Дело № 33-547/2025

Суть дела

<title></title> <meta content="text/html;charset=Windows-1251" http-equiv="content-type"> <div> КОПИЯ 89RS0004-01-2024-003252-62 Дело № 2-2572/2024 Судья Волошина С.С. Апелляционное дело № 33-547/2025             АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ г. Салехард                                                                                      04 марта 2025 г. Судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе: председательствующего судьи Башковой Ю.А., судей коллегии: Байкиной С.В., Курманова Э.Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем Коневой Т.М., с участием прокурора Еремина О.Г., истца Криволаповой Т.Ф., представителя ответчика ООО «Ямалстройсервисавто» Пинигиной А.Д., действующей на основании доверенности от 04 июля 2024 г., рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием системы многоканальной видеоконференцсвязи при содействии Тюменского областного суда и Новоуренгойского городского суда гражданское дело по иску прокурора города Нового Уренгоя в интересах Криволаповой Таскиры Фариховны к обществу с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда по апелляционной жалобе ответчика общества с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» на решение Новоуренгойского городского суда от 12 ноября 2024 г. Заслушав доклад судьи суда Ямало-Ненецкого автономного округа Байкиной С.В., объяснения представителя ответчика ООО «Ямалстройсервисавто» Пинигиной А.Д., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения истца Криволаповой Т.Ф. и прокурора Еремина О.Г., полагавших решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия установила: Прокурор города Нового Уренгоя обратился в суд в интересах Криволаповой Таскиры Фариховны к обществу с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» с иском об установлении факта трудовых отношений, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда, указав в обоснование исковых требований, что прокуратурой города проведена проверка по обращению Криволаповой Т.Ф. о нарушении её трудовых прав ООО «Ямалстройсервисавто» (далее по тексту ООО «ЯССА», ответчик) по результатам которой 27 апреля 2024 г. внесено представление, которое рассмотрено обществом, однако нарушения не устранены. В ходе проведенной проверки установлено, что 21 ноября 2019 г. ООО «ЯССА» с Криволаповой Т.Ф. заключен трудовой договор о приеме на работу в должности <данные изъяты>. 31 марта 2023 г. трудовой договор ООО «ЯССА» с Криволаповой Т.Ф. расторгнут по основаниям, предусмотренным п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. При этом Криволапова Т.Ф. продолжала осуществлять трудовую функцию <данные изъяты> в ООО «ЯССА» дистанционно в период апрель - июнь 2023, выполняла задания генерального директора общества. Документация на оказание услуг гражданско-правового характера по договорам от 01 апреля 2023 г. и 01 мая 2023 г. была оформлена на Качкуркину Н.А., которая в ООО «ЯССА» фактически не работала, состояла с Криволаповой Т.Ф. в приятельских отношениях. Трудовую функцию <данные изъяты> по заключенным договорам с Качкуркиной Н.А. выполняла Криволапова Т.Ф. За работу в апреле 2023 г. Качкуркиной Н.А. ООО «ЯССА» начислено 137 931 руб., в мае - 183 908 руб. 01.06.2023 г. ООО «ЯССА» с Криволаповой Т.Ф. заключен аналогичный договор подряда на оказание услуг <данные изъяты>, стоимостью услуг в размере 183 908 руб. Выполняемая Криволаповой Т.Ф. работа в ООО «ЯССА» соответствовала профессии <данные изъяты>. За период работы у работодателя образовалась задолженность по выплате заработной платы работнику. Размер задолженности за декабрь 2022 г. составляет 121 555,91 руб. (без учета НДФЛ), неверно произведен расчет размера окончательного расчета при увольнении. Размер задолженности на дату увольнения составляет: заработная плата за март 2023 г. в размере 63 000,08 руб., (без учета НДФЛ), расчет при увольнении - 44 645,12 руб. (без учета НДФЛ), больничный лист - 7 173,97 руб. Общая сумма задолженности по выплате заработной платы составляет 626 375,08 руб. без учета НДФЛ. Просил установить факт наличия между Криволаповой Т.Ф. и ООО «Ямалстройсервисавто» трудовых отношений в должности <данные изъяты> с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г., взыскать с ООО «Ямалстройсервисавто» в пользу Криволаповой Т.Ф. задолженность по заработной плате за период с декабря 2022 по июнь 2023 гг. в сумме 626 375,08 руб., компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб. и государственную пошлину (т.1 л.д.4-11, т.6 л.д.186-188). К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу, Управление Федеральной налоговой службы России по Ямало-Ненецкому автономному округу, Качкуркина Н.А. Решением Новоуренгойского городского суда от 12 ноября 2024 г. исковые требования прокурора удовлетворены частично. Установлен факт наличия между Криволаповой Таскирой Фариховной и обществом с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» трудовых отношений в должности <данные изъяты> с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» в пользу Криволаповой Таскиры Фариховны задолженность по заработной плате в размере 626 375,08 руб., в том числе задолженность по заработной плате при увольнении в размере 236 375,08 руб., и 390 000 руб. за период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г., компенсация морального вреда в размере 20 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Ямалстройсервисавто» в бюджет муниципального образования город Новый Уренгой государственная пошлина в размере 23 528 руб. Представитель ответчика Пинигина А.А. с решением суда не согласилась по мотивам нарушения судом норм материального и процессуального права, противоречия выводов суда обстоятельствам дела, неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для дела. В обоснование доводов апелляционной жалобы указала, что суд необоснованно отказал ответчику в удовлетворении ходатайства о пропуске истцом срока на обращение в суд, не дал оценки отсутствию признаков трудовых отношений после 31 марта 2023 г., доводам ответчика об этом, при этом доказательства, представленные истцом, оценил неправильно. Считала, что долг по заработной плате отсутствует, однако доводы об этом ответчика и платежные документы, подтверждающие выплату истцу заработной платы, судом не учтены, часть платежей из расчета ответчика необоснованно исключены. Указала на неправильность выводов суда о выплате премии истцу за август 2022 г., о неверном расчете компенсации при увольнении и расчете стоимости услуг после увольнения, на отсутствие мотивов, по которым отклонен расчет ответчика. Полагала также, что суд не учел, что Криволапова Т.Ф. работала <данные изъяты>, сама начисляла и выплачивала себе заработную плату, брала денежные средства из кассы, не дал оценку противоречивому поведению Криволаповой Т.Ф., в действиях которой имеются признаки злоупотребления правом. Просила решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении иска отказать в полном объеме. В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Алферова Е.П., истец Криволапова Т.Ф. просили оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу, Управление Федеральной налоговой службы России по Ямало-Ненецкому автономному округу, Качкуркина Н.