 года по следующим основаниям. В силу ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. В соответствии с ч. 2 ст. 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21 декабря 2011 года № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Учитывая, что обстоятельства взаимосвязи договора купли-продажи квартиры от 30 декабря 2020 года и расписки К.А. от 30 декабря 2020 года являлись предметом исследования судов первой, апелляционной и кассационной инстанции в рамках гражданского дела № № 2-1727/2024 по иску К.А. к С.Е., С.А., следовательно, данные судебные акты имеют преюдициальное значение для рассмотрения настоящего дела, а обстоятельства, установленные судом при рассмотрении вышеуказанного дела, не подлежат повторному исследованию и доказыванию в рамках настоящего дела. Доводы жалобы, касающиеся обстоятельств заключения договора купли-продажи квартиры фактически, направлены на оспаривание ранее вступившего в законную силу судебного постановления, что противоречит требованиям статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Не допускается оспаривание установленных вступившим в законную силу судебным постановлением обстоятельств, равно как и повторное определение прав и обязанностей стороны спора, в частности, путем предъявления новых исков. В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах. В соответствии с п. 5 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. По смыслу приведенных норм, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, который учитывает права и законные интересы другой стороны, содействует ей, в том числе в получении необходимой информации. Вопреки доводам заявителя жалобы, судебная коллегия не усматривает в действиях истца недобросовестного поведения или признаков злоупотребления правом и необходимости применения в настоящем споре положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, доказательств иного ответчиком с учетом положений статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в ходе рассмотрения спора не представлено. Иные доводы апелляционной жалобы К.А. не содержат обстоятельств, которые нуждались бы в дополнительной проверке, основаны на неверном применении и толковании норм материального и процессуального права, сводятся к несогласию с действиями суда по оценке представленных доказательств, направлены на переоценку доказательств, а потому отклоняются судебной коллегией. Само по себе несогласие стороны ответчика с произведенной судом оценкой доказательств не является основанием к отмене постановленного судом решения, поскольку не свидетельствует о неправильности изложенных в решении суда выводов. Кроме того, в силу положений ст. ст. 56, 59, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд самостоятельно определяет какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказывать, принимает те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Согласно пункту 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» в случае изменения судом апелляционной инстанции судебного постановления суда первой инстанции, а также в случае его отмены и принятия нового судебного постановления суд апелляционной инстанции изменяет или отменяет решение суда первой инстанции о распределении судебных расходов. Таким образом, распределение судебных расходов судебная коллегия производит исходя из результатов рассмотрения дела в апелляционном порядке. В соответствии с частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 названного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. В случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов (пункт 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).     Учитывая изложенное, с К.А. в пользу С.Е. пропорционально удовлетворенным требованиям (21,37%) подлежит взысканию государственная пошлина в размере 12 822 руб. (60 000 руб. * 21,37%).     Таким образом, решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 19 декабря 2024 года, с учетом определения об исправлении описки от 24 января 2025 года, подлежит изменению в части размера взысканной с К.А. в пользу С.Е. суммы основного долга, а также расходов по оплате государственной пошлины, апелляционная жалоба ответчика К.А. – частичному удовлетворению. Руководствуясь статьей 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила:     решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 19 декабря 2024 года, с учетом определения об исправлении описки от 24 января 2025 года, изменить в части размера взысканного с К.А. в пользу С.Е. суммы основного долга, а также расходов по оплате государственной пошлины, снизив подлежащую взысканию с К.А. (паспорт <.......>) в пользу С.Е. (<.......>) сумму основного долга с 3 250 000 рублей до 2 500 000 рублей, а также расходов по оплате государственной пошлины с 24 450 рублей до 12 822 рублей.     В остальной части решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 19 декабря 2024 года оставить без изменения.     Апелляционную жалобу ответчика К.А. – удовлетворить частично. Председательствующий: Судьи коллегии: Мотивированное апелляционное определение изготовлено 16 сентября 2025 года.

Основная информация

УИД дела: 72RS0014-01-2024-005922-95

Результат рассмотрения: решение (осн. требов.) изменено (без направления дела на новое рассмотрение)

Дата рассмотрения: 03.09.2025

Судья: Важенина Эльвира Васильевна

Категория дела: Споры, связанные с имущественными правами → Иски о взыскании сумм по договору займа, кредитному договору

Участники дела

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Колтович Анна Николаевна

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Стерликов Андрей Михайлович

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Стерликова Екатерина Петровна

Движение дела

10.07.2025 11:32

Передача дела судье

03.09.2025 10:40

Судебное заседание

Место: 12

Результат: Вынесено решение

16.09.2025 09:43

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

18.09.2025 12:45

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

22.09.2025 11:22