Дело № 33-1216/2025

Суть дела

<title></title> Председательствующий по делу                            Дело № 33-1216/2025 судья Судовцев А.С., (дело в суде первой инстанции № 2-2320/2024 УИД 75RS0002-01-2024-005435-80) АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе: председательствующего судьи Малаховой Е.А., судей Карабельского А.А., Лещёвой Л.Л., при секретаре Вашуриной О.В., рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 15 мая 2025 года гражданское дело по иску Н. к Управлению Федеральной службы государственной регистрации и картографии по Забайкальскому краю (Управлению Росреестра по Забайкальскому краю), Р. о признании договора дарения недействительным, применении последствия недействительности сделки, по апелляционной жалобе ответчика Р., на решение Ингодинского районного суда г.Читы от 12 декабря 2024 года, которым постановлено: «Исковые требования удовлетворить.     Признать недействительным договор дарения квартиры в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, заключенный 10 октября 2023 года между Н. и Н..         Возвратить квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № в собственность Н., <Дата> года рождения.         Данное решение является основанием для регистрации права собственности на недвижимое имущество в Едином государственном реестре недвижимости за Н. и прекращения записи о регистрации права собственности Н..         В удовлетворении исковых требований к Управлению Федеральной службы государственной регистрации и картографии по Забайкальскому краю (Управление Росреестра по Забайкальскому краю) отказать». Заслушав доклад судьи Малаховой Е.А., судебная коллегия У С Т А Н О В И Л А: Истец Н. обратился в суд с исковыми требованиями, ссылаясь на следующие обстоятельства дела. 10 октября 2023 года между Н. и Н. заключен договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №. 07 августа 2024 года истцу стало известно о недействительности указанного договора на основании абзаца 2 пункта 1 статьи 572 ГК РФ, то есть при наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. В договоре дарения указано на встречное условие дарения квартиры. Так в пункте 4 договора дарения квартиры от 10 октября 2023 года указано: «передача дарителем квартиры в праве собственности на указанную квартиру и принятия её одаряемым будет осуществляться путем вручения правоустанавливающих документов. При условии в дальнейшем не выполнения договоренности между дарителем и одаряемым передачи квартиры одаряемым - дарителю, расположенной по адресу: Россия, <адрес>, данный договор дарения аннулируется и считается не действительным». Требования (претензию) истца от 18 августа 2024 года о признании договора дарения от 10 октября 2023 года недействительным и применения последствий недействительности договора ответчик добровольно не удовлетворил, ссылаясь на часть 4 статьи 578 ГК РФ (в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживёт одаряемого), в следствии этого переход права собственности на дарителя Новосёлова В.А., не представляется возможным. Просит суд признать договор дарения от 10 октября 2023 года б/н недействительным. Применить последствия недействительности сделки в виде отмены регистрации права собственности № от 12 октября 2023 года. Зарегистрировать право собственности Н. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №. Протокольным определением суда от 18 ноября 2024 года к участию в деле в качестве ответчика привлечена Р., в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена нотариус Л. (л.д.39-40) Судом постановлено приведенное выше решение (л.д.56-60). Не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик Р. просит его отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Указывает на то, что суд первой инстанции признал договор дарения мнимой сделкой, вместе с тем, доказательств наличия у сторон договора воли на искусственное создание правовых последствий от сделки и только лишь видимости ее совершения, в решении не приводит. Таким образом, вывод суда о мнимости сделки не соответствует исследованным по делу доказательствам и фактическим обстоятельствам дела. Из мотивировочной части решения следует, что сделка является притворной, следовательно, применение реституции в данном случае является недопустимой. По мнению ответчика, вывод суда о том, что условие п.4 договора дарения свидетельствует о наличии встречного предоставления по договору дарения, не соответствует закону. В судебном заседании участие не принимала, никаких извещений о времени и месте рассмотрения дела не получала. О факте рассмотрения дела и принятии оспариваемого решения узнала - 30.01.2025 от нотариуса, во время приема по наследственному делу (л.д.68).     В возражениях истец Н. просил отказать в удовлетворении апелляционной жалобы (л.д.75).     