А. в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания суда апелляционной инстанции извещены заблаговременно и надлежащим образом по электронной почте и по телефону, что подтверждается отчетом о получении электронного письма и телефонограммой, сведений о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не ходатайствовали. Информация о времени и месте судебного заседания заблаговременно размещена на официальном сайте суда Ямало-Ненецкого автономного округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Принимая во внимание, что неявка участвующих в деле лиц не препятствует апелляционному рассмотрению дела, судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167, ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц. В соответствии с абз. 1 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления. Проверив материалы дела, заслушав пояснения представителя ответчика ООО «Ямалстройсервисавто» Пинигиной А.Д., истца Криволаповой Т.Ф., прокурора Еремина О.Г., обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения решения суда. Согласно ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 1); недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела (п. 2); несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (п. 3); нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права (п. 4). Таких нарушений не допущено судом первой инстанции при рассмотрении дела. Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 21 ноября 2019 г. между ООО «Ямалстройсервисавто» и Криволаповой Т.Ф. заключен трудовой договор № 94 о приеме на работу в должности ведущего бухгалтера (т.1 л.д.52-53). Из пункта 2 указанного договора следует, что он заключен на неопределенный срок. На основании приказа от 20 марта 2020 г. № 32 л/с Криволапова Т.Ф. переведена на должность <данные изъяты> (т. 1 л.д. 122). 24 марта 2023 г. Криволапова Т.Ф. написала заявление об увольнении по собственному желанию с 31 марта 2023 г. в связи с выходом на пенсию (т.1 л.д.120). Директором ООО «Ямалстройсервисавто» 31 марта 2023 г. издан приказ об увольнении Криволаповой Т.Ф. по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) № 14 л/с с 31 марта 2023 г., приказ содержит указание на выплату компенсации за 44 календарных дня неиспользованного оплачиваемого отпуска (т.1 л.д.121). Факт нахождения сторон в трудовых отношениях с 21 ноября 2019 г. по 31 марта 2023 г. подтверждается трудовым договором № 94 от 21 ноября 2019 г., приказом о приеме на работу № 127 л/с от 21 ноября 2019 г., приказом о переводе работника на другую работу № 32 л/с от 20 марта 2020 г. на должность <данные изъяты>, приказом о расторжении трудового договора № 14 л/с от 31 марта 2023 г., штатным расписанием, табелями учета рабочего времени, расчетными листками (т.1 л.д.37,38,52-53,121,122,123,124-125,150-198). Указанный факт ответчиком при рассмотрении дела не оспаривался. Из представленного на судебный запрос ответа Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации следует, что с 20 ноября 2020 г. Криволаповой Т.Ф. установлена страховая пенсия по старости в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в размере 22 063,95 руб. (ФВ-8529,38 руб., СП-13534,57 руб.) Общий страховой стаж учтен по 19 ноября 2020 г. и на дату назначения пенсии Криволаповой Т.Ф. составил 31 год 9 месяцев 20 дней, в том числе стаж работы в районе Крайнего Севера - 12 лет 0 месяцев 0 дней. С 1 апреля 2023 г. Криволаповой Т.Ф. произведен перерасчет размера пенсии в связи с окончанием трудовой деятельности, что следует из таблицы индексации. Согласно представленным истцом справкам о доходах и суммах налога физического лица в 2022 г. ею получен доход в общем размере 2 325 918 руб. 21 коп., за минусом налога 13 % в сумме 302 369 руб., в 2023 г. ею получен доход в общем размере 1 050 334 руб. 93 коп., за минусом налога 13 % в сумме 136 544 руб. (т.1 л.д.25-27). 28 марта 2024 г. Криволапова Т.Ф. обратилась с заявлением в прокуратуру города Новый Уренгой по вопросу взыскания задолженности по выплате заработной платы с ООО «Ямалстройсервисавто» (т.1 л.д.12). По результатам проведенной прокурорской проверки установлено нарушение трудовых прав Криволаповой Т.Ф. ООО «ЯССА», 27 апреля 2024 г. внесено представление об устранении нарушений закона (т.2 л.д.200-203), которое рассмотрено обществом, но нарушения не устранены, поскольку Общество с представлением не согласилось, считало задолженность по заработной плате перед истцом отсутствующей, а правоотношения после увольнения - гражданско-правовыми. При этом в ходе проведения прокурорской проверки представителем работодателя представлена справка о задолженности по заработной плате от 19 апреля 2024 г. исх. № 1, из которой следует, что ООО «Ямалстройсервисавто» имеет перед Криволаповой Т.Ф. задолженность по выплате заработной платы за период с 10 июля 2023 г. по 19 апреля 2024 г., общая сумма задолженности составляет 227 887,34 руб. (т.1 л.д.103). Также судом установлено, что 01 июня 2023 г. ООО «Ямалстройсервисавто» в лице руководителя строительной службы Адамова Л.Х с Криволаповой Т.Ф. заключен договор подряда № 50 на оказание услуг <данные изъяты>, по условиям которого подрядчик обязуется по заданию заказчика оказать услуги <данные изъяты>, стоимостью 183 903 руб. Договоры подряда на оказание услуг гражданско-правового характера от 01 апреля 2023 г. и от 01 мая 2023 г. были оформлены на Качкуркину Н.А., которая в ООО «Ямалстройсервисавто» фактически не работала, состояла с Криволаповой Т.Ф. в приятельских отношениях. Трудовую функцию <данные изъяты> по заключенным договорам с Качкуркиной Н.А. фактически выполняла Криволапова Т.Ф. Стоимость услуг за апрель 2023 года составляла 137 931 руб., что подтверждается справкой 2-НДФЛ, из которых 50 000 руб. оплачено. Так, из 57 471 руб. удержано 7 471 руб. (13 % НДФЛ). Стоимость услуг за май 2023 года составляла 160 000,00 руб. (без учета НДФЛ), что подтверждается справкой 2-НДФЛ. В судебном заседании стороной ответчика было подтверждено, что по указанным договорам было оплачено 50 000 руб. Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования прокурора, действующего в интересах Криволаповой Т.Ф., суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 15, 16, 21, 22, 35, 129, 136, 140, 19.1, 236, 237, 312.1, 312.2, 312.4, 392 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в абзацах третьем и четвертом пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, разъяснениями, приведенными в абзаце первом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», разъяснениями, приведенными в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» и разъяснениями, приведенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходил из того, что в спорный 01 апреля 2023 Криволапова Т.Ф. была допущена к дистанционной работе с ведома и по поручению работодателя, работа имела постоянный характер, истец выполняла всю работу <данные изъяты>, и пришел к выводу о том, что и после расторжения трудового договора, в период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г., истец состояла в трудовых отношениях с ответчиком, которые письменно работодателем оформлены не были. Проанализировав представленные сторонами платежные документы, суд пришел к выводу о наличии у работодателя перед истцом задолженности по выплате заработной платы и расчету при увольнении, взыскав с ответчика в пользу истца 626 375 руб. 08 коп., в том числе задолженность по заработной плате при увольнении в размере 236 375,08 руб. и 390 000 руб. за период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они подтверждаются имеющимися в деле доказательствами, основаны на правильном применении норм материального права. В соответствии с частью четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации, если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации). Согласно статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации). По общему правилу, установленному частью 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. Вместе с тем согласно части 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О). Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от 19 мая 2009 г. № 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О). Данная норма Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение баланса конституционных прав и свобод сторон трудового договора, а также надлежащей защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, что согласуется с основными целями правового регулирования труда в Российской Федерации как социальном правовом государстве (статья 1, часть 1; статьи 2 и 7 Конституции Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 2.2 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О). Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется статьей 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации. В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (часть вторая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Частью третьей статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1 были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце третьем пункта 8 и в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если между сторонами заключен договор гражданско-правового характера, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации). В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума от 29 мая 2018 г. № 15) содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений. В целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции (абзацы первый и второй пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15). К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату (абзац третий пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15). О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения (абзац четвертый пункта 17 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15). Принимая во внимание, что статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации не допускает заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения, суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей (часть четвертая статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац первый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15). Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям в силу части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (абзац третий пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 года N 15). При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (часть третья статьи 19.1 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац четвертый пункта 24 постановления Пленума от 29 мая 2018 г. № 15). Из приведенного правового регулирования и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в целях защиты прав и законных интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении при разрешении трудовых споров по заявлениям работников (в том числе о признании гражданско-правового договора трудовым) суду следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между работником и работодателем. При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации. Суды вправе признать наличие трудовых отношений между сторонами, формально связанными гражданско-правовым договором, если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что таким договором фактически регулируются трудовые отношения. В этих случаях трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица к исполнению предусмотренных гражданско-правовым договором обязанностей, а неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Принимая во внимание, что после вынесения приказа об увольнении истец фактически была допущена к работе работодателем, с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. ежедневно выполняла его поручения, осуществляя все те же функции, что и до формального увольнения, исполняя обязанности <данные изъяты>, при этом другого <данные изъяты> в Обществе не было, бухгалтерские услуги Обществу в этот период никто не оказывал, при этом истец согласовывала с работодателем все операции, вела переговоры как <данные изъяты> не только с работодателем, но и с работниками Общества, что полностью подтверждается исследованной и получившей подробную оценку в решении суда первой инстанции перепиской, а размер оплаты работы истца за указанный период соответствовал размеру ее заработной платы до формального увольнения, судебная коллегия приходит к выводу о том, что выводы суда о признании сложившихся между истцом и ответчиком правоотношений в период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. являются правильными. Доводы апелляционной жалобы о наличии в действиях истца признаков злоупотребления правом ввиду предложения истцом увольнения и оформления гражданско-правового договора на постороннее лицо для получения пенсии как неработающему пенсионеру отклоняются судебной коллегией, поскольку ответчик на предложенную схему согласился, после издания приказа об увольнении работника не уволил, а продолжил поручать ей прежнюю работу по занимаемой должности. Кроме того, признание отношений трудовыми в рамках рассматриваемого спора, в том числе с учетом привлечения к участию в деле в качестве третьего лица Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Ямало-Ненецкому автономному округу, не препятствует (при наличии оснований) взысканию уполномоченным органом с истца необоснованно полученных в качестве пенсионных выплат как неработающему пенсионеру денежных средств. Подлежат отклонению и доводы представителя ответчика о том, что правоотношения не могут быть признаны трудовыми из-за фактического отсутствия истца на рабочем месте, неподчинения ее правилам внутреннего трудового распорядка, выполнения работы в удобное для нее время, поскольку, как правильно установлено судом первой инстанции, по взаимной договоренности с работодателем работа велась работником дистанционно. Так, согласно ч. 1 ст. 