18.04.2025 Р. предоставлены дополнения к апелляционной жалобе, из которых следует, что исходя из содержания оспариваемого договора дарения, как передача имущества, так и переход права собственности сторонами не обуславливался каким-либо встречным предоставлением. При этом положения п.4 Договора дарения следует рассматривать, как ошибочно включенные в текст договора дарения. Ответчик указывает на то, что спорный договор дарения является полностью идентичным договору дарения, который планировали заключить между собой Р. и Н. в отношении ? доли на квартиру, полагает, что стороны при подготовке проекта спорного договора дарения воспользовались проектом договора дарения, который ранее составлялся Н. и Р., и из-за невнимательности забыли поменять данные квартиры в пункте 4 спорного договора дарения, чем после смерти Н. истец и решил воспользоваться. При этом на момент заключения спорного договора дарения квартира, расположенная в <адрес>, не принадлежала Н. следовательно, он не мог ею распоряжаться. Н. с конца 2023 года по июль 2024 года проживал совместно с семьей Р. в квартире по адресу: <адрес>, и никаких разговоров относительно мены квартиры в 1 мкр. на квартиру по <адрес>, не вёл, соответствующих предложений ни Р., ни ее супругу, не делал. Также указывает на то, что само по себе условие пункта 4 Договора дарения в качестве самостоятельной сделки, включенной в текст Договора дарения, рассматривать недопустимо, поскольку для признания его самостоятельной сделкой требуется, чтобы это условие содержало все существенные для договора дарения (или мены) условия: условие о предмете и цене, чего данное условие не содержит. Представитель ответчика Р. – Т., доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, поддержала в полном объеме. Истец Новосёлов В.А. полагает решение суда первой инстанции законным и обоснованным. Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, своих представителей в судебное заседание не направили. В силу ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия приходит к следующим выводам.     Как установлено судом и следует из материалов дела, согласно выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 13.10.2023, правообладателем квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, с 12.10.2023 является Н., <Дата> года рождения (л.д.8-9).     10 октября 2023 года между Н. (даритель) и Н. (одариваемый) заключен договор дарения квартиры расположенной по адресу: <адрес>.     Пунктом 4 договора предусмотрено, что передача дарителем квартиры в праве собственности на указанную квартиру и принятие ее одариваемым будет осуществляться путем вручения правоустанавливающих документов. При условии в дальнейшем невыполнения договоренности между дарителем и одариваемым передачи квартиры одариваемым – дарителю, расположенной по адресу: <адрес>, данный договор дарения аннулируется и считается недействительным (л.д.7).     17 августа 2024 года Н. обратился в Филиал КГАУ «МФЦ Забайкальского края» по г.Чите Межрайонный отдел №1 с заявлением о государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав, ограничений прав, обременений объектов недвижимости, сделок с прилагаемыми документами (ст.15,19 Закона) от 17.08.2024 №MFC-0236/2024-58069-1 (л.д.10).     Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии уведомлением от 30 августа 2024 года №КУВД-001/2024-37716144/1 приостановило государственную регистрацию прав, указав, что в представленном договоре дарения от 10.10.2023 отсутствует указание на ч.4 ст.578 ГК РФ в которой говориться: «В договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого», вследствие этого зарегистрировать переход права собственности на дарителя, Новосёлова В.А., не представляется возможным (л.д.11).     Данные обстоятельства послужили основанием для обращения Н. в суд с требованием о признании договора дарения недействительным, применения последствия недействительности сделки (л.д.3-4). Разрешая заявленные требования Ингодинский районный суд г.Читы, руководствуясь ст. 572, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, п.53 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», исковые требования удовлетворил в полном объеме, поскольку оспариваемый договор не носит безвозмездного характера передачи имущества, имеет условие о встречном предоставлении недвижимого имущества (л.д.56-60). Анализируя доводы апелляционной жалобы Р. о том, что она не была извещена о дате и времени судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему. Согласно ст. 113 ГПК РФ лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату. В соответствии с п. 1 ст. 165 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации, юридически значимое сообщение считается доставленным в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним. Сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена отправителю по истечении срока хранения. В ходе судебного разбирательства, в суде первой инстанции, протокольным определением от 18 ноября 2024 года к участию в деле в качестве ответчика была привлечена Р., в связи, с чем судебное заседание было отложено на 12 декабря 2024 года (л.д.39-40). Копия искового заявления Н. и судебное извещение о дате и времени судебного заседания, назначенного на 12.12.2024, было направлено Р. по адресу: <адрес>, что подтверждается сопроводительным письмом от 19.11.2024 и реестром почтовых отправлений (л.