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации, под дистанционной (удаленной) работой подразумевается выполнение определенной трудовым договором трудовой функции вне места нахождения работодателя, его филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения (включая расположенные в другой местности), вне стационарного рабочего места, территории или объекта, прямо или косвенно находящихся под контролем работодателя, при условии использования для выполнения данной трудовой функции и для осуществления взаимодействия между работодателем и работником по вопросам, связанным с ее выполнением, информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет», и сетей связи общего пользования. Трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору может предусматриваться выполнение работником трудовой функции дистанционно на постоянной основе (в течение срока действия трудового договора) либо временно (непрерывно в течение определенного трудовым договором или дополнительным соглашением к трудовому договору срока, не превышающего шести месяцев, либо периодически при условии чередования периодов выполнения работником трудовой функции дистанционно и периодов выполнения им трудовой функции на стационарном рабочем месте) (ч. 2 ст. 312.1 Трудового кодекса Российской Федерации. В соответствии с ч. 1 ст. 312.2 Трудового кодекса Российской Федерации Ттудовой договор и дополнительное соглашение к трудовому договору, предусматривающие выполнение работником трудовой функции дистанционно, могут заключаться путем обмена между работником (лицом, поступающим на работу) и работодателем электронными документами. Если иное не предусмотрено коллективным договором, локальным нормативным актом, принятым с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору, режим рабочего времени дистанционного работника устанавливается таким работником по своему усмотрению (ч. 2 ст. 312.4 Трудового кодекса Российской Федерации). Вопреки доводам апелляционной жалобы, незаключение трудового договора о дистанционной работе не свидетельствует о том, что правоотношения между работником и работодателем не являлись трудовыми, поскольку надлежащее оформление дистанционной работы является обязанностью работодателя, а неисполнение им такой обязанности не может являться основанием для ущемления трудовых прав работника. Не указывает на отсутствие трудовых правоотношений и начисление Криволаповой Т.Ф. в апреле 2023 г. суммы оплаты труда в меньшем размере, чем за предыдущие и последующие месяцы (137 931 руб. вместо 183 908 руб.), поскольку, как указано истцом Криволаповой Т.Ф., в апреле ей был отработан не полный месяц. С учетом того, что с 01 апреля 2023 г. работодатель не учитывал рабочее время Криволаповой Т.Ф. в табеле учета рабочего времени, доводы истца судебная коллегия считает неопровергнутыми и достоверными. Поскольку в соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, при этом материалы дела не содержали сведений о выплате работнику заработной платы в полном объеме, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика в пользу истца задолженность по заработной плате. Как правильно установлено судом первой инстанции и подтверждается представленными истцом и ответчиком расчетными листками, представленной ответчиком справкой по начисленной и выплаченной заработной плате, справкой о доходах и суммах налога физического лица за 2022 г. заработная плата Криволаповой Т.Ф. за декабрь 2022 г. была начислена в размере 183 908 руб. 05 коп. (до вычета НДФЛ, т. 1 л.д. 37, т. 3 л.д. 81, т. 5 л.д. 45). Следовательно, за вычетом НДФЛ (как рассчитывал все суммы к выплате суд первой инстанции) заработная плата Криволаповой Т.Ф. составляла 160 000 руб. (183 908 руб. 05 коп. - 13%). Выпиской по расчетному счету, представленной ответчиком в суд апелляционной инстанции в связи с неполнотой имеющейся в деле выписки по расчетному счету, подтверждается, что за декабрь 2022 г. Криволаповой Т.Ф. выплачено 56 812 руб. 34 коп.: 29 декабря 2022 г. - 23 000 руб. + 20 000 руб., 24 января 2023 г. - 13 800 руб., 02 февраля 2024 г. - 12 руб. 34 коп. В подтверждение перечисления ответчиком истцу в счет заработной платы за декабрь 2022 г. 20 000 руб. представлена также копия платежного поручения от 29 декабря 2022 г. № 33. Следовательно, задолженность работодателя перед Криволаповой Т.Ф. за декабрь 2022 г. составила: 160 000 руб. - 56 812 руб. 34 коп. = 103 187 руб. 66 коп. Судом первой инстанции 20 000 руб., перечисленные работодателем Криволаповой Т.Ф. в счет аванса по заработной плате за декабрь 29 декабря 2022 г. учтены не были в связи с тем, что в суд первой инстанции была представлена некорректная копия (назначение платежа не просматривалось). Кроме того, НДФЛ суд рассчитал после вычета из 183 908 руб. 05 коп. выплаченных уже после вычета НДФЛ денежных сумм. По этой причине суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о том, что задолженность работодателя за декабрь 2022 г. перед Криволаповой Т.Ф. составила 121 555 руб. 91 коп. Вместе с тем, допущенная ошибка не влечет изменения суммы взыскания в силу следующего. Как следует из решения суда первой инстанции, задолженность расчета при увольнении произведена следующим образом В решении указано, что в марте 2023 г. Криволаповой Т.Ф. начислена заработная плата - 114 942 руб. 13 коп., расчет при увольнении (компенсация за неиспользованный отпуск) - 389 139 руб. 96 коп., 3 дня листка нетрудоспособности, оплачиваемых за счет работодателя 8 210,97 руб. Из них выплачена заработная плата за март 37 000 руб. 05 коп., 42 528 руб. 79 коп. - заработная плата с учетом НДФЛ 21.04.2023, расчет при увольнении 240 500 руб., 276 436,78 руб. заработная плата с учетом НДФЛ 30.05.2023. Размер задолженности на дату увольнения составляет: заработная плата за март 2023 г. в размере 63 000,08 руб., (без учета НДФЛ), расчет при увольнении - 44 645,12 руб. (без учета НДФЛ), больничный лист - 7 173,97 руб. Размер задолженности заработной платы за март 2023 года составляет 114 819,17 руб. (без учета НДФЛ), а всего общий размер задолженности по заработной плате за период работы в ООО «Ямалстройсервисавто» на дату увольнения составляет 236 375,08 руб. (121 555,91 (за декабрь 2022 г.) +114819,17 (за март с компенсацией за неиспользованный отпуск) без учета НДФЛ. Вместе с тем, как следует из представленного расчета компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении, среднедневной заработок исчислен за неверно избранный расчетный период. Так, согласно ч. 1 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат (ч. 2 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации). При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно) (ч. 3 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев путем деления суммы начисленной заработной платы на 12 и на 29,3 (среднемесячное число календарных дней) (ч. 4 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации). Особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного настоящей статьей, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (ч. 7 ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации). Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 г. № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» утверждено Положение об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, в соответствии с п. 10 которого расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев. Средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3). В случае если один или несколько месяцев расчетного периода отработаны не полностью или из него исключалось время в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы фактически начисленной заработной платы за расчетный период на сумму среднемесячного числа календарных дней (29,3), умноженного на количество полных календарных месяцев, и количества календарных дней в неполных календарных месяцах. Количество календарных дней в неполном календарном месяце рассчитывается путем деления среднемесячного числа календарных дней (29,3) на количество календарных дней этого месяца и умножения на количество календарных дней, приходящихся на время, отработанное в данном месяце. При этом согласно п. 4 указанного Положения расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно). Средний дневной заработок для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется за последние 12 календарных месяцев. В соответствии с п. «б» п. 5 указанного Положения при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам. Как следует из представленного ответчиком в суд первой инстанции расчета, расчет среднего заработка произведен за расчетный период с апреля 2022 г. по март 2023 г. (т. 4, л.д. 125). Такой же период указан в представленном истцом расчете (т. 5 л.д. 216). Вместе с тем, принимая во внимание, что истец формально уволена 31 марта 2023 г., 12-ю месяцами, предшествующими дате увольнения, является период с марта 2022 г. по февраль 2023 г., в связи с чем судом апелляционной инстанции сторонам предложено представить расчет среднего заработка за указанный период. Согласно представленному истцом расчету, ее среднедневной заработок составил 7 338 руб. 47 коп., компенсация за неиспользованный отпуск (44 дня, указанные в приказе об увольнении и не оспариваемые сторонами) - 322 892 руб. 68 коп. (44 х 7 338,47). Судебная коллегия не принимает представленный истцом расчет, поскольку он не соответствует табелям учета рабочего времени (т. 1 л.д. 147-198) и выполнен без учета фактически отработанных истцом дней в каждом месяце расчетного периода, а именно: в марте 2022 г., согласно табелю учета рабочего времени, истцом отработан полный месяц - 19 предусмотренных производственным календарем рабочих дней, в то время как истец указывает 10,4 дня, в августе истцом фактически отработано 3 дня, истец в расчете указывает 4,73, в ноябре отработано 16 дней (5 дней - больничный), истец указывает 22,46, в январе 2023 г. истец отработала 11 дней (6 дней - больничный), истец указывает 21,74. Ответчиком по запросу судебной коллегии представлен расчет в трех вариантах: по данным расчетных листов, фактически начисленные выплаты, но с исключением противоречий отработанного времени, компенсация, рассчитанная ответчиком (должно быть начислено). Из указанных трех вариантов судебная коллегия берет за основу первый - по данным расчетных листов, поскольку во втором (фактически начисленные выплаты, но с исключением противоречий отработанного времени) начисленная и полученная за август 2022 г. премия поделена на 29,3 (исходя из отработанных 24 дней), при этом истец фактически отработала 3 дня. Как утверждала истец в суде первой инстанции, в августе 2022 г. она находилась в отпуске, но по устной договоренности с работодателем работала, за что с разрешения работодателя начислила себе премию. Следовательно, деление суммы начислений за август 2022 г. (с учетом премии) на 29,3 необоснованно, при расчете правильно учитывать только 3 отработанных дня (то есть деление на 2,83, с учетом требования Положения о расчете при неполном месяце работы), с учетом табеля рабочего времени и фактически начисленной суммы 183 966 руб. Достигнутую между работником и работодателем договоренность ответчик в судебном заседании не опроверг, кроме того, эта сумма была фактически начислена истцу, в связи с чем отклоняет судебная коллегия и 3-й расчет (должно быть начислено по расчетам ответчика), потому что фактически начисленная премия в расчете не учтена. Согласно расчету № 1 (компенсация по расчетным листам, подготовленным истцом (фактически начислено), сумма компенсации за неиспользованный отпуск с учетом НДФЛ составила 316 751 руб. 16 коп., из расчета: 1 922 102 руб. 53 коп. (начислено за 12 месяцев, предшествующих дате увольнения) : 267 (количество отработанных дней в расчетном периоде) х 44 (количество неиспользованных дней отпуска), за вычетом НДФЛ - 13% - 275 573 руб. 50 коп. Вместе с тем, как следует из расчета № 1 (компенсация по расчетным листам, подготовленным истцом (фактически начислено), в ноябре 2022 г. и в январе 2023 г. из начисленных сумм правильно вычтены суммы больничных, но при этом не учтено, что количество отработанных дней в периоде также должно быть уменьшено на количество отработанных дней. Согласно табелю учета рабочего времени, Криволапова Т.Ф. в ноябре 2022 г. отработала 16 дней из 21 предусмотренного производственным календарем, в январе 2023 г. - 11 (из 17 предусмотренных производственным календарем). Следовательно, с учетом п. 10 приведенного выше Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы расчетное количество отработанных дней в ноябре 2022 г. 15,62 (29,3 : 30 х 16), в январе 2023 г. - 10,39 (29,3 : 31 х 11). Таким образом, количество отработанных дней в расчетом периоде в расчете № 1 (по данным расчетных листов) составит не 267 дней, а 234,41 (267 - 29,3 - 29,3 + 15,62 + 10,39). Следовательно, средний заработок для расчета компенсации за неиспользованный отпуск составит 8 199 руб. 74 коп., сумма компенсации с учетом НДФЛ - 360 788 руб. 56 коп., за вычетом НДФЛ (13%) - 313 886 руб. 05 коп. Как следует из выписки из расчетного счета, из сумм, начисленных при увольнении, истцу выплачено: 30 мая 2023 г. 200 000 руб. - компенсация при увольнении (т. 3 л.д. 24), 30 мая 2023 г. 40 500 руб. - компенсация при увольнении (т. 3 л.д. 24-оборот). Выплата компенсации в размере 60 000 руб., указанной в представленном ответчиком в суд апелляционной инстанции расчете ответчика как выплаченная, доказательствами не подтверждена. Кроме того, судебная коллегия отмечает, что 17 февраля 2023 г. выплата, начисленная при увольнении 31 марта 2023 г., произведена быть не может. Не может быть принята как выплаченная и сумма в размере 37 000 руб., указанная в решении суда как выплаченная ответчиком истцу за март, поскольку доказательства перечисления этой суммы ответчиком не представлены, в выписке из расчетного счета такой суммы нет. Доводы ответчика о том, что 37 000 руб. за март 2023 г. выплачены в связи с переплатой за февраль 2023 г. в составе суммы в размере 137 000 руб., указанных как заработная плата за февраль 2023 г. (т. 3 л.д. 26), отклоняются судебной коллегией, так как в назначении платежа указана заработная плата за февраль, а не за март. Требования о взыскании излишне выплаченной заработной платы, о возмещении работодателю причиненных ему работников убытков в рассматриваемом деле не заявлены. По этим же основаниям отклоняются и доводы ответчика об отсутствии задолженности по заработной плате в связи с произведенными работодателем перерасчетами. Учтены 37 000 руб. как выплаченные судом первой инстанции ошибочно, на основании расчета истца Криволаповой Т.Ф., которая, в свою очередь, расчет произвела не на основании платежных документов, а на основании расчетных листков, в которых 37 000 руб. указаны как выплаченные 21 апреля 2023 г. При этом выписками по счету и другими доказательствами получение Криволаповой Т.Ф. суммы в размере 37 000 руб. в качестве заработной платы за март 2023 г. не подтверждено. Как следует из расчетного листка Криволаповой Т.Ф. за март 2023 г. (т. 1 л.д. 8), за март ей начислена заработная плата в размере 114 942 руб. 13 коп. (11 453 руб. 73 коп. + 3 436 руб. 12 коп. + 31 087 руб. + 32 183 руб. 80 коп.