д.44, 48). Согласно адресной справки от 17 апреля 2025 года, представленной по запросу суда апелляционной инстанции, Р., <Дата> года рождения, зарегистрирована по адресу: <адрес>. В материалах дела имеется отчет об отслеживании отправления с почтовым идентификатором №, согласно которому почтовый конверт прибыл в место вручения - 26.11.2024, в тот же день произведена неудачная попытка вручения, 04.12.2024 конверт возвращен отправителю из-за истечения срока хранения. Сведений о том, что суду первой инстанции было известно о том, что ответчик Р. проживает по иному адресу, стороной ответчика представлено не было. Таким образом, ответчик Р. была надлежащим образом извещена о судебном заседании, по итогам которого постановлено оспариваемое решение, следовательно, оснований для перехода к рассмотрению настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции без особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется. Основные доводы апелляционной жалобы ответчика сведены к тому, что суд неверно трактует условие п.4 Договора дарения, при этом приводит свою вышеизложенную позицию по трактованию данного условия договора, и выводы относительно обстоятельств заключения данного договора сторонами. Данные доводы судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям. В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (ч. 1). Если правила, содержащиеся в ч. 1 указанной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (ч. 2). Исходя из изложенного, при рассмотрении данного дела суду апелляционной инстанции в соответствии с требованиями ст. 431 ГК РФ надлежит дать оценку буквальному содержанию данного договора, а в случае неясности - толковать его по указанным в данной норме правилам. Из буквального содержания пунктом 1 Договора дарения квартиры от <Дата> следует, гр. Н., как Даритель безвозмездно передает квартиру в праве собственности по адресу: Россия, <адрес>, общей площадью 52,5 кв.м. Пунктом 4 данного Договора предусмотрено: «Передача Дарителем квартиры в праве собственности на указанную квартиру и принятия ее Одаряемым будет осуществляться путем вручения правоустанавливающих документов. При условии в дальнейшем невыполнения договоренности между Дарителем и Одаряемым передачи квартиры Одаряемым – Дарителю, расположенной по адресу: Россия, <адрес>, данный Договор квартиры аннулируется и считается недействительным». Таким образом, буквальное толкование договора указывает на то, что есть признаки мены жилых помещений. В ходе рассмотрения дела истец Н. судебной коллегии пояснил, что двухкомнатная квартира, расположенная по адресу: <адрес>, находилась в собственности за ним, однако в данной квартире проживала его сестра, при этом он знал, что у отца на праве собственности имеется квартира по адресу: <адрес>, в связи с чем они с отцом оформили сделку, по которой отцу отходила квартира в <адрес> а ему должна была отойди квартира по <адрес>. Из материалов наследственного дела следует, что Н. <Дата> г.р., умер <Дата> (л.д.26). Как следует из материалов дела, право собственности на квартиру расположенную в 1 мкр., зарегистрировано за Н. <Дата> г.р., что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.8,9). Уведомлением о приостановлении государственной регистрации прав выданной Федеральной службой государственной регистрации, кадастра и картографии Борзинского офиса Оловяннинского муниципального отдела Управления Росреестра по Забайкальскому краю за № КУВД-001/2024-37716144/1 от 30.08.2024, Н. приостановлена государственная регистрация прав на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в связи с тем, что в представленном договоре Дарения от 10.10.2023, отсутствует указание на статью 578 часть 4 ГК РФ, в которой говорится: «В договоре дарения может быть обусловлено право Дарителя отменить дарение в случае, если он переживет Одаряемого» (дословно), вследствие чего зарегистрировать переход права собственности на Дарителя Н., не представляется возможным (л.д.11). Согласно Выписки из ЕГРН (л.д.46-48) квартира, расположенная по адресу: <адрес>, находится в собственности: по 1/8 доли Р., <Дата> г.р., являющейся сестрой истца, а также ее детей и супруга Р., <Дата> г.р., Р., <Дата> г.р., Р., <Дата> г.р. Таким образом, исходя из материалов дела следует, что им принадлежит ? доли, которая ранее принадлежала ее отцу Н., и ? принадлежала при приватизации Н. (ныне Р.), которая по договору купли-продажи с использованием материнского капитала, выкупила долю отца. Судебной коллегией истребовано наследственное дело в полном объеме (л.д. 113-130), из которого следует, что с заявлением о вступлении в наследство обратилась дочь - Р. Из документов, имеющихся в деле, следует, что на дату рассмотрения дела, за Р. и ее семьей зарегистрировано право собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, в долях, при этом ? ранее была зарегистрирована на ее имя, и ? отходит ее семье с детьми на основании договора купли-продажи недвижимости от <Дата>, с учетом Соглашения об оформлении в общую долевую собственность жилого помещения, приобретенного и использованием материнского капитала от 20.10.2021, при этом, ее отец и отец истца, Н. зарегистрировал право собственности на квартиру расположенную в <адрес>, на основании оспариваемого Договора дарения. В судебном заседании суда апелляционной инстанции по инициативе представителя ответчика Т. была заслушана свидетель Ф., данному свидетелю Н. является племянником, его отец умерший приходится ей троюродным братом. Суду показала, что Н. фактически принадлежала квартира после смерти О., но ее оформлением занимался Н. соответственно, он ее обязан был переписать на отца, о чем в семейном кругу говорил сам Н. Судебная коллегия относится к показаниям данного свидетеля критически, поскольку высказывание мнения воли умершего родственника, может не соответствовать действительной воле умершего. Исходя из материалов дела, судебная коллегия полагает, что определяющим при рассмотрении данного спора является установление воли сторон. В данном случае установить волю умершего Н. не представляется возможным, воля истца Н. (с его слов), как одной из стороны по договору была направлена на обмен квартир, т.