+ 36 781 руб. 48 коп.), 8 210 руб. 97 коп. - больничный за счет работодателя, итого 123 153 руб. 10 коп., за вычетом НДФЛ - 107 143 руб. 20 коп. Следовательно, задолженность работодателя перед истцом за март 2023 г. составила 180 529 руб. 25 коп., исходя из расчета: 107 143 руб. 20 коп. (заработная плата + больничный за вычетом НДФЛ) + 313 886 руб. 05 коп. (компенсация за неиспользованный отпуск) - 240 500 руб. (выплачено компенсации за неиспользованный отпуск). Итого в сумме задолженность за декабрь 2022 г. и за март 2023 г. составила 283 716 руб. 91 коп. (103 187,66 + 180 529,25). Судом первой инстанции взыскана суммарная задолженность за декабрь 2022 г. и за март 2023 г. в размере 236 375 руб. 08 коп., что соответствует размеру заявленных истцом требований. Принимая во внимание, что подлежащая взысканию с ответчика в пользу истца сумма задолженности превышает установленную судом первой инстанции, а также заявленную ко взысканию истцом, учитывая отсутствие жалобы на решение суда со стороны истца и пределы рассмотрения судом требований, установленные ч. 3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что взысканная судом первой инстанции сумма задолженности по заработной плате за декабрь 2022 г. и март 2023 г. изменению не подлежит. Судебная коллегия также отмечает, что и при признании выплаченными 37 000 руб. в апреле 2023 г. в счет выплаты заработной платы за март 2023 г. сумма, подлежащая взысканию, будет больше взысканной судом первой инстанции суммы: 283 716 руб. 91 коп. - 37 000 руб. = 246 716 руб. 91 коп. Сумма задолженности по заработной плате за период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. рассчитана судом первой инстанции правильно. Поскольку установлен факт трудовых отношений между истцом и ответчиком после формального расторжения трудового договора, а заработная плата истца составляла до увольнения 183 909 руб. 75 коп. (до вычета НДФЛ) или 160 000 руб. (после вычета НДФЛ), при этом в апреле 2023 г. истцом отработан не полный рабочий месяц, а 50 000 руб. перечислены истцу через третьего лица после формального расторжения трудового договора, задолженность по заработной плате ответчика перед истцом за период с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. составила: 390 000 руб. после вычета НДФЛ: 137 931 руб. за апрель 2023 г. + 160 000 руб. за май 2023 г. + 160 000 руб. за июнь 2023 г. Доводы ответчика о том, что стоимость услуг истца после расторжения договора составляла 50 000 руб., отклоняются судебной коллегией, так как отношения между истцом ответчиком являются трудовыми. Ст. 4 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что принудительный труд запрещен. Следовательно, Криволапова Т.Ф. за выполнение своих трудовых обязанностей должна была получать заработную плату в том же размере, который был ей установлен до издания приказа о прекращении трудового договора. Доводы ответчика о том, что Криволапова Т.Ф. работала <данные изъяты>, сама начисляла и выплачивала себе заработную плату, опровергаются представленной в материалы дела перепиской между истцом и руководителем Общества, согласно которой все перечисления истец осуществляла с ведома и по поручению руководителя. Противоправных действий Криволаповой Т.Ф. ответчиком не доказано, к материальной ответственности она не привлекалась. Рассматривая заявление ответчика о применении последствий пропуска истцом установленного статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячного срока на обращение в суд с требованиями об установлении факта трудовых отношений, суд первой инстанции исходил из того, что на споры об установлении факта трудовых отношений не распространяется правило статьи 392 о трехмесячном сроке для подачи искового заявления по трудовому спору, поскольку указанный специальный срок исковой давности исчисляется только с момента признания отношений трудовыми, тогда как на момент подачи иска они таковыми еще не признаны. Судебная коллегия полагает, что данный вывод суда первой инстанции основан на ошибочном толковании положений статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, в силу следующего. В соответствии с частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы. В силу части 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что к уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд могут быть отнесены обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 по общему правилу, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты фактического допущения работника к работе, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе о возложении на работодателя обязанности уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, а ему в этом было отказано). Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также разъяснений высшей судебной инстанции о порядке их применения, следует, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации).          При этом, лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является. В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации досудебное обращение работника с жалобой на действия работодателя в контролирующие органы и ожидание соответствующего ответа является уважительной причиной для пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением трудового спора независимо от того, как названные органы отреагировали на обращение работника (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 26 ноября 2018 г. № 30-КГ18-4). Как следует из материалов дела, после прекращения трудовых отношений истец Криволапова Т.Ф. обратилась с заявлением о нарушении её трудовых прав ответчиком к прокурору г. Новый Уренгой 28 марта 2024 г. (том 1 л.д. 12). По её заявлению были установлены допущенные ООО «Ямалстройсервисавто» нарушения трудовых прав истца, прокуратурой г. Новый Уренгой ЯНАО 27 апреля 2024 г. в адрес руководителя ООО «Ямалстройсервисавто» Пяскорского В.П. внесено представление об устранении нарушений трудовых прав Криволаповой Т.Ф., которое было оставлено ответчиком без удовлетворения (том 2 л.д. 200-203).          Исковое заявление прокурором г. Новый Уренгой в интересах Криволаповой Т.Ф. было подано в Новоуренгойский городской суд ЯНАО 11 июня 2024 г., т.е. по истечении установленного ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации срока. Вместе с тем, как следует из пояснений Криволаповой Т.Ф., она фактически исполняла трудовые обязанности без оформления трудового договора с 01 апреля 2023 г. по 30 июня 2023 г. С руководителем была в хороших отношениях, рассчитывала на его порядочность и с требованием об оформлении трудовых отношений не обращалась, поскольку руководитель обещал ей выплатить заработную плату в полном объеме, в том числе за апрель - июнь 2023 г. Работодатель имел задолженность по заработной плате перед другими работниками, она ждала, полагая, что сначала выплаты производятся другим работникам и зная о трудной финансовой ситуации организации. От сотрудников организации ей стало известно, что у Общества появились объемы, и она надеялась, что ей выплатят заработную плату. В начале января 2024 г. ее сын Криволапов А.А. поехал к Пяскорскому В.П. спросить, когда Криволапова Т.Ф. может рассчитывать на получение всех причитающихся ей денежных выплат. Ответчик потребовал доверенность, о чем сын сообщил ей 19 января 2024 г. Она оформила доверенность, после чего, в конце января 2024 г., сын поехал к Пяскорскому В.П. и тот вручил ему запрос о предоставлении выписки с ее карты с синей печатью банка за период с 2019 г. по 2023 г., из содержания которого она начала подозревать, что ответчик не собирается платить выплачивать ей задолженность по заработной плате. Коллеги, которым Пяскорский В.П. также не выплачивал заработную плату, и судебный пристав, которая позвонила ей по вопросу деятельности ООО «ЯССА», посоветовали ей обратиться в прокуратуру, что она и сделала. Объяснения Криволаповой Т.Ф. подтвердил допрошенный в суде апелляционной инстанции Криволапов А.А., к показаниям которого судебная коллегия относится как к достоверным, поскольку они подтверждаются представленной в материалы дела доверенностью и запросом от работодателя истцу, полученному Криволаповым А.А. лично 23 января 2024 г. (т. 3 л.д. 84, 85). Учитывая, что Криволапова Т.Ф. добросовестно заблуждалась относительно намерений работодателя по выполнению своих обязательств по трудовому договору, принимая во внимание длительное невыполнение таких обязательств, она обратилась с требованием о выплате заработной платы 19 января 2024 г., в чем фактически ответным письмом о предоставлении отчета о расходах, полученным представителем истца 23 января 2024 г., ей было отказано, денежные средства на счет истца не поступили, датой, когда Криволапова Т.Ф. узнала о нарушении своих трудовых прав, в том числе по ненадлежащему оформлению трудовых отношений в связи с неисполнением обязательств по оплате труда, судебная коллегия считает 23 января 2024 г. Доказательств, подтверждающих, что Криволапова Т.Ф. узнала или должна была узнать о нарушении своих трудовых прав ранее этой даты, в материалах дела не имеется. Сам по себе допуск к работе 1 апреля 2023 г. без оформления трудового договора, при наличии договоренности об оплате за труд, о нарушении которой истцу стало известно только 23 января 2024 г., вопреки доводам ответчика, не является основанием для исчисления срока на обращение в суд с 01 апреля 2023 г. Поскольку Криволапова Т.Ф. обратилась с письменным заявлением о нарушении её трудовых прав в органы прокуратуры 28 января 2024 г., с незначительным пропуском трехмесячного срока на обращение в суд по требованиям о признании отношений трудовыми (пять дней), органами прокуратуры в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений её трудовых прав, вследствие чего у Криволаповой Т.Ф. возникли правомерные ожидания, что её трудовые права будут восстановлены во внесудебном порядке, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данные обстоятельства свидетельствуют о наличии причин, объективно препятствовавших Криволаповой Т.Ф своевременно обратиться в суд для разрешения индивидуального трудового спора. Учитывая, что в соответствии со ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника, годичный срок на обращение в суд с требованиями о взыскании задолженности по заработной плате за декабрь 2022 г. и март 2023 г. истек 31 марта 2024 г. Вместе с тем, и этот срок подлежит восстановлению в связи с обращением Криволаповой Т.Ф. за защитой своих трудовых прав к прокурору в течение срока на обращение в суд. Срок на обращение в суд с требованиями о взыскании заработной платы за апрель - июнь 2023 г. не истек, поскольку отношения между истцом и ответчиком за этот период признаны трудовыми только оспариваемым решением суда.          Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о наличии уважительных причин пропуска Криволаповой Т.Ф. срока обращения в суд за разрешением спора и как следствие для удовлетворения ходатайства истца о восстановлении срока для обращения с настоящим иском в суд, в том числе и по требованию об установлении факта трудовых отношений, в связи с чем и в этой части решение суда является по существу верным. В соответствии со статьёй 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2011 года № 538-О-О). Поскольку факт нарушения трудовых прав установлен, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об обоснованности требований о взыскании компенсации морального вреда. Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел обстоятельства дела, характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав работника, длительность такого нарушения, значимость нарушенного права, степень вины ответчика, его поведение, направленное на избежание ответственности, степень причиненных истцу нравственных страданий, а также требования разумности и справедливости, и установил такой размер равным 20 000 руб. Учитывая пенсионный возраст истца, длительность нарушения ее прав привлечением к принудительному труду (невыплата заработной платы более года), поведение ответчика, который в ответ на законные требования вместо исполнения взятых на себя обязательств выразил сомнения относительно добросовестности работы истца, оказывая таким образом давление на работника, принимая во внимание, что ответчиком не приведено каких-либо доказательств чрезмерности взысканной судом первой инстанции суммы компенсации морального вреда, судебная коллегия не находит оснований для снижения установленной судом первой инстанции суммы компенсации морального вреда, размер которой также отвечает требованиям разумности и справедливости. Поскольку исковые требования удовлетворены, судом правильно на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскана с ответчика государственная пошлина в доход местного бюджета, размер которой определен в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции, действовавшей на дату обращения прокурора с иском в суд. С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешив спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, не допустил недоказанности установленных юридически значимых обстоятельств и несоответствия выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона, и принял решение в пределах заявленных исковых требований. В целом доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность постановленного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с той оценкой исследованных доказательств, которая дана судом первой инстанции, а также к иному толкованию норм материального права. Оснований для переоценки представленных доказательств и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку установленные ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правила оценки доказательств судом нарушены не были, выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам данного дела, нарушений норм материального и процессуального права, приведших к неправильному разрешению спора, судом не допущено, и спор по существу разрешен верно. При указанных обстоятельствах судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда по доводам апелляционной жалобы. С учетом отказа в удовлетворении апелляционной жалобы расходы ответчика по оплате государственной пошлины за ее подачу распределению не подлежат. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа определила: Решение Новоуренгойского городского суда от 12 ноября 2024 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения. Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 марта 2025 г. Председательствующий     /подпись/ Судьи                                /подписи/ Судья                                                                                                    С.В. Байкина </div>