е. истец фактически просит применить правила договора мены. Из данных рассуждений исходит и суд первой инстанции, с учетом ст. п.1 ст. 572 ГК РФ с переходом на применение п.2 ст. 170 ГК РФ. При этом в дополнениях к апелляционной жалобе ответчик, в обоснование своей позиции, предлагает трактовать условия п.4 Договора дарения, как ошибочно включенный в текст договора дарения, при этом указывает на то, что бланк договора ошибочно был использован при оформлении договора дарения, и как следствие в него включены условия не соответствующие данному типу договора и воли сторон. Истцом в ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции были предоставлены и приобщены к материалам дела дополнительные документы, а именно заявление указывающее на то, что после смерти в мае 2019 года родственницы О., в права наследования на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, вступил Н., при этом предоставлено заявление от Н., направленное нотариусу К. 20 февраля 2020 года о том, что он отказывается от наследования квартиры после смерти тети О., в пользу других наследников, при этом наследником, вступившим в права наследования после смерти О. на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, является Н. Из представленных документов следует, что Н.. отказался от наследования квартиры в 1 мкр. в пользу Н. выразив свою волю однозначно. С учетом установленных обстоятельств по делу, а также буквального толкования оспариваемого договора дарения, судебная коллегия, полагает возможным констатировать волеизьявление умершего Н. и волеизьявление второй стороны Н. как направленное на обмен жилыми помещениями. Однако, судебная коллегия отмечает, что при совершении данной сделки имелись определенные нарушения закона, а также прав иных лиц, а именно подписывая оспариваемый договор дарения Н. был не вправе распоряжаться указанным имуществом в виде квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, что говорит о нарушении ст. 183 ГК РФ (заключение сделки неуполномоченным лицом), т.е. Н. зная, что ? доли в квартире он продал дочери Р. и ее семье, а ? принадлежит ей лично, распорядился квартирой по своему усмотрению, без законных к тому оснований, что как следствие повлекло за собой нарушение прав третьих лиц - ответчика Р. Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате действий неуполномоченных лиц является неправомерным, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 названного кодекса третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора. Договор, заключенный в результате иных неправомерных действий, является ничтожным. Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. Как определено статьей 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. В соответствии с пунктом 3 статьи 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. В пункте 2 статьи 433 ГК РФ указано, что если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224). Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). На основании статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Вопреки доводам апелляционной жалобы судебная коллегия полагает, что подлинная воля сторон оспариваемого договора дарения не была направлена на установление правоотношений по дарению, оспариваемый договор дарения является недействительным в силу его ничтожности, поскольку имеется нарушение закона при заключении данной сделки, а также нарушены права третьих лиц, при этом при договоре мены двухстороннего исполнения по сделке не состоялось. Судебная коллегия отмечает, что выводы суда о применении последствий указанные в резолютивной части решения суда первой инстанции не вступают в противоречие с положениями ст. 168 ГК РФ. На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия, О П Р Е Д Е Л И Л А: решение Ингодинского районного суда г.Читы от 12 декабря 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд, принявший решение по первой инстанции, в течение 3-х месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения. Председательствующий: Судьи: Полное мотивированное апелляционное определение изготовлено 03.06.2025

Основная информация

УИД дела: 75RS0002-01-2024-005435-80

Результат рассмотрения: РЕШЕНИЕ оставлено БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ

Дата рассмотрения: 15.05.2025

Судья: Малахова Евгения Александровна

Категория дела: Отношения, связанные с защитой прав потребителей → О защите прав потребителей → - иные сферы деятельности

Участники дела

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Луцик В.А.

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Новосёлов Владимир Андреевич

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Реутовой Ксении Андреевне

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по ЗК

ИНН: 7536057403

ОГРН: 1047550034509

Движение дела

27.03.2025 14:25

Передача дела судье

23.04.2025 11:00

Судебное заседание

Место: 8

Результат: Отложено

15.05.2025 14:30

Судебное заседание

Место: 8

Результат: Вынесено решение

03.06.2025 11:41

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

09.06.2025 11:41

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

09.06.2025 11:41

Дело № 33-1216/2025

Гражданские дела - апелляция

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Движение дела

Передача дела судье

Судебное заседание

Судебное заседание

Составлено мотивированное апелляционное определение в окончательной форме

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

Передано в экспедицию