Основная информация

УИД дела: 89RS0004-01-2024-003252-62

Результат рассмотрения: РЕШЕНИЕ оставлено БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ

Дата рассмотрения: 04.03.2025

Судья: Байкина Светлана Владимировна

Категория дела: Споры, возникающие из трудовых отношений → Трудовые споры (независимо от форм собственности работодателя): → Дела об оплате труда → о взыскании невыплаченной заработной платы, других выплат ( и компенсации за задержку их выплаты)

Участники дела

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Качкуркина Наталия Алексеевна

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Криволапова Таскира Фариховна

ОТВЕТЧИК

ФИО/Наименование: ООО Ямалстройсервисавто

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: Отделение Социального фонда России по ЯНАО

ИСТЕЦ

ФИО/Наименование: Прокурор г. Новый Уренгой

ТРЕТЬЕ ЛИЦО

ФИО/Наименование: УФНС России по ЯНАО

Движение дела

04.02.2025 10:30

Передача дела судье

25.02.2025 14:45

Судебное заседание

Результат: Объявлен перерыв

04.03.2025 15:00

Судебное заседание

Результат: Вынесено решение

19.03.2025 16:34

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

28.03.2025 17:09

Дело № 33-547/2025

Гражданские дела - апелляция

Суть дела

Основная информация

Участники дела

Движение дела

Передача дела судье

Судебное заседание

Судебное заседание

Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

Передано в экспедицию